![Тайны Берлина _1f221187.jpg](https://litlife.club/books/220942/read/images/_1f221187.jpg)
Г. Пауэрс
Обмен Абеля на Пауэрса на мосту Глиникер Брюкке не хотели афишировать ни советская сторона, ни американская. Мост, как пункт обмена, мог пригодиться в перспективе еще для других схожих операций. Так, собственно, в дальнейшем и произошло. Но сохранить тайну долго не удалось. Западные журналисты со временем разнюхали, где обменяли Пауэрса, на кого обменяли, в каком месте, и назвали его — мост Глиникер Брюкке через реку Хавель, на границе Западного Берлина и Потсдама. Спустя некоторое время после обмена в западной прессе появилась информация о прошлом советского разведчика Рудольфа Абеля, который якобы до войны работал в Берлине под крышей советского посольства. Называлась его вторая фамилия — Аволкин, и занимался он своими «торговыми делами». Еще ранее он учился в гимназии Лейпцига, потом поступил в Технический университет Берлина, закончил его с отличием. Потом уехал в Москву, где учился в закрытой военной академии, которую создал Лев Троцкий, и снова вернулся в Берлин, откуда уехал работать в город Йену на завод Карла Цейса, где изготавливались точнейшие оптические приборы. И работал он там вплоть до прихода нацистов, когда ему предложили уехать из страны, так как его внешность смахивала на еврейскую…
Все это выдумки. Ни единого слова правды. Они появились в немецкой прессе с подачи, очевидно, советских специальных органов, вбросивших эту информационную «утку» с одной целью — запутать, напустить туману и скрыть подлинное прошлое своего разведчика-нелегала, чтобы не подпустить никого к истинному следу, к его настоящей фамилии и к биографии. Вполне справедливо опасались навредить остававшимся на свободе людям, которые сотрудничали с Рудольфом Ивановичем. На самом же деле, и об этом стало известно не так давно, когда были рассекречены некоторые документы с Лубянки, Рудольф Иванович Абель был выходцем из немецкой обрусевшей семьи, проживавшей в районе Рыбинска. Его отец, Генрих Фишер, человек левых убеждений, в 1901 году уехал из России в Великобританию, где у него спустя два года от русской жены родился сын, которого назвали Вилли. Итак, настоящее имя и фамилия Рудольфа Абеля были Вилли Фишер. В Германии он не работал, там не учился, хотя немецкий язык знал, так как корни у него оставались немецкие. На самом деле он учился в Лондонском университете, подавал большие надежды, но в 1920 году вместе с семьей вернулся в Москву, работал переводчиком в Коминтерне, потом закончил курсы радиста. Учился далее в Институте востоковедения, поступил на службу в органы, где приобрел специальность радиста. Единственная его связь с немцами отмечена в годы Второй мировой войны, когда он изображал из себя немецкого офицера, который присутствовал на допросах заброшенных из Германии парашютистов и участвовал в радиоигре с немецкой разведкой. После войны его через Канаду заслали в Штаты, где он девять лет занимался своей основной разведывательной работой, добывал данные о разработке американцами атомного оружия. На нелегальном положении он оставался вплоть до ареста в 1957 году. Но когда пришли его забирать, то он назвал себя Рудольфом Абелем, именем своего погибшего друга. Сделал это с одной целью — таким образом информировать Москву о своем аресте.
После удачного обмена шпионами в 1962 году на мосту Глиникер Брюкке наступило многолетнее затишье. Следующий эпизод произошел лишь спустя двадцать три года, в 1985 году, когда Советским Союзом руководил уже поборник перестройки Михаил Горбачев. 12 июня в жаркий полдень с двух сторон к мосту подъехали не легковые автомашины, а несколько автобусов. Санкцию на обмен давала уже не Москва, хотя она и была в курсе, а власти ГДР, точнее, Министерство госбезопасности. Это называлось актом проявления гуманизма со стороны немецкого социалистического государства. И со стороны Потсдама выпустили целую шеренгу разоблаченных западных разведчиков — 23 человека. Это был настоящий рекорд. Ровно в 12 часов они пересекли государственную границу на середине моста и сели в автобус. Через несколько минут в направлении Потсдама по мосту прошли четыре агента, разоблаченные западной контрразведкой. Кто они были, что сделали, история не особенно распространяется. Да и сами западные газеты об этом событии писали не особенно активно. Дело в том, что все эти агенты ни в коей мере не достигали такого высокого масштаба и уровня, как Абель и Пауэрс. Особого вреда причинить они не успели, не смогли, поэтому и обвинения у каждого оказались незначительные. Единственной сенсацией было, конечно, число. Но эта сенсация продержалась всего пару дней. Следующей, более заметной фигурой и последней в этом ряду на этом знаменитом мосту оказался советский диссидент, правозащитник, бывший заключенный московской тюрьмы «Лефортово», впоследствии видный политический деятель государства Израиль, министр Натан Щаранский. Не будем вдаваться в подробности его ареста и обвинения, обвиненный в антисоветизме и в шпионаже, Щаранский — из Донецка, окончил Московский физико-технический институт, хотел выехать в Израиль, но получил отказ, стал правозащитником и в результате попал в тюрьму, где провел девять лет. Все эти годы его жена Наталья, выехавшая в Израиль, выступала в поддержку своего мужа, требовала вмешательства в его защиту со стороны западных держав. И до-билась-таки своего. 11 февраля 1986 года под строжайшей охраной Щаранский был доставлен в Восточный Берлин. Затем его привезли в Потсдам.
И в тот же день на знаменитом мосту Глиникер Брюкке представители посольств, секретных служб США и Советского Союза совершили обмен.
![Тайны Берлина _1f221188.1.jpg](https://litlife.club/books/220942/read/images/_1f221188.1.jpg)
Н. Щаранский
Щаранский перешел демаркационную линию, обозначенную на мосту, обрел свободу на Западе, а схваченный американцами советский шпион перешагнул ту же линию в сторону востока. Все произошло по сценарию обмена Абеля на Пауэрса. И вот через 17 лет после своего освобождения из советской тюрьмы министр Иерусалима и диаспоры Натан Щаранский посетил Глиникер Брюкке, то знаменательное место в Берлине, которое сегодня активно используют кинематографисты разных стран для съемок шпионских фильмов. Как сам позднее признавался журналистам Щаранский, оказавшись на свободе, его первым желанием было поддержать брюки, так как на них ни пуговиц, ни тем более ремня по советским тюремным законам не было. На одной из фотографий, сделанной неизвестным фотографом в 1986 году, он так и запечатлен — держащим руки у пояса. И когда сотрудник посольства США указал ему на демаркационную линию и сказал: «Прыгай, ты в свободном мире», — он прыгнул и в символическом прыжке из одного мира в другой едва не потерял штаны…
Сегодня на обновленный и подсвеченный огнями мост Глиникер Брюкке приезжают взглянуть туристы не только из Германии, но и из других стран, в руках у них справочники, в которых первым делом рассказывается о том, как в 1962 году на мосту был совершен обмен самых знаменитых шпионов двадцатого столетия — советского разведчика Рудольфа Абеля на американского летчика Пауэрса.
Фантом умер, фантом жив…
Теперь на улице Норманненштрассе открыли музей, куда приглашают всех посетителей — с Запада, с Востока. Любой желающий может зайти. Пожалуйста, рассматривайте эти своеобразные аксессуары, слушайте лекцию о разных авантюрных и когда-то строго засекреченных операциях, пройдитесь по залам, познакомьтесь со шпионской техникой. Вот скворечник с вмонтированной видеокамерой, вот специальные стереоскопические очки, которые позволяют видеть, кто идет сзади, вот портфель с двумя миниатюрными фотоаппаратами, а вот и портрет последнего председателя МГБ ГДР Эриха Мильке, правившего этим учреждением тридцать лет, с 1957-го по 1987 год. Его портрет, кстати, сделал Зураб Церетели. Тайны исчезнувшей разведки, тайны исчезнувшего государства… Фантом какой-то. Хотя в конце девяностых годов прошлого века этот фантом наводил страх на многих, кое-кто обходил его стороной. Даже глаз старались не поднимать. Чур меня, чур меня…