Монтень высказал также и ряд других конструктивных идей, которые в дальнейшем были развиты другими теоретиками культуры. В частности, он неоднократно подчеркивал тесную связь культуры и морали. С его точки зрения, общество, в котором отсутствует человеколюбие, где нет представления о стыде и долге, не может называться культурным. Жестокость, бесчеловечное отношение людей друг к другу вызывают у него искреннее возмущение. Корни человеческой жестокости он видел в биологической природе человека, а подавить ее можно только с помощью культуры. Нравственность, как и культуру, Монтень понимает не как врожденное и неизменное свойство человека, а как результат воспитания, в результате которого человек становится культурным существом. Нравственность, по Монтеню, есть итог самовоспитания, результат большой духовной работы человека над собой.
Как представитель эпохи Возрождения, с ее свободомыслием и скептическим отношением к религии, Монтень не мог не обратиться к вопросу о противоположности культуры и религии. С его точки зрения, христианская вера обрекает человека на безрадостную жизнь, на подавление в себе естественных стремлений и желаний. Он осуждал негативное отношение церкви к чувственной любви и усматривал в этом попытку насильственного изменения человеческой природы. Он также критически относился к обряду покаяния, поскольку, по его мнению, твердая уверенность кающегося в том, что грехи отпущены, подавляет в человеке голос совести и снимает с него моральную ответственность за совершенные неблаговидные поступки.
Отмеченные идеи Монтеня не следует рассматривать как целостную концепцию культуры. Они представляют собой лишь отдельные фрагменты его трудов по философии и общественной жизни. Тем не менее, эти идеи оказали глубокое воздействие на творчество ученых последующих поколений и способствовали рождению самостоятельных теорий культуры.
Большой вклад в дальнейшее развитие науки о культуре в этот период сделал итальянский мыслитель Джамбаттиста Вико (1668–1744), применивший исторический метод к исследованию развития общества. В фундаментальном труде «Основания новой науки об общей природе наций» (1725)он осуществил логический анализ человеческой культуры, различных ее форм и проявлений с тем, чтобы познать смысл истории вообще, а не той или иной конкретной эпохи.
Вико видел свою задачу в том, чтобы раскрыть основы общей природы всех народов путем рассмотрения их истории. В своей книге Вико впервые попытался объективно подойти к представителям иных культур. Ведь античный мир видел в них только варваров, а Средневековье оценивало эти культуры с точки зрения их соответствия христианским ценностям. Вико первым обнаружил несовершенство европейской цивилизации, сделал историко-сравнительный анализ различных культур, описал национальные психологии, исследовал проблемы аккультурации и ассимиляции (усвоения элементов чужой культуры и приспособления к ней). При этом он исходил из идеи, что каждая культура самоценна, и изучать ее можно только с точки зрения ее собственных ценностей.
Вместе с тем Вико считал, что существуют общие параметры и принципы развития культуры, которые делают возможным сопоставление разных культур. Таковыми, по его мнению, являются классовые структуры, характер труда и форма его организации, структуры власти, язык. Кроме того, он видел общие для всех культур обычаи: наличие религии, обязательное заключение брака, а также обряды погребения. Именно с этих трех вещей, по его мнению, должна была начаться культура.
Вико был убежден, что в основе культуры лежит борьба классов, сословий и социальных групп, которая либо укрепляет культуру, либо приводит ее к гибели. Культура имеет строго определенные границы своего существования, в этом она сродни живому организму, и в своем развитии она проходит через определенные этапы.
Век богов — это золотой век, в это время властные структуры не противостоят массам, нет конфликта между властью и теми, над кем властвуют. Еще отсутствует техника, в мировоззрении господствует мифология, все говорят на едином общечеловеческом языке. Люди пока обожествляют весь мир, воображение и фантазия доминируют в сознании людей, данное приводит к поэтическому, творческому восприятию мира. От той эпохи нам в наследство достались мифы — истории первых народов. Это был период языческой культуры. Мудрецами этой эпохи были поэты- теологи, которые истолковывали тайны оракулов, заключенные в стихах. Они же представляли власть — теократию, объединявшую светскую и религиозную власть в одних руках.
Век героев — серебряный век — начинается благодаря переходу к оседлости. В это время выделяются отдельные семьи, причем неограниченная власть отца в семье (она сменяет теократическое правление эпохи богов) распространяется и на входящих в состав семьи людей, и на слуг. Отцы семей постепенно обратились в библейских патриархов, в римских патрициев, рядовые члены семьи — в плебеев. Это эпоха аристократического правления, нарастания религиозных конфликтов, прогресса техники и изобретательства. В это же время началась культурная дифференциация, непосредственно связанная с распадом единого языка, что привело к усложнению межкультурных контактов. Выделяются сильные и слабые культуры. Слабость культур связана с природной изолированностью, удаленностью от торговых путей, судоходных рек, недостаточной численностью населения, враждебным окружением. Эти культуры ждет либо подчинение, либо ассимиляция более сильной культурой.
Эпоха людей — железный век, эпоха зрелости, сознательности человеческого рода. Здесь отношения между людьми начинают регулироваться совестью, долгом и разумом, пришедшими на смену инстинктам, бессознательным действиям. С одной стороны, человеческие отношения становятся более гуманными, утверждается демократия как форма правления, основанная на признании гражданского и политического равенства. В этот период преодолевается национальная ограниченность, человечество начинает существовать как единое целое. Идет дифференциация религий, которые заменяются наукой, а с ней связано быстрое развитие техники и технологии, торговли, межгосударственных обменов. Но оборотная сторона этой эпохи — культурный кризис, который вызван тем, что масса недостаточно культурных людей, пришедших к власти, не может править, ориентируясь на высшие ценности. И тогда вместо социального равенства мы видим социальную борьбу трудящихся, войны. Даже язык становится не формой культурной идентификации, а фактором разобщения людей.
Поэтому высший взлет культуры одновременно становится ее концом. Вико прогнозирует три выхода из этой ситуации: (1) захват власти одним лицом, которое благодаря силе оружия берет на себя заботу об общественном благе — Август у римлян; (2) завоевание испорченного народа лучшими народами — так произошло с Грецией, а затем и с Римом; (3) полное разложение государства, когда гражданские войны и анархия превращают города в развалины, наступает период «второго варварства» — это путь восточных народов.
Каждая эпоха представляет собой не просто конгломерат разнообразных явлений, сосуществующих и никак не связанных между собой, а некое единство, все части которого пронизаны одним основополагающим принципом и выражают одну главную ценность. Со сменой ценности соответственно приходит новая эпоха. Все эти три эпохи человеческого развития свойственны не только истории человечества вообще, но и истории любого отдельного народа. Исходя из этих представлений, Вико утверждал, что европейские государства живут в последней эпохе, Россия и Япония — в эпохе героев, а многие народы севера и юга — в эпохе богов.
На первый взгляд кажется, что в основе периодизации человеческой истории и культуры у Вико лежит идея общественного круговорота. Но говорить об абсолютной повторяемости в истории, о полном соответствии концепции Вико античной циклической модели истории нельзя. Есть лишь частичная повторяемость, и Вико говорит о совпадении отдельных черт различных эпох на той или иной стадии развития народа. Графическим выражением этого процесса может служить соединение круга (античной модели) с прямой (средневековой моделью), что дает синусоиду либо спираль. Таким образом, Вико не является создателем концепции циклического развития истории, его заслуга состоит в том, что он первым представил историю в систематизированном виде, а также поставил ряд проблем, которые были творчески восприняты последующими мыслителями.