Крепость Росс — русская «Мекка» и Русское Историческое общество
![Русский Сан-Франциско i_003.png](https://litlife.club/books/220171/read/images/i_003.png)
Смерть Николая Петровича Резанова не воспрепятствовала воплощению в жизнь его идеи о строительстве нового поселения в Калифорнии. Российско-Американская компания обратилась в правительство, которое в свою очередь предложило послу в Мадриде барону Строганову начать переговоры о торговле России и Калифорнии. В это время Испании было не до переговоров. Наполеон в 1808 г. поменял короля Испании Хуана IV на своего брата Джозефа Бонапарта. Поэтому русскими предложениями никто не заинтересовался.
Первый главный правитель русских поселений на Аляске Александр Андреевич Баранов трижды посылал в Калифорнию экспедицию под руководством коммерции советника Ивана Александровича Кускова, который обратил внимание на плато в 30 км к северу от залива Румянцева (ныне залив Бодега), отделённое от остальной местности глубокими ущельями и окружённое строевым лесом и пастбищами. В десяти километрах протекала река, названная им Славянкой (ныне Русская река). Во время этих экспедиций четверо русских предпочли сбежать от Кускова. 30 августа (11 сентября) 1812 г. Кусков основал селение и крепость Росс, население которого составили 25 русских и 90 аборигенов с Аляски — алеутов и кадьякских эскимосов. Формально эти территории принадлежали испанцам, а фактическими хозяевами были индейцы племени кашайя-помо. Землю купили за три одеяла, три пары штанов, два топора, три мотыги и несколько ниток бус.
Росс был самой южной русской колонией в Северной Америке и создавался как сельскохозяйственное поселение, предназначенное для снабжения Российско-Американской компании продуктами питания. В первые годы компания также уделяла внимание развитию в Россе добычи пушнины, однако после 1816 г. каланов быстро истребили и основой экономики стало сельское хозяйство и мелкая промышленность.
Селение Росс было как бельмо на глазу для испанцев, считавших всю территорию своей. В 1816 г. в Сан-Франциско прошли переговоры Отто Евстафьевича Коцебу и губернатора Верхней Калифорнии Пабло Висенте де Сола, на которых последний затронул вопрос о русской крепости. Коцебу вызвал Кускова, который заявил, что основал поселение по приказу начальства и оставить его может тоже только по приказу. В протоколе изложили позиции сторон и отправили в Санкт-Петербург, где дело замяли. Осознав бесперспективность противодействия русским, де Сола ускорил испанскую колонизацию Калифорнии.
Возникшая позже Мексика также сделала несколько попыток дипломатическими методами убрать селение Росс, однако все они закончились ничем. Российско-Американская компания со своей стороны пыталась добиться от МИДа империи активного воздействия на мексиканские власти с целью признания и установления границ русской колонии, однако министерство неизменно ей отказывало, ссылаясь на отсутствие дипломатических отношений с новой страной. В 1835 г. Ф. П. Врангель был направлен компанией в Мехико для заключения торгового соглашения и изучения позиции мексиканских властей по вопросу Росса. Врангель выяснил, что Мексика готова признать Росс взамен на официальное признание Россией новой страны, и попытался склонить Николая I к признанию независимости Мексики, однако тот ответил отказом.
К работе в поселении с самого начала его существования привлекали индейцев. Их труд вначале был наёмным, русские платили за него мукой, мясом и одеждой, предоставляли жильё. Впоследствии стали практиковаться «притоны» на работы, что ухудшило отношения с туземцами. Тем не менее историки отмечают практически полное отсутствие вооружённых столкновений между индейцами с русскими, в отличие от других калифорнийских колонистов. Ни разу русской крепости не угрожали и внешние враги.
Именно в селении Росс появились первые в Калифорнии ветряные мельницы и судостроительные верфи, виноградники и фруктовые сады с яблонями, грушами, вишнями и даже персиками. Кусков разводил капусту, репу, бобовые, салаты, свеклу, тыкву и даже арбузы, но земледелие, ради которого колония и основывалась, не отличалось особой продуктивностью. Русские колонисты впервые привезли в Калифорнию многие блага европейской цивилизации, например, оконные стёкла. В первые два года здесь появились дом правителя, казармы, поварня, кладовые, мастерская с кузницей и слесарней. За оградой выстроили баню, кожевенный завод, ветряную мельницу и скотный двор. Сельскохозяйственные угодья простирались на склонах холмов вокруг крепости. Форт имел артиллерию — 12 пушек. В одной из комнат дома Ивана Кускова находился арсенал. В самом центре укреплённой площади находился колодец.
![Русский Сан-Франциско i_008.jpg](https://litlife.club/books/220171/read/images/i_008.jpg)
Помимо главного входа на южной стене имелись ворота в восточной части. В северо-восточном углу Форта располагалась часовня Святой Троицы, пристроенная к укреплениям.
В 1821 г. И. А. Кусков покинул Америку и вернулся в родную Тотьму, сдав селение Росс Карлу Ивановичу (иногда Самойловичу) Шмидту. Несмотря на молодость, Шмидт уже имел опыт управления русскими поселениями, хотя ему было всего 19 лет, когда 28 июля 1818 г. он впервые прибыл в Русскую Америку. В 20 лет ему приказали создать факторию на Гавайских островах, а начальником фактории Росс К. И. Шмидт стал в 21 год. Он продолжил строительство крепости и заложил на верфи три судна. Вместе с Я. Д. Дорофеевым в 1823 г. он поднялся на сотню верст вверх по течению реки Славянки, а также обследовал близлежащие местности, наметив строительство новых факторий. Именно благодаря Шмидту весной 1824 г. началась постройка часовни во имя Святителя Николая: в поисках средств на это он организовал подписку денег среди экипажей русских кораблей «Аполлон», «Ладога» и «Крейсер». Правда, за эту инициативу он получил нагоняй от главной конторы РАКа.
В 1825 г. Шмидт сдал Росс Павлу Ивановичу Шелихову, который в течение последующих пяти лет занимался благоустройством селения, обращая большое внимание на сельское хозяйство, в основном зерновое земледелие. Во времена Шелихова население Росс состояло: около 60 русских, 80 алеутов и 80 местных индейцев. Он достроил и часовню, в которой церковные требы исполнял выборный церковный староста.
16 ноября 1830 г. Шелихов сдал селение П. С. Костромитинову. Из-за истощения сельскохозяйственных угодий Петр Степанович занялся поисками новых пахотных мест. Так, в окрестностях основали несколько русских факторий-ранчо. Селение Костромитиновское на южном берегу реки Славянка было крупнейшим из трёх и включало в себя большой комплекс зданий: хозяйский дом, дом для индейских работников, молотилку, амбар, пекарню, кузницу, бани, загон для скота, табачный склад, винный погреб. Основой хозяйства было выращивание пшеницы. Ранчо его помощника Егора Леонтьевича Черных располагалось в глубине материка, дальше всего от крепости, на ней выращивались овощи, фрукты, пшеница, а также производилось вино. В 1837–1840 гг. Черных вёл первые в Калифорнии систематические наблюдения за погодой. Ранчо Василия Хлебникова находилось в нескольких километрах к востоку от залива Бодега.
Ближайшая к форту удобная гавань находилась в заливе Бодега почти в 30 км к югу, где был построен порт Румянцев. В нём товары перегружались на небольшие суда и транспортировались к крепости. К 1836 г. население возросло до 260 человек — незначительно, большая часть их жила на берегах речки Славянки. Население было многонациональным: здесь жили русские (в разное время от 50 до 100 человек), привезённые из Аляски алеуты (50–125 человек), креолы (до трети всего населения), индейцы соседних племён, якуты, финны, шведы и даже гавайцы. Многие индейцы и алеуты были крещены и хорошо владели русским языком. Русское население было представлено в основном мужчинами, подписавшими с Российско-Американской компанией семилетний контракт. Русских женщин в селении почти не было, поэтому смешанные браки были весьма распространены.