Мои мысли прервал стук в дверь. Вообще за год, что я нахожусь здесь, мой порог никто не переступал. Я специально отдался одиночеству. Постоянно поддерживая его, пытался уберечь, как заблудившийся странник свой костёр от любого ветра, что может его затушить. Это не отменяло надобности думать о себе или говорить с кем-нибудь, и я выбрал тишину своим слушателем для моих лекций о прошлом, устраивавшая меня на сегодня полностью. Посмотрев на развешанные по стенам рисунки моих подопечных, и поняв, что на уборку у меня нет времени, решил открыть дверь.
![Долина Дестино i_002.jpg](https://litlife.club/books/219883/read/images/i_002.jpg)
Но я даже не успел встать, чтобы это сделать, как моя защёлка сама соскочила с места, и на пороге появился Высший Посланник. Самое тяжёлое – это было определить, сколько ему лет. Узкая талия была подчёркнута туго стянутым поясом, в продолжении было длинное сухое тело, заканчивающееся как пальма широкими плоскими плечами. Лицо похожее больше на луну, покоилось на длинной шее; тёмно-серое, слегка песочное лицо, и с глубокими морщинами щёки, говорили о человеке, проводящем много времени под солнцем. Но светло-зелёные глаза достаточно большие и слишком выпирающие вперёд, будто хотят всмотреться вдаль или просто расстаться со своим хозяином, плохо гармонировали с этим высушенным телом. Всё это покоилось под длинными и тонкими бровями, сходящимися на переносице и дающие продолжение маленькому расплющенному носу, что придавало ещё большую комичность его лицу. Губы были настолько тонкие, что издалека были больше похожи на маленькую полоску, разделяющую длинный подбородок от носа. Всё это вместе мне кого-то напоминало. Но кого? Точно, какое-то животное или насекомое. Но, вот какое именно, не могу понять? Всё больше погружаясь в изучение лица своего гостя, я всё дальше становился от самого него. На какое-то мгновение все движения на его лице остановились, он будто замер, прекратил двигаться, чего-то выжидая. – Точно, он напоминал птицу. Но обязательно она должна быть глупая. Уметь летать, клевать, в клюве что ни будь носить и спать. Так же и посланники, делали тоже самое, только ещё читать умели.
Каждый из нас был всегда готов принять человека сверху, потому что Главный Маг никогда к нам не спускался. Среди нас ходили слухи, что его вообще и не было. Это игра группы заинтересованных магов в этом. Но у домыслов, есть один минус, они всегда останутся ими, если не добыть факты. А их не было. Посланник, – единственный кто нас связывал с ним, и если он спустился в такое пекло ко мне, – дело срочное, – думал я.
– Но откуда вы могли знать, что я никуда не пойду или вообще успею вернуться с очередного путешествия? Вместо приветствия произнёс я.
– Откуда я знаю, что за тем как прячется луна, сразу восходит солнце. Так же и с тобой Берт. Мне не приходилось встречаться с ним с тех пор, как я окончил Академию магии. Тогда он вручал нам Медальон Принадлежности. Посланники, в отличие от нас, магов, даже эмоциями не обладают. Их предназначение – совершенно выполнять волю свыше, и делают они это настолько беспристрастно, что ни одна из жертв, равно как и спасённая ими сущность, не может упрекнуть посланников в какой-либо личной заинтересованности. А секрет в том, что обладая неограниченными возможностями Вселенной, посланники начисто лишены возможности выбора. Пытаясь по его лицу что-либо прочесть, кроме вопросительных знаков, для себя я ничего не увидел. Он тихо ходил по комнате, подходя к каждому рисунку, задерживался на какое-то время и продолжал свой обход.
– Долина Дестино? Спросил он тихо, держа в руках очередную работу моих учеников.
– Да.
– Вам это сейчас может очень сильно помочь. У меня сейчас родилась, очень интересная идея, пока всё это рассматривал.
– Они хотят дать мне новое задание, а долину закрыть, – пробежала мысль в голове. Меня вообще не трогали последнее время, хотя я был участником самого великого эксперимента, когда-либо проходившего в этом участке вселенной. Долина Симфоний была создана Анилом, а мне, как одному из лучших учеников Академии Высшей Магии, выпала честь помогать самому маэстро. Он был избранным в нашей «Долине магов» и создавал самые восхитительные миры. Ходили слухи, что он вообще не учился в академии. Все его познания были из книг и плюс невероятный дар предвидеть. Он имел доступ к библиотеке с закрытым архивом, а заведующий закрывал глаза на ночные посещения его. Этим он и пользовался.
Как шутил про себя Анил: – «Какая разница, стою я или сижу, всё равно, выше крыши». Вообще он любил шутить, смеяться, но главное, всё происходящее вокруг он принимал с юмором. Зачастую даже было тяжело понять, он говорит серьёзно или нет. Мне честно, взяло много времени вообще привыкнуть к его форме общения. Но не смотря на это, он умел уважать людей, с которыми работал или просто сталкивался в дороге. Я помню, меня пару раз Анил одёргивал и отчитывал за мою природную заносчивость и желание показать, насколько я владею знаниями. Кто-бы не был его собеседник, он всегда старался показать человеку его значимость и придать ему силы во время разговора. Уважение и какая-то внутренняя любовь ко всем руководила этим человеком. Меня ни разу учитель не отчитывал при других, хотя вначале было за что. Это происходило всегда один на один. Его взгляд я не забуду никогда. Глаза были прозрачно-голубые, но были моменты, они становились зелёными. Они были большие и глубоко посаженные, а длинные ресницы вообще им придавали вид самостоятельных единиц на лице. Глаза заканчивались прямо около острых верхних скул, формирующие чёткий треугольник его лица. Вообще всё в его лице настолько гармонировало, что если бы я был художник, уверен, лучший портрет нарисовал бы с него. Представьте себе, кожа даже под палящим солнцем, всегда сохраняла свою белизну. Распущенные волосы ниже плеч придавали его лицу определённую загадочность и в то же самое время они своей чернотой придавали контраст его коже. Большой прямой нос был продолжением широкого лба. Что меня всегда удивляло, – ни одной морщинки, даже под глазами. Это придавало даже какую-то неестественность его лицу. Один раз, я его спросил – «Каким кремом надо пользоваться, чтобы кожа была такой гладкой?». Смех – зовут этот крем, улыбаясь, ответил он. Улыбка всегда была на его лице. Она только становилась больше или меньше. Она исчезала с лица, только тогда, когда он начинал сильно переживать, но не за себя. Одно его немного портило, – это большие оттопыренные уши, но распуская волосы, он умело скрывал это. Вот такой был мой лучший учитель.
Во время учёбы я старался быть всегда впереди всех, а на первом задании понял, – «мои знания ничего не стоят, пока не наберёшься опыта». Построенная нами долина на семи нотах отличалась от всех остальных не только названием, но и наполненностью. Мы вместе с моим учителем Анилом создали мир, управляемый музыкой и где основной целью был поиск границ внутреннего мира в себе. Сегодня я понимаю, что он безграничен. Мы хотели создать свет, который смог бы ослепить нас самих. Или пытались найти камень, что не смогли бы поднять. Но это я говорю сегодня, тогда мы были уверенны в обратном.
– О! Я не успел переодеться, – пронеслось в моей голове. Встречаю высокого гостя в одних штанах. – Чем могу быть полезен? – задал я ещё один глупый вопрос, – протягивая гостю стакан холодной воды. В отличие от людей, обитатели нашего мира при встрече не здороваются. В том смысле, что не желают друг другу здоровья, – это бесполезно, поскольку мы не болеем. Мне же, кроме этого, нечего было ему предложить.
Посланник всем видом дал мне понять, что разговор будет короткий, и для меня вряд ли приятный. Лицо-луна покачнулось из стороны в сторону и остановилось посередине, подкрепляя мои сомнения по поводу будущего разговора.
– Есть решение о передаче Вам особого задания. Реставрация свитка. Гость сделал паузу и добавил. – Это ваш Свиток. Вам известно, что часть его утеряна, она сгорела при пожаре, или… или его пытались сжечь? Громко, печатая каждое слово, закончил он.