— Ну, удачи тогда!
— Ага, и тебе.
Торговые залы пустовали. Похоже, жара распугала даже тех редких покупателей, которые приходили к нам исключительно ради того, чтобы охладиться. Ребята из отдела компьютерной техники продолжали торчать в Интернете, просматривая ролики.
— А, приветик, пропащий! — Серега приветственно махнул рукой. — Иди сюда, тут такое! Вадь, покажь ему. Просто чума!
Вадим щелкнул курсором, загружая запись в ю-тюбе.
— Сегодня уже в ТОПе, — гордо произнес Серега, будто он лично снял и выложил в сеть сенсационное видео.
Название ролика "чувак мочит другого чувака" насторожило сразу. Но до последнего момента не верилось, что он будет иметь отношение ко мне. Да и мало ли в интернете мусора?
Качество записи оставляло желать лучшего. Снимали на мобильный телефон, да еще и ночью. Рука "оператора" дрожала, отчего силуэты двух людей получились мутными и расплывчатыми. В темноте их тени едва различались, и только по динамике движения можно было понять, что один преследует другого.
— Подожди, вот щас будет кул! — Серега восторженно уставился в монитор.
Действительно, тени выскочили на освещенный участок, став отчетливее. Сомнения исчезли: кто-то снял мое бегство от упыря… В зале как-то резко похолодало, будто кондиционеры заработали на полную мощность. Сердце бешено заколотилось, а шрам на плече неприятно зазудел.
Вот я налетел на сетку-рабицу, проломил ее и грохнулся на землю. Мой преследователь перемахнул через упавшую ограду, взлетев над землей, будто его поддерживали невидимые тросы, и приземлился по другую сторону.
— Прям "Матрица" какая-то, — прокомментировал Вадька.
В другой ситуации я бы согласился, и наверняка разделил бы восхищение умопомрачительной записью. Но главная роль в этом диком кино досталась мне. Неужели с перепугу можно проломить сетку? Металлическую! А я с легкостью прорвал ее, как паутину!
Действие, разворачивающееся перед моими глазами, завораживало и пугало одновременно. Я ловил каждую секунду схватки.
Вот, хищно изогнувшись, упырь навис надо мной. Несмотря на теплую погоду, на нем был одет черный плащ. Его внешность мне не запомнилась, кроме жгучего взгляда и длиннющих клыков. На записи же лицо твари скрывалось в тени.
Он выпрямился, любуясь добычей. Мною! А я тем временем нашарил железяку и дернул ее из земли.
Что за… Нет, я помню, как в руку лег тот самый прут, он еще показался довольно увесистым. Но чтобы настолько?! Как такое возможно?! Я не тяжеловес, но, тем не менее, вывернул кусок арматуры шириной в два пальца, да еще с куском бетона! И все это с размаху впечатал в зверюгу!
— Ох, еееее! — причмокнули ребята, будто видели схватку впервые.
Они радовались, увлеченные зрелищем. А меня пробирала дрожь. Именно в тот момент, когда я сбил тварь с ног, мое лицо попало под свет фонаря… всего на секунду. Чуть размытое, нечеткое, но вполне узнаваемое. Если задаться целью и хорошенько обработать кадр, можно получить сносный портрет. Надеюсь, он никому не понадобится.
Отбросив монстра, я изогнулся и одним прыжком оказался на ногах. Снова "Матрица"?! Легко взмахнув палкой, словно это не железо с бетоном, а обычная деревяшка, впечатал ее в висок упыря. Холодно. Решительно. Со знанием дела. Будто мясник, разделывающий тушу. Нет, это не я. Это не мог быть Я!
На заднем плане видео послышался испуганный крик, камера дернулась, а потом и вовсе выключилась.
— Круто, да? Как он его! Видел?!
— Да уж. — Голос совсем сел, и я кашлянул. — Кхм. Хорошее фуфло.
— Что? — возмутились ребята.
— Что-что. Фуфло это, а не запись. Где вы видели мужиков, которые цемент из земли вырывают, да скачут как козлы горные?
— Так в том-то и дело! Это ж "фрики"! Уродцы со сверхспособностями!
— Слушайте, — сипло отрезал я, — поменьше сериалов фантастических смотрите, ага? Для мозга вредно.
— Да ну! Ничего ты не понимаешь!
— Ребята, займитесь делом! — Мы и не заметили, как к нам подошел Сыч. — Корнилов? Ты что здесь делаешь?
Только начальства здесь не хватало! Мало мне приключений в "ю-тюбе"!
— Вы сами вызывали, — я с неприязнью на него посмотрел. Теперь он мне никто, и холопствовать никто меня не заставит. Только бы отделаться от него быстрее…
— Вызывал, — Николай Александрович покраснел и виновато улыбнулся.
Что это с ним? Насколько я его знаю, он никогда не проявлял сострадания к подчиненным. Тем более, к уволенным.
— Что, передумали? — ожидая ответа, я не сводил глаз с одутловатого лица Сыча. Багровые пятна начали расползаться по его щекам, достигли ушей и перекинулись на шею. Глупая улыбка застыла на губах, в уголке рта показалась слюна, вены на висках вздулись, отбивая ритм бешено грохочущего сердца. И вдруг я понял — любое мое слово, любая просьба будет выполнена. Между мной и Сычом протянулась невидимая, но крепкая нить. Дерну за нее — и он не посмеет ослушаться.
"Подойди". — Решил я проверить догадку и послал мысленный приказ.
Николай Александрович, гроза кадров, жесткий и придирчивый начальник, повиновался. Двинулся вперед, словно послушная кукла, неловко передвигая ногами и размахивая руками. Остановился прямо передо мной, хлопая остекленевшими глазами. Его бульдожьи брыли блестели от пота, на подбородке краснела царапина. Побрился неудачно. Поранился… Сквозь едва зажившую корочку выступила капля крови… совсем маленькая, но такая ароматная… ее запах щекотал ноздри, притягивал, манил…
Мне ничего не стоило разорвать Сычу горло. Сделать один шаг, перекусить артерию, насладиться вкусом его жизни. Он бы не стал сопротивляться. Даже посчитал бы это великим благом… Но только от одной мысли, что мой рот наполнится человеческой кровью, вдруг стало противно. Тряхнув головой, я сбросил наваждение.
Серега и Вадик топтались возле компьютера, пораженные невиданной картиной — подозрительным молчанием Николая Александровича.
Сыч тоже пришел в себя. Отвел глаза и бросил:
— Заберешь документы в кадрах. И пропуск сдашь. А вам, — он ткнул пальцем в сторону скучающих подчиненных, — работать!
И, как ни в чем не бывало, направился в сторону своего кабинета.
— Рэм, а что это было? — открыл рот Вадим. — Странный какой…
— Не знаю, — я пожал плечами. — Жара…
Жара… Сейчас на нее списывалось любые странности в поведении… И я туда же? Кожа на руках, опаленная солнцем, покраснела и чесалась. Дневной свет нестерпимо жег глаза. Но это еще полбеды. Я чувствовал, что меняюсь. Звуки, запахи — они стали другими. Выразительнее, ярче, острее. И этот эксперимент с Сычом… способности к гипнозу просто так не появляются. И еще… в какой-то момент мне действительно захотелось попробовать его кровь… Да… жара…
По пути домой я зашел в аптеку и купил солнцезащитный крем самой высокой фильтрации. Хваленые косметические средства должны были хоть как-то помочь справиться с ожогами. После дня, насыщенного открытиями, я устало рухнул на диван и включил телевизор, намереваясь отвлечься. Тревожное чувство появилось ниоткуда. По спине пробежались холодные мурашки, неприятно потянуло под ложечкой.
В дверь вдруг позвонили.
Глава 3
Черная "Инфинити" мягко плыла по переулкам элитного поселка, расположенного всего в нескольких километрах от Москвы. По сравнению с раскаленным городом здешние места казались раем: лениво качали ветвями высокие деревья, тихо журчала искрящаяся на солнце речка, ярко зеленели сочные, аккуратно подстриженные газоны.
Несмотря на работающий в машине кондиционер, пассажир, сидящий на заднем сидении, не прекращал вытирать платком пот со лба и шеи. Ему, мужчине солидного возраста, переносить жару становилось все тяжелее. Но что поделаешь? Годы летели, унося с собой молодость и здоровье. И как бы ни хотелось остановить время, против законов мироздания не мог пойти даже он, Валентин Леонидович Родин — воротила современного бизнеса, человек с миллионным состоянием.