— Я больше не Пискля, — счастливо протявкала сестра. — Теперь меня зовут Белла!
— Белла, — повторил Счастливчик, пробуя на вкус новое имя. — «Красиво», — решил он.
Тут белая косматая собачонка звонко взвизгнула, а сидевшая возле нее метиска с сердитым: «Заткнись!» тяпнула ее за нос.
Счастливчик смешался, только теперь увидев, что вся пестрая стая сидит рядом и с любопытством разглядывает их с сестрой. На мордах у них был написан восторг и ожидание, только бойцовский пес держался независимо и с вызовом. Возможно, вместе собаки представляли собой весьма забавную стаю, но каждая из них в отдельности выглядела совсем неплохо. Шерсть у всех была гладкая, животы круглые, морды без следов блошиных укусов и свирепых драк, если не считать пары царапин, оставленных недавней битвой с лисами. Особенно ухоженной выглядела маленькая белая собачка, стоявшая на трех лапках, изящно приподняв в воздух четвертую, словно просила о чем-то. Ее шелковистая длинная шерстка выглядела так, будто Длиннолапые расчесали ее не позже сегодняшнего восхода!
Несмотря на напускную самоуверенность, маленькая собачонка, похоже, была немного смущена своей выходкой, и Белла сурово покосилась на нее.
— Именно это и означает мое имя, Солнышко, — строго сказала она. — Белла значит красавица!
Счастливчик потерся носом о щеку Беллы, чтобы успокоить ее.
— У меня тоже теперь новое имя, — поспешил похвастаться он. — Меня зовут Счастливчик.
Белла облизала ему ушко.
— Отличное имя! Оно прекрасно тебе подходит — надо же, как тебе посчастливилось встретить нас!
— Это точно, — кивнул Счастливчик и, сделав шаг назад, обвел взглядом друзей сестры. — Здорово, — сказал он.
Бедняжка Солнышко была так взволнованна, что не смогла ответить, к тому же она с трудом удерживалась на трех лапках и все ее силы уходили на то, чтобы не упасть. Бойцовский пес буркнул что-то неразборчивое, потом привстал на задние лапы и с жадностью засопел, не сводя глаз с куска мяса, лежавшего перед Счастливчиком.
— Ах, Бруно, Бруно, — беззлобно проворчала Белла, тыкая его носом. — Вечно ты голодный! У нас тут конец света, а ты думаешь только о еде! Ха-ха-ха!
Счастливчик озадаченно посмотрел на сестру.
«Разве не все собаки постоянно думают о еде и том, как ее раздобыть?» — удивился он про себя. Что касается конца света, то здесь он тоже не видел ничего смешного — достаточно вспомнить весь ужас Большого Рыка или жуткую бездну, разверзшуюся посреди дороги. Искать, добывать и защищать свою еду — это не шуточки. Он знал это всей своей шкурой. А эти сытые, лоснящиеся собаки, похоже, нет. Почему?
Словно в ответ на его раздумья Солнышко вдруг плюхнулась на круглый животик, рассыпав по полу свою длинную белоснежную шерстку.
— Зачем ты говоришь такие гадкие слова, Белла? — захныкала она. — Мы не знаем, наступил конец света или нет! Может, все обошлось?
В ответ Белла раздраженно тявкнула, но все-таки ободряюще лизнула Солнышко в черный нос-пуговку.
— Но если конец света не наступил, то где тогда наши Длиннолапые?
Счастливчик оцепенел. Наши Длиннолапые?! Не веря своим ушам, он снова обвел взглядом собак, не похожих друг на друга во всем — кроме одного. Весь их вид так и кричал о сытой жизни в подчинении у Длиннолапых.
Это открытие настолько ужаснуло Счастливчика, что он невольно вскрикнул:
— Вы собачки-на-поводочке!
Они уставились на него, потом в недоумении переглянулись.
— И что? — переспросила пастушья собака, склонив набок голову.
— Это… ну, это объясняет, почему вы все… — он сбился и замолчал, голова у него шла кругом. Собачки-на-поводочке! Балованные песики! Жалкие, беспомощные, глупые, кроткие, бесполезные, позор собачьего рода…
Они позволили Длиннолапым надеть им на шеи ошейники! Они получали от Длиннолапых все на свете — еду, ласку, веселье, тренировки, постель и крышу над головой. Без своих Длиннолапых они были беспомощными, никчемными слабаками… Какой ужас! Каким образом собачки-на-поводочке рассчитывали выжить после конца света?
Счастливчик встряхнулся, прогоняя дрожь. Пожалуй, он подумает об этом позже. И потом, какое значение это имеет сейчас, когда эти нелепые собаки спасли его от лисиц?
Он посмотрел на Бруно, который продолжал с наслаждением обнюхивать его кусок мяса.
— Угощайся, если хочешь. И вы все, тоже… — Счастливчик спрыгнул с прилавка, схватил мясо и бросил его на пол. — Вы спасли мне жизнь, так теперь я у вас в долгу. Ешьте!
«Ведь это, возможно, ваша последняя еда, — мрачно подумал он. — Сами-то вы охотиться все равно не умеете!»
Некоторое время слышно было только жадное чавканье и сопение, с которым смешная стая поглощала предложенное угощение.
Счастливчик тоже не отставал. Проглотив свою порцию, он шепнул на ухо Белле:
— А у тебя… любопытные друзья.
Белла подняла голову и с любовью посмотрела на остальных.
— Они не такие, как мы с тобой, верно? Знаешь, я раньше думала, что все собаки на земле — помесь шелти и ретривера, как мы с тобой.
Счастливчик моргнул.
— А мы… эти самые?
— Ну да. Разве ты не помнишь нашего отца и мать-собаку? — В глазах Беллы плескалось целое море чувств: счастье, облегчение, сожаление о долгой разлуке, но голос прозвучал энергично и чуть насмешливо: — Почти у всех нас есть не только настоящие имена, которые нам дали Длиннолапые, но и названия пород.
— Никакие это не настоящие имена, раз их дали Длиннолапые, — неодобрительно буркнул Счастливчик.
Белла пропустила его слова мимо ушей.
— Ну, Бруно ты уже знаешь. Его мать-собака была немецкой овчаркой. А это Микки, его порода называется бордер-колли. Он невероятно умный и все время сгоняет нас в стаю! Родителями Дейзи были уэст-хайленд-уйат и джек-рассел терьеры. А малышка Солнышко у нас мальтийская болонка, — закончила Белла и, подумав, прибавила: — Очень изящное существо!
— А эта? — спросил Счастливчик, кивая на самую крупную черную собаку.
— Марта? Ньюфаунленд, кто же еще? Разве ты не видишь, какая она огромная рядом с Солнышко!
Счастливчик внимательно посмотрел на странную пару. Марта была намного выше его самого, а крошка Солнышко едва доставала ей до коленки. Лисы, конечно, были паршивцы и враги, но в одном они оказались правы: такую нелепую стаю еще свет не видывал! Интересно, кто у них альфа? Белла говорила больше других и была довольно резковата с Солнышко, но при этом не держалась, как главная. Она явно не была непререкаемым авторитетом для остальных, не ожидала, что они будут повиноваться любому взмаху ее хвоста или шевелению ушей, более того, она сама искала у друзей одобрения и поддержки. Колли по имени Микки выглядел очень умным, а Бруно, судя по всему, отлично чувствовал себя в драке, но ни один из них не повел себя, как альфа, в схватке с лисами. Солнышко… нет, что за вздор! Метиска Дейзи была храброй, дерзкой и задиристой, но какой из нее альфа, она едва вышла из щенячьего возраста!
Кто же в этой стае главный?
![Пустой город pic115.jpg](https://litlife.club/books/218742/read/images/pic115.jpg)
Его спутанные мысли были прерваны пронзительным визгом. Солнышко вскочила, забыв о последнем недоеденном кусочке мяса, и стала бегать кругами по полу, тряся длинной белой шерстью и дробно стуча коготками.
— Ой, болит! Ой-ой, не могу! Ой, больно!
— Что… — начала Белла.
— Ой-ой, это все лисы! Меня укусили!! — Солнышко сорвалась на истерический визг, потом выразительно оторвала от пола свою крохотную лапку. Ту самую, которую она после битвы зачем-то все время держала в воздухе, и теперь Счастливчик понял, что на это была причина, которая только что стала ясна и самой Солнышко.
Маленькая болонка взмахнула лапкой, словно пыталась бежать, не удержалась и шлепнулась на пол. В следующий миг она вскочила и снова возбужденно забегала кругами, только теперь уже на трех лапах.
— Ой, мои Длиннолапые! Где они? Пусть придут — немедленно! Сейчас же! Мне срочно нужно к ветеринару!