Психологическое содержание двух цивилизаций наиболее полно прослеживается в теории архетипов К. Юнга, согласно которой в бессознательном каждого человека есть глубинный слой – коллективное бессознательное. Человек впитывает в себя опыт предшествующих поколений и является продуктом и вместилищем родовой истории. Человек рождается уже со многими полученными от предков диспозициями, например представлениями о морали, о брачно-родительских отношениях, о своем праве на решение общих для рода вопросов, о власти и подчинении, о роли старших по возрасту в сообществе, о наиболее желательных и ценимых качествах личности. Основания личности архаичны, примитивны, природны, бессознательны и универсальны, их можно назвать корневой ментальностью человека, которая не осознается, но присутствует. Сущность исторически сформировавшейся коллективной личности связана с различиями, которые обусловлены природно-климатическими условиями выживания. На этом пути люди сталкивались с разными повторяющимися природными явлениями, воздействие которых и привело к возникновению двух наиболее крупных цивилизаций на евразийском континенте.
17.1.1. Цивилизации земледельцев и охотников
Человек прямоходящий был первым гоминидом, который выбрался за пределы тропиков в зону умеренного климата. Более миллиона лет он чрезвычайно медленно распространялся из Африки и Юго-Восточной Азии по дальним пределам восточного полушария (187, с. 108). На рис. 17.1. показаны примерные пути продвижения первых людей в новые области. Первобытные люди рассеялись по земной поверхности более или менее равномерно, заполняя пригодные для обитания участки. В ходе освоения новых земель они разделились: одни двинулись на восток, другие на запад. Ушедшие на Запад (в Европу) несколько раз сталкивались с явлением оледенения, последнее из которых окончилось около 10 тысяч лет назад. Оледенение заставляло людей уходить из уже обжитых мест, активно искать способы выживания в условиях холода, а затем возвращаться, двигаясь за отступавшими ледниками вслед за мамонтами и носорогами, охота на которых была условием их жизни. Та же часть популяции, которая осталась на вновь освоенных землях (Египет, Междуречье, долины Инда и Ганга), не желая рисковать уже приобретенным благополучием и уходить с насиженных мест, постепенно создавала первую цивилизацию.
В ходе этого разделения у людей формировались психологические качества, позволявшие им выживать и развиваться. Охотники жили в условиях постоянных, подчас чрезвычайных изменений, требовавших напряжения всех сил и поиска выхода из экстремальных условий. Ситуация требовала пассионарных (по Л. Н. Гумилеву) личностей, готовых вывести остальных из тупика. Земледельцы проживали в более стабильных климатических условиях с предсказуемыми сезонными изменениями и гарантированным пропитанием. Каждая из двух частей человечества должна была обеспечивать выживание потомству с помощью тех социальных структур, которые в наибольшей степени способствовали развитию вида и продолжению рода в определенных климатических условиях. Так у индоевропейских народов сформировались две этнокультурные ветви, два вектора развития, которые в течение многих веков создавали собственную культуру, ментальность, мораль и религию. Двигавшиеся за ледником племена охотников-собирателей осели в основном в Европе, которая в силу благоприятных климатических условий раньше других земель оказалась пригодной для жизни (влияние теплого течения Гольфстрим). Земледельческие племена сосредоточились в Азии и Северной Африке.
Ведя различный образ жизни, охотники и земледельцы вырабатывали собственные паттерны поведения, которые способствовали их выживанию. Они формировались в виде отношений к окружающему миру, к природе и другим людям, а проявлялись как нормы морали, установки и ценности в условиях определенного социального уклада. Эти ментальные по своей сути образования создавались самим сообществом, но затем происходил обратный процесс, когда нормы морали, установки и ценности формировали вначале каждое новое поколение популяции, а следовательно, и социум в целом. Ментальные структуры, соответствующие образу жизни и задачам выживания, у двух этнокультурных групп закрепились разные, хотя нормы морали практически не имели отличий. В силу длительности формирования именно эти ментальные структуры стали частью коллективного бессознательного, о котором писал Юнг.
Важные гипотезы высказала в книге «Полярные сияния в мифологии славян» Л. М. Алексеева. Она считает, что у охотников-собирателей закреплялся индивидуалистический подход Высоко ценятся личностные качества – сообразительность, смелость, умение организовать группу, высокая степень самостоятельности в принятии решений и ответственности за них, ориентация на личность отдельно взятого члена сообщества, потенциально способного привести всех к инновациям. Примером организации такого сообщества могла служить волчья стая, жизнь которой нередко приходилось наблюдать людям, следовавшим за ледником, так как волки тоже передвигались на север за стадами оленей.
В эту систему ценностей неотъемлемо вливается также экологическая составляющая жизни древних охотников. Среда дает им все необходимое, и они уважительно относятся к своему месту в природной цепи. Они вынуждены вступать в личное противоборство с природными стихиями и дикими зверьми, а потому осознают, что могут проиграть схватку со зверем или разыгравшейся бурей. Жизнь отдельно взятого индивидуума отнюдь не обесценивается от такого осознания, наоборот – тот, кто ясно чувствует присутствие смерти «на расстоянии вытянутой левой руки», острее воспринимает и жизнь, и ее ценность для себя и своих соплеменников. В условиях опасной охоты, например на слонов (раскопки археологов в Торральбе и Амброне, Испания), человек был вооружен только деревянным копьем и камнями, но выступал против огромных животных, которые были крупнее своих современных сородичей. Для такой охоты требовались личное мужество, находчивость, умение использовать рельеф местности, инновационная изобретательность, ловкость и смелость, свойственные молодым и зрелым мужчинам. Но главным социально-психологическим достижением древних охотников становится умение договориться о действиях группы в целом и месте каждого в опасном деле. В таких условиях ценностью становятся достижение успеха, личные качества наиболее удачливых охотников, их изобретательность, находчивость и смелость.В племенах охотников-собирателей царил дух равенства и распределительной справедливости, свойственные первобытному коммунизму. Стихи Киплинга выражают эту истину лучше любой прозы:
Добыча Стаи – для Стаи; ты волен на месте поесть,
Смертная казнь нечестивцу, кто кроху посмеет унесть.
Право Щенка-одногодка – досыта зоб набивать
Добычей Стаи, и Стая не смеет ему отказать.
Право Берлоги – за Маткой: у всех однолеток своих
С туши четверку взимает она для щенков молодых.
(пер. С. Займовского)
Первобытные земледельцы оставались на освоенных местах, используя подходящие участки земли для изготовления продукта потребления. Целью их жизни и условием выживания было максимально полное использование природных циклов и ресурсов. Земледельцы быстро увеличили свою численность за счет производимых излишков продуктов, что потребовало создания принципиально иной системы общежития и управления. Так же как и охотники, земледельцы ищут аналоги в природе. Для них таким аналогом становится стадо овец, прирученных еще в IX тыс. до н. э. Появилась норма осознания того, что и над людьми есть такой же хозяин, каким является пастух над стадом, а управлять им можно только с помощью кнута и собак-помощников.
Утилитарный подход породил представление о человеке-боге – властителе природы, который ее сотворил и может (имеет право) ее уничтожать или перестраивать по своему вкусу. Формируется монотеизм, отвечающий требованиям упрочения центральной власти на больших территориях со все возрастающим населением. Бог-человек – это верховный пастырь. Он имеет человеческую природу, но при этом несоизмеримую власть и над дикой природой, и над людьми.