Род нахмурился и подошел взглянуть поближе. Лицо было тонкое, нос вздернутый, рот маленький с довольной и надменной улыбочкой.
Это была, определенно, не брюнетка, пристававшая к Роду ранее в коридоре. Он удивленно хмыкнул. Так значит, та девка не ринулась за слугой, когда ей отказал господин.
Конечно, она могла оказаться просто недостаточно резвой… Но нет, Большой Том был бы рад ублаготворить обеих.
Он поставил факел на место, вернулся на сеновал с кивком завистливого восхищения Большому Тому и, не трудясь стягивать камзол, свалился на кучу сена, служившую ему постелью. Это воскресило в нем воспоминания. Он зевнул, положил голову на согнутую руку и медленно продрейфовал ко сну.
— Человек Гэллоуглас!
Голос так и прогремел в тесном помещении. Род рывком выпрямился, девушка завизжала, а Большой Том выругался.
Над ним, светясь в темноте холодным светом, возвышался дух.
Род поднялся на ноги, бросив быстрый взгляд на Тома и девушку. Она съежилась в малодушном страхе, прижавшись к медвежьей шкуре его груди. На лице Тома уже установилось выражение угрюмого (и вероятно, испуганного) вызова.
Род переключил взор на духа, стоящего высоко над ними в пластинчатых доспехах, с невероятно длинным и тонким лицом. Оружие у него на бедре было рапирой, это был не Горацио Логайр.
Род напомнил себе, что он — босс, факт, о котором он почти забыл. Он ответил бездонному взору самым надменным взглядом, на какой был способен.
— В каком хлеву ты вырос, — рявкнул он, — что являешься перед джентльменом столь бесцеремонно?
Глаза-пещеры расширились, у духа отвисла челюсть. Сбитый с толку, он уставился на Рода.
Смертный поспешил воспользоваться своим преимуществом.
— Говори же, да поживее, иначе я спляшу на твоих костях!
Дух просто зараболепствовал, Род попал в точку. Очевидно, существовала какая-то эктоплазматическая связь между духом и его бренными останками. Он сделал мысленную пометку отыскать могилы всех участвующих в деле духов.
— Прошу прощения, милорд, — заикаясь, произнес дух. — Я никак не хотел оскорбить. Я только…
Род оборвал его:
— Раз уж потревожил мой сон, ты вполне можешь сказать, что привело тебя ко мне?
— Вас вызвали…
Род снова перебил его:
— Никто не вызывает меня.
— Прошу прощения, милорд, — поклонился дух. — Милорд Логайр просит вашего присутствия.
Род еще с миг прожигал его взглядом, затем со вздохом взял лютню.
— Ну, кто имеет дело с духами, должен заниматься делами в неурочное время. — Он вскинул голову. — Горацио Логайр?
— Он самый, милорд.
Служанка ахнула.
Род вздрогнул, он совершенно забыл про своих слушателей. К полудню его репутация будет известна всему замку.
— Ну, — сказал он, вешая лютню на плечо, — веди.
Дух еще раз поклонился, затем, вытянув руку, повернулся к стене.
— Погоди, — рявкнул Род, — лучше оставь тайные ходы тайными. Ступай к милорду Логайру и скажи ему, что я скоро приду. Ты забываешь, что я не могу ходить сквозь стены, подобно тебе.
Дух обернулся, недоуменно нахмурившись.
— Но, милорд…
— Ступай к милорду Логайру, — рассвирепел Род.
Дух съежился.
— Как вам угодно, милорд, — поспешил промямлить он и скрылся.
В неожиданно наступившей темноте девушка испустила долгий рыдающий вздох, и «Как же это, мастер?» — осведомился Большой Том, очень спокойным голосом, со всего лишь следом удивления. «Ты теперь регулируешь движение духов?»
— Да, — ответил Род и распахнул дверь, гадая, где это Том подхватил такое выражение — «регулировать движение».
В дверях он обернулся посмотреть на пару, сузив глаза и пронзая их взглядом.
— Если хоть слово об этом выйдет за пределы этого помещения, у вас обоих будет беспокойный сон и ночные гости.
Глаза Большого Тома сузились, девушкины же в тревоге расширились.
«Хорошо, — подумал Род. — Я пригрозил ее доходу и теперь могу быть уверенным, что она будет молчать».
Он круто повернулся и закрыл дверь. Большой Том, конечно же, утешит ее, а контроль его мастера над духами не совсем чтобы уронит его в ее глазах.
И конечно же, она будет держать язык за зубами. Что тоже неплохо. Для человека, неверящего в магию, Род и так уж чересчур прославился, как чародей.
Он крался по коридору, пока не нашел пустую комнату со входом в тайный туннель. Гранитные блоки стен были вырезаны в форме барельефа, изображающего сжигаемую на костре оранжевую флейту. Логайры явно весьма серьезна воспринимали принятую ими ирландскую фамилию.
Род нашел в связке хвороста один уголек, вырезанный немного глубже остальных, и бросил на него весь свой вес, толкнув его вправо. Древний механизм издал глухое рычание, и дверь развернулась на каменных плитах пола.
Род нащупал подошвами ног ступеньки, протянул руку к большому железному кольцу, установленному с внутренней стороны двери, и, задвинув ее, направился вниз, по лестнице.
Он вышел через массивную дверь в большой зал с темным алтарем. Его призрачный проводник был уже там, дожидаясь.
Дух поклонился.
— Если вы будете так добры последовать за мной, мастер… — Он повернулся и пошел к арочному выходу в коридор.
Род последовал за ним, бурча под нос:
— Полегче там с сарказмами.
Они вышли в коридор, и справа от себя Род увидел фосфоресцирующее собрание духов. Они стояли неподвижно, склонив головы, глядя на что-то внизу на полу в центре их круга. Род услышал очень смертный и очень испуганный плач.
Когда Род подошел, Горацио отплыл от кучи призраков. Его крупное лицо исказил гнев.
— Милорд Логайр. — Род поклонился с предельной вежливостью, затем выпрямился. — Зачем ты вызвал меня?
Лоб духа немного разгладился, он, видно, несколько смягчился.
— Человек Гэллоуглас, — проворчал он, — почему ты не сказал мне, что пришел в наши коридоры не один?
— Не один? — поднял брови Род. — Вот как?
Мрачность Логайра перешла в озадаченность.
— Воистину, был некто, последовавший за тобой, как я убедился, выйдя из зала со странным сооружением.
— Высший сорт, — пробормотал Род.
— Gesundheit[21], — ответствовал Логайр. — Если нам предстоит иметь здесь постоянное хождение смертных, мне придется присмотреть за отоплением коридоров. Но к делу: я нашел твоего слугу прямо при выходе из зала.
— Слугу? — нахмурился Род. — Откуда ты знаешь, что это слуга?
— Он же подслушивал у двери. И мы можем знать, что он твой, ибо когда мы двинулись на него, он выкрикнул твое имя.
— О. — Род сосредоточенно почесал в затылке. — Так он назвал мое имя, да?
— Да, иначе мы убили бы его. И посему я послал за тобой, чтобы отдать его тебе.
Логайр посторонился, круг духов расступился, и Род шагнул вперед. В холодном свете духов он увидел жалкий комок, пытающийся втиснуться в стену. Лицо было отвернуто от него. По плечам рассыпались длинные черные волосы. На нем была белая блузка, широкая юбка и черный лиф. Последний был очень плотно заполнен.
— Милорд Логайр, — начал было Род, но голос его осел и он начал снова: — Милорд Логайр, это вряд ли «он». — А затем самым мягким голосом, на какой был способен, он попросил: — Посмотри на меня, девушка.
Голова девушки вскинулась, губы раздвинулись. Лицо ее залилось радостью и облегчением.
— Милорд!
Затем ее руки обвили его шею, так крепко, что ему пришлось бороться за дыхание, а ее тело плотно придвинулось к нему. Она уткнулась головой в плечо Рода, содрогаясь всем телом от рыданий.
— Милорд, о, милорд!
— Боже милостивый! — откликнулся Род, отодвигаясь от нее, чтобы прочистить гортань.
Он, разумеется, узнал ее, это была служаночка, сделавшая ему ранее вечером предложение.
— Ну, ну, тихо, девушка, все хорошо, — прошептал он, гладя ее по спине.
Помещение вокруг него, казалось, закачалось. Он выбрал фиксированную точку света и уставился на нее.
21
На здоровье (нем.).