На этот раз мы расскажем тоже о поединке, но только не с уголовником, а с поездом.
Калсын провожал взглядом проплывающие мимо вагоны. Состав «Москва — Баку» еще не успел набрать скорости, как вдруг раздался крик. Сержант мгновенно оглянулся: видит — под вагоном между рельсами ничком лежит человек. Как он туда попал? Но об этом раздумывать некогда. Человек лежит так неловко, что его обязательно заденут какие-нибудь детали, расположенные под «брюхом» вагона... Не раздумывая, Калсын бросился к рельсам, лег вдоль них, прижавшись к земле и упершись ногами в шпалы. Человек был совсем рядом, но по другую сторону рельса. Как только мимо прошла колесная ось, в ту же секунду Калсын схватил приемом борца-самбиста того, кому угрожала смертельная опасность и, весь напрягшись, буквально выхватил его из-под колес второй оси.
Калсын Иславдинович Мансуров теперь носит не только значок «Отличник милиции», но и орден Красной Звезды.
![Будни отважных img_56.jpg](https://litlife.club/books/215361/read/images/img_56.jpg)
Второй час ночи. На станцию Ростов-Главный прибыл пассажирский поезд. Среди пассажиров и семья Черененькиных — муж, жена и четверо детей. Вещей семья везла много и выгрузить их было нелегко. Этим занимались отец, мать, старшие дети. А четырехлетний Петя в это время решил погулять. Ведь так интересно вокруг: огромные вагоны, разноцветные огни фонарей, прожектора. Мальчик вначале шел по перрону, затем выбрался на соседний, третий путь. Там его и увидел старшина дорожной милиции Борис Михайлович Солдатенко. Увидел в тот момент, когда Петя шел по шпалам, а сзади на него надвигался маневрирующий поезд. Между летящим по рельсам вагоном и мальчиком оставалось всего несколько метров. Риск был смертельный, но Борис Михайлович, не раздумывая, бросился к ребенку и вместе с ним прыгнул в сторону. Подножка вагона все же зацепила старшину. Но обошлось благополучно. Через несколько минут Борис Михайлович привел Петю его родителям, а сам пошел на дежурство. Ведь оно еще не кончилось.
На груди старшины милиции Петра Дмитриевича Чуприны медаль «За отличную службу по охране общественного порядка». Точнее сказать — медаль больше лежит в шкатулке. Петр Дмитриевич за четверть века службы в милиции совершил немало хороших дел. Сколько преступников обезоружено и задержано, сколько жизней спасено! Вот один из эпизодов, происшедших в Краснодаре, где он несет службу.
Поезд «Новороссийск — Москва» уже отправился, когда на перрон выбежал юноша с рюкзаком за плечами. Он долго бежал вдоль поезда, потом ухватился за поручни вагона, подтянулся и... сорвался. Ноги его скользнули под вагон. Еще две-три секунды — и беды не миновать. Но неподалеку оказался старшина Чуприна. Он тотчас же бросился к пареньку, схватил его за одежду и вытащил из-под стремительно надвигающихся колес. Иван Трубицин уехал в город Находку другим поездом и, видимо, долго будет помнить своего спасителя.
А. БОЙКО
ПОЕДИНОК.
СЛУЧАЙ НА ПЕРЕКРЕСТКЕ
![Будни отважных img_57.jpg](https://litlife.club/books/215361/read/images/img_57.jpg)
ПОЕДИНОК
Светлана бежала, задыхаясь от ветра, от усталости, от страха за него — товарища, оставшегося один на один с бандитом. Бешено колотилось сердце, не хватало дыхания. Ноги подкашивались, скользили на обледеневших лужах. Упала, больно ударившись коленом, но тут же вскочила.
Скорее! Скорее! Наконец вбежала к дежурному отделения. И уже через две-три минуты из ворот милиции вылетела оперативная машина, круто развернулась и помчалась на предельной скорости вверх по Кировскому.
Вот и ипподром. На углу улицы Малюгиной и Университетского переулка свет фары выхватил из снежной круговерти двоих. Один лежал ничком без движения, другой сидел рядом, привалившись набок. Резко завизжали тормоза. Сидевший с трудом приподнялся.
— Преступник... задержан, — прошептал он и стал оседать на окровавленный снег. Его подхватили руки друзей.
Около четырех часов врачи не отходили от операционного стола, на котором лежал плотный, мускулистый человек, с высоким выпуклым лбом, волевым твердым подбородком. Более двухсот минут, и каждая из них могла стать последней в его жизни. Три тяжелые ножевые раны, одна рядом с сердцем... Только к утру стало ясно — смерть отступила.
А через два месяца выздоравливающему сообщили: он награжден орденом Красной Звезды, ему досрочно присвоено звание старшего лейтенанта.
Сейчас, почти десять лет спустя, Александру Стефановичу Фоменко трудно вспомнить все подробности того зимнего дня, ставшего вдруг для него продолжением фронтовых будней.
Работал тогда Фоменко оперуполномоченным уголовного розыска в 4-м отделении милиции Ростова, куда пришел по комсомольской путевке из училища трудовых резервов, — там он был мастером производственного обучения. До этого работал формовщиком на «Красном Аксае». А еще раньше — армия, фронт, ранения на Миусе, под Мелитополем, на Днепре...
Новая работа увлекла его. Он окончил годичную Горьковскую школу милиции, поступил на заочный юридический факультет Ростовского университета и ко времени описываемых событий учился уже на втором курсе.
Подходил к концу последний день января. Завтра с утра начнется экзаменационная сессия. О ней больше всего и думал Александр.
Готовился он как будто добросовестно, но все равно волновался. Диамат, иностранный язык, история... Предметы сложные, и на экзаменах придется нелегко. Не знал еще тогда Александр, что сессию придется отложить на неопределенное время.
Он уже собирался уходить домой, когда вызвал начальник. Попросил задержаться и принять участие в поисках одного опасного преступника. Вот уже несколько дней тот терроризировал население. Три уличных ограбления с нанесением ранений; наконец, убийство, жертвой которого стал студент автодорожного техникума, провожавший вечером девушку. Преступник действовал примерно в одни и те же ночные часы и в одном и том же районе — стадион «Динамо», ипподром, улица Пушкина. Именно этот район отделение уголовного розыска и взяло под наблюдение. Было решено применить «приманку». Один из оперативных работников, одетый в штатское, должен был прогуливаться по улицам вместе с девушкой из бригады содействия милиции, а двое других издали наблюдать за ними.
В этот вечер роль «приманки» выпала на долю Александра Фоменко и студентки Светланы Ковалевой.
— Преступник сильный, жестокий, и мы надеемся на вашу опытность и находчивость, Александр Стефанович, — закончил разговор начальник.
На место поисков пришли часов в семь вечера. Улица Малюгиной, малолюдная и в обычное время, на этот раз была совершенно пустынна. Дул пронизывающий ветер, мороз усиливался. Начиналась метель. Редкие фонари слабо просвечивали сквозь снежную пыль. Время тянулось медленно. Казалось, и стрелки часов замерзли, не хотели двигаться. Александр внимательно всматривался в снежную мглу, тихо беседовал со спутницей. Поделился тревогой о предстоящей сессии. Потом разговор пошел о психологии преступников. Светлана отказывалась понимать, как это можно хладнокровно, расчетливо из-за нескольких рублей, пальто, часов искалечить, убить человека. Откровенно говоря, и Александру это было непонятно. Он не раз встречался лицом к лицу со смертью, в течение нескольких лет не выпускал автомата из рук. Но то было на фронте. А сейчас, когда наконец была завоевана возможность мирно работать, учиться, отдыхать, когда все больше и больше стала тускнеть память об ужасах войны, убийство воспринималось как нечто дикое, противоестественное. И Александр не понимал психологии людей, которых юридическая наука называла особо опасными преступниками. Для него они были такими же врагами, как те — в серо-зеленых шинелях, а может быть, еще более отвратительными.
Уже прошло более двух часов, но ничего подозрительного не было замечено. По-прежнему валил снег, торопливо шли мимо редкие прохожие. Мороз крепчал. И Александр с Людмилой порядком-таки продрогли, решили походить еще до десяти и возвращаться в отделение. Они шли по противоположной ипподрому стороне улицы. Двое работников из прикрытия свернули за угол, пошли вокруг ипподрома. В это время впереди замаячила фигура человека. Он шел сильно шатаясь, отталкиваясь от забора и деревьев, бормотал что-то пьяное, неразборчивое. Когда он приблизился, Фоменко окинул его цепким профессиональным взглядом. Нет, этот по приметам не был похож на разыскиваемого. Когда он прошел, Александр оглянулся. Пьяный скрылся за углом. Но через минуту он появился и пошел следом за Фоменко и Ковалевой все так же покачиваясь, но уже более твердым шагом.