Илья стоял в стороне и с любопытством разглядывал людей вокруг себя. По его оценкам, здесь собралось человек сто пятьдесят — двести. Может и больше — подобные оценки всегда тяжело давались Илье, он мог легко ошибиться в несколько раз. Знакомых лиц вокруг себя он не видел, это его печалило. В таком месте намного приятней отдыхать в компании приятелей — раздолбаев, чтобы отрываться с ними по-полной, и в случае конфликта лишние кулаки никогда не помешают. Всякое возможно.
Вообще, разные «неприятности» на свое мягкое место, найти здесь можно очень и очень легко. При желании и вмешательстве его величества случая. Но, по мнению Ильи, на концерт какой ни будь «Касты» публика собирается гораздо более отмороженная. К тому же, Илья был далеко не пай-мальчиком…
Наконец, двери заведения заскрипели и открылись. На пятачок перед входом вышла пара плечистых охранников, почти сразу на них стала наседать целая толпа из самых нетерпеливых посетителей. Илья критически посмотрел на все это безобразие и вломился в толпу, с трудом ворочая плечами и перебирая ногами — он уже прождал у входа в клуб больше получаса, торчать здесь еще столько же, было выше его сил.
К охранникам подошло подкрепление — очень вовремя. Вместе они с трудом противостояли натиску толпы, умудряясь одновременно проверять билеты и запускать людей внутрь заведения.
На концерты, подобные этому, люди ходят не только ради того, чтобы насладиться талантом выступающих музыкантов и их великолепной музыкой. Творцы, что заставляют сердца стучать в такт их музыке и создатели волшебных образов в нашем воображении, не обижайтесь — вы можете выступать откровенно фигово. Но публике, собравшейся на подобном концерте, будет на это глубоко начхать — здесь гораздо важнее атмосфера, громкость и эстетика. И компания единомышленников!
На сцене может выступать супер рок-идол, но если в зале собрались гопники вперемешку с блондинками, нормального концерта не получится. Кто будет звенеть цепями, выписывать в воздухе замысловатые узоры длинным хаером? Как соберется группа единомышленников, чтобы с удовольствием потолкаться и послэмить на площадке перед сценой?
Для человека, увлекающегося песнями Стаса Михайлова и группы «Блестящие», происходящее в этом клубе должно было казаться форменным безумием. На пяточке перед разогревающимися музыкантами уже собралось человек десять панков, прыгающих друг другу на плечи и танцующих ламбаду. Они знали, с какой целью пришли в это место и не тратили понапрасну время.
— «Вот придурки», — ласково подумал Илья и улыбнулся. Ему уже начинало здесь нравиться.
В закутке помещения стояли столы, за которыми разместилась компания солидных мужиков, по виду — байкеры. Остальные посетители стояли чуть поодаль от сцены и вдоль стен.
Илья сидел рядом с баром и попивал пиво — глушить его литрами, как это делали остальные, он считал совершенно бессмысленным занятием. Ведь стоит только «вломиться» в толпу танцующих, как алкоголь выйдет вместе с потом за пять минут. В том, что так и будет, Илья ни секунды не сомневался. Но пока он с любопытством осматривал все вокруг.
Подобные концерты всегда что-то большее, чем просто возможность послушать хорошую музыку. Это еще и своеобразные «смотрины». Скины выскребают из своей головы последние случайно выросшие волосины, металюги полируют все блестящие поверхности своего «прикида», панки «ставят» гребни (любыми веществами. Вообще любыми), и красят их во все цвета радуги. Или наоборот — выставляют напоказ покрытые многолетним слоем грязи косухи, и джинсы, на скорую руку выстиранные в ближайшей луже. Все очень колоритное и интересное. Зрение радуются!
— «Внимание, сегодня показывается коллекция кайфовой шмотки „весна-лето 2014“», — подумал Илья. — «Огромная просьба людям в галстуках и полированных туфлях валить отсюда нафиг!».
Сам Илья косухи не имел, длинными волосами и килограммом железа на одежде похвастаться тоже не мог. На нем были простые синие джинсы, черная футболка безо всяких надписей и старые кроссовки. Но лишним на этом празднике жизни он не был.
Музыканты закончили разогреваться, и толпа у сцены увеличилась в размерах, словно попкорн в микроволновке. Мимо Ильи прошла группа молодых панков с ирокезами, сантиметров в 20 высотой, окрашенных синим, зеленым, красным и еще чем-то ультрафиолетовым. В «обычной» жизни гребень спадает вниз почти незаметной прядью волос и часто прикрывается кепкой от недружественных взглядов обывателей. Но только не сейчас. Сейчас все наружу! Случайный ханжа пусть отвернется в сторону и пусть он будет осыпан презрением.
Взгляд Ильи намертво зацепился за группу готов, словно его там гвоздями прибили. Мужская половина готического сообщества, по мнению Ильи, сильно страдала от недостатка мужественности. Конечно, были среди них персонажи, достойные уважения и даже восхищения! Но таких было совсем не много…
А вот готы женского пола Илью всегда завораживали. Откровенно пялиться на них он мог практически бесконечно. Магия? Черт возьми, наряды невест графа Дракулы были шикарны и мгновенно поднимали температуру тела Ильи градусов на десять. Или двадцать. А может и на все сто!
Илья с трудом оторвал глаза от небольшой, стройной девушки в черном корсете и отхлебнул сразу половину кружки пива — чтобы охладиться.
Он давно удивлялся, насколько сильно эстетика меняет человека. Казалось бы, нацепил чувак или чувиха на себя пару «неформатных» шмоток — что тут такого? Ан нет. Все гораздо сложнее!
Стоит парню отпустить длинные волосы, как окружающие начинают разглядывать его, словно чудище лесное, дикое. И старушки, и бомжи, и дети, и солидные мужики, даже симпатичные девушки в соблазняющих платьях изо дня в день провожают его неодобрительным взглядом, будто говоря: «Не стыдно тебе? Чего вырядился, как клоун? Волосы отрастил, как девочка… Вокруг приличные люди ходят, а ты кто такой?». Первое время наш парень смущается своей непохожести и нацеленных на него острых взглядов — привык быть «нормальным», «обычным», а тут вдруг такая подстава…
Но время проходит и, к своему удивлению, новоявленный «неформал» начинает понимать, что мнение окружающих его не очень то и заботит. Он привыкает не обращать внимание на окружающих. Понимает, что он сам для себя единица самоценная, самостоятельная, а всем окружающим его людям угодить попросту невозможно. И не нужно. Ему — точно не нужно.
Потом собственная «непохожесть» начинает нравиться. У некоторых это превращается в что-то слишком уж замороченное, наподобие: «Есть мы, и есть они. Чужаки. Между нами стена на все времена, все обыватели — быдло».
Это один из механизмов, когда эстетика, внешний вид человека, становится поводом противопоставления себя обществу. «Быдлу», как многие подобные персонажи любят говорить. Хотя, на самом деле, многие такие «неформалы» кроме эстетики и музыкальных пристрастий ничем другим от этого самого «быдла» не отличаются.
Еще есть механизм «соответствия эстетики». Сложно представить себе девушку готической наружности, прилюдно ржущей, как лошадь, пьющей дешевый портвейн с горла и посылающей всех в одно не очень комфортное место. В глазах обывателя панки делают это постоянно и только тем живут — еще один штамп. Поэтому девушка, примерившая на себя образ готичной дамы, избранницы графа Дракулы, все-таки старается соответствовать ему и не опускается до откровенной пошлости. Потому что это очень приятно, а простым «обывателем» можно и в «обычной» жизни побыть.
Нормальный человек с соседней улицы, очутись он сейчас на месте Ильи, пришел бы в ужас от бушующей вокруг него стихии хаоса. Полуголые люди, обливающиеся потом, прыгают друг на друга, толкаются, со всех сторон раздаются крики, ругань. Освещения не хватало, толком рассмотреть происходящее вокруг было невозможно.
Группа скинов человек в десять образовала «клин» из семи-десяти бритых голов и стала прорываться к сцене. Кто-то уже успел устать от такого марафона, и, тяжело дыша, отходил подальше от толпы. Веселье вошло в активную фазу.