- Ящерка… - Радостно вздохнул Вильмут, всё ещё щурясь. Ему хватило одного взгляда, чтобы понять что к чему. В другой ситуации, он тот час начал бы разглагольствовать и выдвигать теории и тактики, но сейчас: - ей срочно нужна помощь! Кровотечение не останавливается!
- Рана нанесена оружием? – Тот час спросила женщина-сайлант, направившись к нему.
- Нет, она магическая. – Он положил Лин на очищенный змеем участок земли и сам присел рядом, наблюдая за тем, как сайлант исследует рану.
- Ты здесь не нужен. – Ричи положил руку другу на плечо. – Идём, ты будешь только мешаться.
Вильмут неуверенно закивал и пошел за змеем, не отводя глаз от Лин, над которой уже колдовала целительница.
- Ты знаешь, как запустить полное сиянием сердце? – Спросил Ричи у друга, который его не слушал. – Вильмут! – Тот резко повернулся к нему лицом. – Ты слушаешь?
- Полное сиянием сердце? Никогда не слышал о подобном.
- Но ведь ты строил теории принципа существования элементалей второй системы. Именно на основе этой теории ты сделал себя повелителем живой тени.
- Да. – Тот кивнул и успокоился, когда увидел, что Лин стала ровно дышать. – Именно так. Постой. Полное сиянием сердце?.. Когда ты начал говорить в стихотворной форме? Ты имеешь ввиду потенциальных старших элементалей?
- Ты и Визы строили свои сосуды по определенному принципу.
- Водоворот. Верно.
- Как можно запустить это сердце?
- Извне? Никак.
Ричи медленно моргнул и продолжил смотреть прямо другу в глаза.
- Как бы тебе… - Вильмут облизнул губы и опустил взгляд вниз, задумавшись. – Ты… Ммм… Представь себе, что человеческий душа это сосуд с газом. Газ заполоняет всё отведенное ему пространство и хаотично перемещается по нему. Это душа любого человека. Этот «газ» является смесью энергий сияния и негатива, и если один из них начинает доминировать, то частицы этого доминирующего «газа» вырываются из сосуда. Таким образом, мы получаем блаженных, и тех, кто помогает нежити восставать.
В это время вокруг них носились нерийские наездницы на гигантских кошках разных окрасок, и нерицские мужчины, с обнажёнными клинками, и они с животной яростью обращали в прах поднимающиеся с земли гниющие тела павших бойцов.
- Монахи на протяжении многих лет учатся упорядочивать этот хаос своей души. Многие из них этого не знают, но если бы монахи перестали истреблять нежить, они бы превратились в пускающих слюни блаженных, над которыми все умилительно посмеиваются. Энергии негатива и сияния комфортным для монаха образом распределяется в сосуде носителя и даёт ему возможность без нарушения баланса использовать эту энергию. Так же…
- Вильмут, сейчас не время для восполнения пробелов в моей системе знаний.
- Да, хорошо. Извини. – Он усмехнулся и пожал плечами. – Ты хочешь знать, можно ли запустить это сердце? Ты имеешь ввиду Ветру, не так ли? Это невозможно, чтобы он знал технику вихревого потока сосуда. Даже если Визы и пыталась его научить, он не смог бы постичь это, потому как в его сосуде были не только сияние и негатив, но и пламя феникса. Огонь – чистый хаос.
- Но должен же…
- Это математика, Ричи. В Храме монахов обучали призыву пяти сфер, использование семи – огромная редкость. А теперь представь, что этих сфер должны быть тысячи. Вечный двигатель внутри сосуда. Этому невозможно научиться, потому что это невозможно понять. Нет, Ричи, теперь, когда все духи покинули своих хозяев, нет силы, что вернёт жизнь этому монаху.
Змей прикусил губу и отвел взгляд в сторону.
- Почему ты так печешься о нем?
- Как ты думаешь, мы сможем уничтожить это… создание? Ксардера владеет чёрными глазами, а мальчик, принявший её в свое тело, сильнейший медиум из всех, что я когда-либо видел.
- Ты думал, что чистое сияние Ветру сможет проникнуть в сосуд медиума и извлечь оттуда нашу сумасшедшую? – Вильмут приподнял брови. – Это имело бы смысл, если бы он был жив.
- Но как нам тогда противостоять ей? Теперь в её власти сила куда большая, чем одни только глаза.
- Ты спрашиваешь моего совета, великий змей? Значит, дела совсем плохи.
- Всё закончится здесь. Сегодня. И то, каким будет конец, зависит от нас, Вильмут.
Тот ничего не ответил, а оглянулся по сторонам, взирая на яростно бьющихся с нежитью нерийцев и сайлантов, ищущих выживших.
- Дай мне время, Ричи, сколько сможешь. Мне нужно подумать… Может…
- Время - это роскошь, которой у вас нет.
Сквозь весь шум, укрывший поле брани, этот голос, эти два голоса, говорящие, как один, слышались четко и чисто.
Одновременно, Вильмут и Ричи обернулись и увидели, как метрах в двадцати от них стоит Амит. Теперь он его тело снова было полно жизни: раны исцелились, кожа сменила мертвенно серый цвет на нормальный для человека, волосы снова приобрели золотой окрас. Только порванная и грязная одежда напоминала о былых ранах.
- В прошлый раз я действовала слишком медленно, этой ошибки я больше не повторю.
- Ксардера! – Ахнул Вильмут.
- Исчезни, - два темных глаза метнули на его свой пронзительный взгляд. Вильмут взмыл в воздух и распался черными песчинками, - не беспокойся, о нём, змей. Чтобы убить твоего дружка одного расщепления мало.
- Остановись, Ксардера. – Ричи знал, что друг в порядке, и проигнорировал произошедшее. – К чему все эти разрушения? Тебе было мало? Все поглощенные тобой силы снова в тебе, цивилизация едва оправилась после Века Истребления, зачем?..
- Ох, Ричи. – Амит ухмыльнулся. – Теперь это чуточку больше, чем просто навязчивая идея. Это еще одна навязчивая идея!
- Ксардера…
- Я не знаю, кем был тот ублюдок, что подсказал вам формулу круга элементов, но вы все поплатитесь за то, что со мной сотворили!
Вокруг них царил бой, и проносящиеся мимо существа будто бы не замечали Амита и Ричи, смотревшего на золотоволосого мужчину с глазами, полными сожаления и раскаяния.
- Ты по-прежнему не боишься меня. – Ухмыльнулся медиум чужой ухмылкой. – Ты думаешь, что вообще ничего не боишься. А помнишь как ты боялся темноты?
Глаза змея округлились.
- Когда ты был юным и слабым, ты боялся темноты и боялся света звёзд. Они пугали тебя.
- Откуда ты?.. – Ему не хватало дыхания чтобы задать этот вопрос полностью. Одному лишь Вильмуту было известно и трёх столетиях скитаний змея на границе мира, и о его жизни под крылом Ирла.
- Этот юноша поведал мне многое о тебе. – Эта уродливая ухмылка не исчезала с лица Амита. – Быть может больше, чем ты сам знаешь.
Белая рука, тянущаяся с неба – вот что мелькнуло у змея перед глазами.
- Я по-прежнему не могу причинить тебе вред. Твоя плоть не поддастся силе моих глаз, а этот юноша, - он медленно и с усилием поднял трясущуюся руку, будто что-то давило не неё сверху, - не даст мне расщепить тебя. Но ничего. Есть сила, Одераричи, перед которой даже ты трепещешь.
Астируми громко вскрикнул, и все сражающиеся нерийцы одновременно сжали челюсти, борясь с ужасной болью, пронзающей их головы.
- Запад!! – Крикнула беловолосая сестра Руми - Астерими.
Змей повернул голову, и сердце его замерло.
С запада, гигантской белой точкой, с невероятной скоростью к ним двигалось нечто. Это был дракон. Невиданных размеров белый дракон, чье тело словно было выплавлено из риалрона. Он размахивал своими гигантскими крыльями, и те, прорезая воздух, создавали нестерпимый для кошек высокий звон.
- Это мой тебе подарок. – Улыбнулся Амит. – Ты же хотел еще хотя бы один раз увидеть маму.
Гигантской дракон опустился на вершину горы из обломком Ораны и издал громкий, пронзающий саму душу крик.
- Бегите. – Прошептал Одераричи очень тихо, так, что его никто не слышал. – Все вы… Бегите.
Своими пустыми стеклянными глазами дракон уставился на змея. Согнув спину и вытянув длинную мощную шею, он разглядывал его не меньше минуты, прежде чем издать еще один громкий крик.
Рядом с Ричи возник Вильмут, схвативший друга за локоть. Никогда прежде он не видел его в таком состоянии: оцепеневшем, не слышащим ничего, кроме этого.