– Легко, – ответил Том, набирая еще один запрос. – Триста восемьдесят семь. Видите ли, для тех, кто в спецназе, распределение по росту не такое, как по всему населению. Например, те, кто коротковат ростом, не могут быстро бегать…
– …А те, кто слишком высокий – наверное, не могут хорошо прятаться?
– Где-то так!
– Ладно, пошлите мне список этих трехсот восьмидесяти семи счастливчиков. Я попрошу Бена, чтобы он дал мне пару депьюти. По крайней мере, в следующую пятницу мы сможем убедить Вашингтон, что мы делаем что-то полезное. И, ясное дело, заскочите сегодня в ОВК, если время будет.
– Будет сделано, сэр…
Глава 20
Марк вернулся в свой кабинет, развернул кресло к карте на стене и уставился на созвездие цветных точек. В первый раз он показал Вашингтонским экспертам карту с пронумерованными точками после убийства номер шесть. В то время эксперты утверждали, что рано или поздно в распределении точек будет видна какая-то закономерность. Предполагалось, что серийный убийца не стал бы совершать свои преступления вблизи от дома, а, передвигаясь пешком, он мог бы совершать убийства в радиусе десяти, максимум – пятнадцати миль. Так что, распределение мест преступлений должно было косвенно указывать на расположение жилища преступника. Они даже посоветовали специальную компьютерную программу, которая могла сравнивать время передвижения по всем возможным дорогам до каждого из мест преступлений. Бен тогда спросил экспертов, сколько еще людей должны умереть, прежде чем картина проявится. Один эксперт ответил, что статистика работает надежно, если число мест преступлений больше двадцати. Затем другой эксперт заметил, что программа разработана для подсчета передвижений преступников в автомобилях и по дорогам. А теперь преступники ходят пешком и ездят на велосипедах. Причем не по дорогам, а по любым тропинкам. Эти «короткие пути» были вытоптаны теперь повсеместно. Так что, надежнее было не использовать компьютерные программы, написанные до Обвала, а просто глядеть на карту.
Теперь, после убийства номер шестнадцать, распределение точек на карте совсем не походило на ожидаемый бублик. Места преступлений рассыпались примерно равномерно в прямоугольнике десять на двадцать миль: от полигона дороги Маккарти на западе до озера Мулшоу на востоке. На севере, одно убийство было на пересечении автомагистрали Сэма Хьюстона с улицей Локвуд. На юге, две жертвы были найдены на территории бывшего спортклуба бывшей компании «Тексако», на полпути между улицей Кросби и Восточным Шоссе. Единственное совпадение, все убийства были в лесу. Это соответствовало методу совершения преступления, «Мясник» искал молодые пары, ходившие в лес на свидание.
Может быть, стоит бросить клич и собрать добровольцев? Патрулировать леса после наступления темноты? Не очень перспективный, да и просто опасный ход, подумал Марк. Как там «Русский Медведь» объяснял про классический балет? Зрители перепились коньяку в буфете и лезут на сцену, чтобы потанцевать балет рядом с «про»? Добровольцев соберется более чем достаточно, это точно. Но, добровольцы – они же не профессионалы, и не будут действовать с холодной головой. Произойдут неизбежные ошибки. Не слишком плохо, если дружинники поймают и поколотят пару-тройку мелких воришек. А что, если они убьют кого-то – причем, совершенно невинного человека? Хуже того, «Мясник» может и сам записаться в ряды добровольцев. Он будет патрулировать лес, потихоньку изучая все, что ФБР о нем знает и не знает. И подготавливать свои новые убийства. Эксперты из Вашингтона тоже советовали не торопиться с добровольцами. Они были уверены, что никому не удастся держать дружинников под контролем дольше чем неделю или две. Нет, они позовут добровольцев, только если у них будет достоверная информация о преступнике. Или не будет никакого другого выхода…
Остаток дня прошел без осложнений. Еще несколько телефонных звонков. Еще несколько сообщений электронной почты. Подготовка плана расследования… Когда Марк ехал на велосипеде домой, погода была еще более мрачной, чем утром, а дождь продолжал моросить. За время поездки, Марк придумал, как рационально объяснить себе и Мэри, почему Саманта должна уйти из школы. Это была еще одна мантра, его родители любили повторять: «образование – лучший способ вложения денег». Это было абсолютной правдой. Лучший способ вложения денег. Долгосрочные инвестиции. К сожалению, после Обвала, долгосрочные инвестиции, да и краткосрочные тоже, работали просто отвратительно. Если вы не знаете, что и как поломается в экономике завтра утром, как можно планировать вложение денег на десять лет вперед? Было бы гораздо разумнее учиться на рабочем месте, шаг-за-шагом, и изучать только то, что требуется в текущее время. Ну вот, вдруг подумал Марк, я продал мою дочь на Кучу, а теперь уже почти доказал себе, что это хорошо и правильно.
Дома, атмосфера была еще мрачнее, чем погода на улице. Оказывается, Саманта не стала ждать Марка со службы и попыталась самостоятельно убедить мать, что школу лучше бросить. Но хуже всего было то, что по дороге с Кучи Саманта решила сделать остановку возле дешевой уличной парикмахерской. Вместо школьной прически «как принято», теперь ее волосы были укорочены до мальчишеского полу-дюймового «ежика», в полном соответствии с последним криком молодежной моды на Куче. Мэри была в ярости. Такая стрижка положительно находилась в категории «как не принято». Да даже если бы эта стрижка и была «как принято», прежде чем менять прическу, следовало спросить разрешения у мамочки! Новое сражение «Домашней Гражданской Войны» приближалось неотвратимо и стремительно. А на фронтах настоящей (все-американской, исторической) Гражданской Войны, ситуация тоже была неспокойной. Памела принесла из школы свой тест по Истории, на котором красовалась огромная «двойка[108]» с восклицательным знаком и приписка от учителя, что он горит желанием увидеть родителей в школе. Теперь бедняга Памела сидела у себя в комнате и зубрила ключевые даты Гражданской Войны в США. Как будто это могло ей как-то пригодиться в жизни!
Клэрис, в совершенстве владевшая искусством разминирования подобных напряженных ситуаций, сегодня, к несчастью, не была в своем обычно-оптимистическом настроении. Маленький Дэйви пожаловался на боль в животе, поэтому Уильяму и Клэрис пришлось прекратить их сегодняшний Маршрут, собрав лишь пятьдесят два доллара. Теперь Клэрис сидела с больным сыном в их спальне наверху. Уильям и Патрик быстро придумали оправдание, и оба тоже ушли наверх, в комнату мальчиков, как они сказали, чтобы «добить» школьное задание Патрика. Это задание надо было сдавать лишь через две недели. Как правило, им требуется гораздо больше понуканий, чтобы делать домашние задания не в последний вечер перед сдачей, отметил про себя Марк.
Оставшись без поддержки остальных «Южан», Саманте не оставалось ничего иного, как вести оборону в одиночку. В соответствии с лучшей тактикой Гражданской Войны, она расположилась в гостиной и отдала своим бравым батальонам приказ рыть траншеи и вести беглый сдерживающий огонь из мушкетов. Усевшись в любимом кресле Майка, она делала вид, что изучает технологические записи из его «секретного блокнота». Она даже держала карандаш в зубах, точно так, как это делал Майк. Мэри, заняв командные высоты на кухне, дала своим войскам указание примкнуть байонеты и приготовиться к тяжелой бомбардировке позиций противника, с последующим наступлением развернутым фронтом. Немедленно по прибытии, Марк очутился под «дружественным огнем» из кухонных редутов. Мэри бессердечно палила по своим, выдав мужу отменную выволочку за испорченную на Куче офисную одежду (а вчера я так надеялся, что пронесет, – думал про себя Марк, давясь холодным ужином).
108
Переводчик счел возможным заменить буквенные отметки, принятые в американских школах, на более привычные читателям цифровые отметки. В оригинале, конечно, «D!».