И если Бен был похож на ротвейлера, то этого парня можно было сравнить разве что с ягуаром, таким же элегантным и смертельно опасным.
- Сожалею, что побеспокоила..., - начала она, но ее прервал Бен, вновь появившийся в комнате с охапкой одежды золотистого цвета, которую всунул ей в руки.
- Вот, держите!
Взяв предложенные ей вещи, она старалась держать их подальше от себя, чтобы не намочить.
- Спасибо.
На лице незнакомца появилась слабая улыбка.
- Боюсь, Ваша благодарность преждевременна. Это частный клуб.
- О-о. Мне жаль.
И что ей теперь прикажете делать?
- У Вас есть два варианта. Вы можете остаться сидеть здесь, у входа, вместе с Беном и ждать, пока не стихнет буря. По прогнозу, ветер и дождь должны закончиться к шести часам утра, и до этого времени Вам вряд ли удастся вызвать эвакуатор на эту проселочную дорогу. Или же Вы можете, подписав кое-какие бумаги, присоединиться к вечеринке, проходящей этой ночью.
Она посмотрела вокруг.
Комната перед входом была просто крошечной, и в ней едва помещались стол и один стул. Плюс ко всему, она еще не согрелась. Да и Бен одарил ее суровым взглядом.
Что-то подписать? Она нахмурилась. Хотя, с другой стороны, в этом мире "счастливых исков" людям каждый день и по любому поводу приходится подписывать кучу бумажек, даже для посещения фитнесс-клуба.
Просидеть всю ночь в крошечной комнате с грубияном Беном или... провести ее в окружении счастливых людей, а, главное, в тепле. Это и ежу понятно.
- Я хотела бы присоединиться к вечеринке.
- Слишком поспешно и необдуманно, - тихо произнес мужчина.
- Бен, дай девушке документы. И после того, как она подпишет их – если, конечно, не передумает – она может воспользоваться уборной, чтобы привести себя в порядок и переодеться.
- Да, Сэр.
Покопавшись в коробке с документами, стоящей на столе, Бен вытащил какие-то бумаги.
Незнакомец склонился над Джессикой.
- Буду рад увидеть Вас позже.
Бен подсунул ей три листа бумаги и ручку.
- Прочитайте правила. Внизу поставьте свою подпись, - произнеся это, он исподлобья взглянул на нее.
- Я принесу Вам полотенце.
Она начала читать. Правила "Царства теней".
- "Царство теней", какое необычное на..., - сказала она и посмотрела наверх.
Но оба мужчины исчезли. Ха!
Пытаясь сфокусировать свой взгляд, Джессика вернулась к чтению. Боже, каким же мелким был шрифт. И, тем не менее, она никогда ничего не подписывала, не читая.
Двери открываются в....
Ее ноги промокли насквозь, а зубы стучали так сильно, что ей пришлось сжать челюсть.
Из нескольких предложений она поняла, что в клубе существовал свой дресс-код. Также в договоре упоминалось что-то об очистке оборудования после его использования.
На половине второй страницы ее зрение затуманилось, буквы начали расплываться. Да будь оно все проклято. В конце концов, это был просто клуб, а не какой-то там договор по ипотеке. Найдя последнюю страницу, она нацарапала на ней свое имя.
Вернувшись, Бен сначала проверил наличие ее подписи на договоре, а затем, протянув ей полотенце, указал на роскошную уборную у входа.
Когда она вошла в нее, рот Джессики открылся от изумления. Вдоль одной из стен тянулось несколько душевых кабинок со стеклянными дверцами, которые отражались в зеркальной стене напротив, где также находились несколько раковин и мраморная столешница.
Взглянув в зеркало, она поморщилась. На нее смотрела низенькая, пухлая женщина с всклокоченными светлыми волосами и бледным цветом лица, теперь еще и посиневшим от холода. Удивительно, что они вообще впустили ее в дверь.
Положив одолженную ей одежду на мраморную столешницу, она сбросила с ног туфли и попыталась расстегнуть свою блузку. Ее руки совсем онемели от холода и неудержимо дрожали, отчего пуговицы, раз за разом, выскальзывали из ее негнущихся пальцев. Она даже не могла снять свои брюки, дрожа так сильно, что болели кости.
- Черт возьми, - пробормотала она и предприняла еще одну попытку.
Тут открылась дверь.
- Джессика, Вы...
В дверном проеме появился тот самый мужчина, собственной персоной.
- Нет, с Вами явно не все в порядке.
Он вошел внутрь, расплываясь темным пятном перед ее, потерявшим свою четкость, взглядом.
- Позволь мне.
Не дожидаясь ее ответа, он начал раздевать ее, словно ей было два года, даже стащил с нее промокший бюстгальтер и трусики. В контрасте с ее холодной кожей его руки были горячими, почти обжигающими.
И теперь Джессика, полностью обнаженная, стояла перед ним. Как только эта мысль просочилась в ее оцепенелый мозг, она резко отодвинулась и попыталась взять сухую одежду. Но его рука перехватила ее.
- Нет, лапочка.
Протянув руку к ее волосам и что-то выдернув из них, он показал ей прилипшие к ним грязные листья.
- Сначала душ.
Обняв ее за талию сильной рукой, он подтолкнул Джессику к одной из стеклянных кабинок позади нее. Своей свободной рукой он включил воду, и в воздух взметнулся восхитительный, теплый пар. Отрегулировав температуру воды, он произнес: - Иди сюда.
Его слова прозвучали как приказ. Положив ей руку на попку, он подтолкнул ее в душ.
По сравнению с ее холодной кожей, вода ощущалась обжигающе горячей, и она ахнула, но спустя несколько секунд расслабилась, почувствовав, как приятное тепло начало окутывать ее, проникая внутрь ее замерзшего тела.
Спустя минуту она поняла, что дверь душевой кабины так и осталась открытой. А за ней, скрестив руки на груди и прислонившись к дверному проему, наблюдал все тот же мужчина, на худом лице которого играла легкая улыбка.
- Я в порядке, - пробормотала она и повернулась к нему спиной.
- И могу справиться со всем сама.
- Нет, очевидно, не можешь, - сказал он абсолютно ровным тоном.
- Смой грязь со своих волос. Слева, в диспенсере, есть шампунь.
Грязь в ее волосах. Она совсем забыла про это; может, ей и вправду пора обзавестись смотрителем?
Нанеся на волосы шампунь с запахом ванили, она подошла к душевой стойке и стала тщательно его смывать. В канализацию начала стекать вода коричневого цвета, вперемешку с листиками и веточками, пока, наконец, не стала прозрачной.
- Очень хорошо.
Вода отключилась.
Блокируя собой дверь душевой кабинки, незнакомец засучил рукава рубашки, демонстрируя свои жилистые и мускулистые руки. У нее возникло стойкое неприятное чувство, что он и дальше собирался помогать ей и что любой ее протест будет проигнорирован. Она была удивлена, насколько легко он взял на себя ответственность за нее…. как если бы она взяла одного из щенков в приюте, в котором была волонтером.
- Подойди сюда, я оботру тебя.
Сделав шаг по направлению к нему, она едва не потеряла равновесие, на что он отреагировал, обхватив ее за плечи и удерживая ее с нескрываемой легкостью. Ее тела коснулся холодный воздух, и она снова задрожала.
Собрав ее волосы и отжав их в полотенце, он схватил ее за подбородок, приподнимая ее лицо к свету.
Пристально посмотрев в его мрачное, загорелое лицо, она пыталась собраться с силами, чтобы вырваться из его рук.
- Синяков нет. Думаю, тебе повезло.
Взяв полотенце, он начал вытирать ей руки и ладони, растирая их до тех пор, пока они не стали удовлетворившего его розового цвета. Затем он вытер ей спину и плечи. И когда он добрался до ее груди, она оттолкнула его руку.
- Я сама могу это сделать.
Но он проигнорировал ее, словно она была жужжащей мухой.
Его забота к ней была нежной и весьма дотошной, он даже приподнял каждую ее грудь и вытер кожу под ней. Но когда он приступил к ее попке, ей захотелось провалиться сквозь землю.
В ее теле была одна часть, которую она всячески пыталась скрывать, - это ее бедра. Избыточный вес. Который он, казалось, даже не заметил.
Затем, опустившись на колени, он приказал: - Раздвинь ноги.