Богиня хихикнула.
- Вообще то, я рассчитывала на святилище или храм. Но и от этого предложения не откажусь.
Внезапно её вечно-юное лицо стало серьезным.
- Мне казалось, что ты или заведешь торговлю, или уедешь из Нидоса, чтобы жить в свое удовольствие. Но твое желание открыть в этом городе Школу школ, Университет...
Собеседница покачала головой.
- Оно впечатлило не только меня. Возможно, даже кое-кто из моих... родственников окажет тебе покровительство.
- Но не ты? - натянуто улыбнулся юноша.
- Нет! - решительно отказалась Асиона. - Я не в силах помочь преодолеть те трудности, что тебя ждут на пути к этой великой цели. Зависть, ложь, клевета, предательства. Кровь и грязь.
Она зябко передернула плечами.
- У меня нет сил и желания лезть в эту мерзость. Я же богиня-девочка. Прости, Алекс.
- За что? - он вскинул брови. - Ты и так сделала для меня слишком много.
- Не для тебя, - буркнула собеседница. - Для себя. Но сейчас мы должны расстаться. Теперь твоя судьба в руках Создателя. Я буду за тебя молиться.
- Разве богини молятся за людей? - удивился Александр.
- Все молятся! - сурово оборвала Асиона. - За тех, кто им дорог. Прощай.
Она царственно поднялась со скамьи, выпрямившись во весь свой невеликий рост. Полыхнули огнем разноцветные волосы. Маленькая фигурка стала исчезать, как бы растворяясь в воздухе. Внезапно лицо её вновь прояснилось, словно улыбка Чеширского кота из сказки про Алису.
- Ты должен все рассказать Айри, - строго сказала она.
- Все?! - с нажимом уточнил Алекс.
- Конечно, - кивнула богиня-девочка. - Если ты её любишь.
Он моментально проснулся от еле слышного покряхтывания, перешедшего в недовольный плач. Мирно посапывавшая под боком Айри со стоном села на кровати.
- Ну, что еще?
Прошлепав босыми ногами по деревянному полу, наклонилась над колыбелью.
- Алекс, зажги огонь!
Молодой человек со вкусом потянулся, шагнул к исходившей теплом бронзовой жаровне. Нельзя сказать, что в комнате было прохладно. Просто приходилось часто вставать, поэтому и держали наготове угли.
Сняв крышку, Александр подул, сунул лучинку и поднес затрепетавший огонек к спиртовке. Работавший в подвале самогонный аппарат исправно снабжал больницу огненной водой.
- Кететат, неси пеленку!
В дверях показалась заспанная служанка.
- Несу, госпожа.
Однако и завернутая в чистую тряпочку Асиона продолжала недовольно морщиться и плакать.
- Опять есть хочет! - всплеснула руками Айри. - Вот маленькая обжора.
Как и все келлуанки, она кормила дочь сама, не доверяя кормилицам. Устроившись поудобнее, молодая мама поднесла младенца к груди, и девочка с аппетитом зачмокала, косясь на неё большими, пронзительно голубыми глазами.
- Я вам еще нужна, госпожа? - зевая во весь рот, спросила Кететат.
Она родилась в Келлуане, но выросла в Нидосе, куда её отец бежал, наделав долгов. Девушка дала Айри клятву верности на три года, по истечении которых получит приличное приданое и сможет выйти замуж. Алекс отыскал её, когда жена вынашивала дочку. Айри сильно переживала, а присутствие соотечественницы немного успокаивало беременную женщину.
- Сполосни пеленку и отдыхай, - прошептала хозяйка.
Насытившуюся Асиону вернули в колыбель, досыпать.
- Тебе все еще интересно, кто я? - тихо спросил Александр, задувая светильник.
- Да, - настороженно проговорила супруга, скользнув под одеяло.
- Не знаю, поверишь ли, - хмыкнул молодой человек. - Моя история слишком похожа на сказку.
- Но это правда? - она положила ему голову на плечо.
- От первого до последнего слова, - торжественно объявил парень.
- Тогда расскажи. Если можно.
- Очень далеко. В такой немыслимой дали, что невозможно и вообразить. В другом мире...
- А разве есть еще один мир? - встрепенулась Айри.
- Есть, - усмехнулся он. - Теперь я это знаю точно. Так вот, в другом мире жила девочка. Твоя ровесница и звали её Александра.
- Красивое имя, - проговорила молодая женщина. - Только длинное.
- Ну, подруги называли её просто Алекс...
Actum est, ilicet. (Дело закончено, можно расходиться. лат.)