Он вернулся домой и попытался давать уроки в Эрнсттале. Ему запретили и частную практику. Жизнь оборачивалась кошмаром: государство, коллеги, общество, родственники, девушки, друзья — все отвернулись от него. Карл не оправдал надежд родителей, жертвовавших последним, чтобы дать единственному сыну приличное образование. Невысокого роста, в детстве перенесший тяжелое заболевание, как полагают некоторые биографы, еще и с предрасположенностью к рахитизму, он страдал также нервным расстройством… “Мною владела только одна мысль: отомстить. Отомстить владельцу несчастных часов, донесшему на меня, чтобы выгнать с квартиры; отомстить полиции, судье, правительству, всему человечеству, всем вместе! Я ведь был выдающейся личностью, с чистой душой, невинной, как у ягненка. А мир взял и зачеркнул мое будущее, мое грядущее счастье. Меня назвали преступником”.
Ночами восемнадцатилетний отверженный сочинял лихорадочные стихи, в которых живописал преследовавших его повсюду “тысячу демонов”. Характерным для этого периода творчества Мая считают стихотворение “Ночные ужасы”: “Когда Ночь опускается на Жизнь, / Когда Смерть накрывает тебя в последнем убежище, / Когда рядом ударяет колокол вечности, / Страх останавливает биение твоего сердца…” Надеясь хоть как-то заработать, Май принялся писать музыку для местного хора, но и это творчество не принесло денег. Он вел беспорядочный образ жизни: переехал из дома родителей под Дрезден, целый год колесил по Саксонии с театральной труппой, влюбился в балерину из Лейпцига… Однажды, оказавшись в городе Пениг, Май выдал себя за врача-окулиста Хейлига и принялся выписывать фальшивые рецепты (еще одно воспоминание о травме детства?); в ателье портного он заказал приличный костюм — и исчез, не заплатив. В Хемнице Май под чужим именем поселился в гостинице “У золотого якоря” и пытался спекулировать меховой женской одеждой. Закончились эти похождения летом 1865 года: суд в Лейпциге приговорил Карла Фридриха Мая, учителя с запретом на профессию, из рабочих, двадцати трех лет, к сорока девяти месяцам тюрьмы по совокупности совершенных преступлений. Из поэта и преподавателя он стал заключенным номер 171. Через три месяца умерла его любимая старенькая бабушка, о чем Май узнал только после выхода на свободу, — та самая, что когда-то так здорово рассказывала маленькому слепому мальчику волшебные сказки.
В тюрьме Май занимался пошивом кошельков и кожаных портсигаров. Начальники заметили у номера 171 музыкальные способности и назначили его тромбонистом тюремного оркестра и певчим церковного хора; еще несколько месяцев Май проработал клерком. В тюрьме он много читал и занимался сочинительством. Никто этих сочинений не печатал, зато молодой заключенный вел себя примерно и заслужил досрочное, за 253 дня до истечения приговора, освобождение.
Оказавшись на воле, Май завел роман с горничной по имени Августа Грасслер и принялся писать тексты для дрезденского издателя Генриха Мюнхмайера. Роман с Густой быстро завершился, литературное творчество опять не задалось. Выяснилось, что и тюремное наказание не пошло впрок. В 1869–70 годах Карл Май совершил несколько новых дерзких правонарушений, промышляя по всей Саксонии аферами, жульничеством и мелким воровством. Он ездил по городам и весям, выдавая себя то за лейтенанта полиции фон Вольфрамсдорфа, то за помощника дрезденского профессора права Шаффрата, то за писателя Хейшеля, сына герцога фон Вальденбурга. Воровал на продажу что получится: комплект бильярдных шаров, лошадь с упряжью, курительную трубку, набор полотенец из ресторана. Казалось, что преступника больше финансовой выгоды интересовали элегантность замысла и социальное положение персон, именами которых он представлялся. Жил этот врун и воришка где попало, некоторое время даже в лесной пещере; иногда наклеивал накладную бороду. Исчезая, Карл Май периодически распространял среди знакомых слухи о своей “окончательной” эмиграции в Америку.
![Знак W: Вождь краснокожих в книгах и на экране i_004.jpg](https://litlife.club/books/208187/read/images/i_004.jpg)
Карл Май в костюме героя своих “восточных” романов Кара Бен Немси. Фото Алоиза Шиссера, около 1900 года.
Такое экзотическое существование власти сочли общественно опасным: в июле 1869 года Мая опять арестовали, но он непонятным образом скрылся, в январе 1870 года беглеца поймали снова (в этот момент он выдавал себя за Альбина Ваденбаха, плантатора с острова Мартиника). Перечня экстравагантных злодеяний Карла Мая достаточно, чтобы предположить: речь шла о поступках не вполне здорового человека. Саксонская полиция не приняла эти обстоятельства во внимание, но через столетие биографы писателя обратились к специалистам. Врачи с громкими именами сделали заключение: Карл Май страдал психическим расстройством, возможно — псевдологией (патологическая лживость; склонность к придумыванию несуществующего с целью возвышения своей личности в глазах окружающих). Австралийский доктор Уильям Томас, специализирующийся на истории медицины (автор книги о причинах смерти фараона Аменхотепа), провел целое исследование о здоровье Карла Мая, опубликовав в 2005 году объемистую монографию “Карл Май. Тело и разум”. Томас довольно убедительно опровергает мнение тех исследователей, которые считали Мая тяжелым невротиком, склонным к истерикам, даже шизофреником. Тщательно проанализировав мемуары писателя, архивные документы и воспоминания современников, Томас составил список синдромов недуга, обуревавшего Карла Мая на протяжении первых 30 лет его жизни: галлюцинации, амнезия, приступы паники, разного рода фобии, признаки раздвоения личности… Вывод таков: болезни Мая были столь серьезными, что не подразумевали его уголовного преследования. Об этом, кстати, писал и сам Май, убежденный, что в “более просвещенную эпоху” его отправили бы к врачу, а не к судье. Однако правосудие сочло по-другому: Маю дали четыре года тюрьмы. Как ни парадоксально, его случай — как раз тот, когда достоинства становятся продолжением пороков. Склонность к изощренной выдумке сохранялась у писателя всю жизнь; она упрятала неудачливого литератора Карла Мая за решетку, она же принесла писателю Карлу Маю международную славу.
На сей раз он отбывал наказание в тюрьме в Вальдхайме. Ему “присвоили” не только более высокий тюремный номер (402), но и ужесточили режим содержания; свободы литературной деятельности уже не предполагалось. Май по тринадцать часов в день трудился на производстве сигар, заодно серьезно пристрастившись к курению. На склоне лет он даже считал себя экспертом по сигарам. Май избавился от табачной зависимости в возрасте шестидесяти лет, только почувствовав угрозу здоровью, — он боялся снова ослепнуть и считал, что курение негативно влияет на зрение. На четвертом году заключения ему удалось устроиться на службу в тюремную библиотеку. Встреча с пастором Иоганном Кахтой изменила духовную жизнь номера 402: лютеранин Май склонился к католицизму и даже музицировал на органе во время тюремных церковных служб по католическому обряду.
Доктор Томас полагает, что тюремный режим в сочетании с психотерапевтическими проповедями пастора Кахты и занятиями музыкой в значительной степени сгладили душевный недуг Карла Мая. Признаки неуравновешенности в его поведении с той поры так сильно не проявлялись. Через много лет во второй части трилогии о Виннету среди других персонажей Карл Май представит читателям сына нью-йоркского банкира Уильяма Олерта, похищенного злоумышленником Гибсоном, — нервического молодого поэта, страдающего психическими расстройствами. Доктор Джекил Карла Мая победил его мистера Хайда: Олд Шеттерхэнд освободил Уильяма Олерта из рук негодяя, избавив юношу и от неминуемого помешательства.
В мае 1874 года Карл Май вышел на свободу, отсидев на сей раз “от звонка до звонка”. Все нужно было начинать заново. Ему 32 года. В жизненном багаже — семь с лишним лет тюрьмы и горы неопубликованных рукописей. Ни работы, ни денег, ни связей, ни дома, ни жены. Но всего через полгода вышел в свет его первый роман “Роза из Эрнстталя”, и Карл Май начал путешествие в учебники литературы. Не было ни гроша, да вдруг алтын: старый знакомый, издатель Мюнхмайер, предложил Маю работу редактора в дрезденском журнале “Наблюдатель Эльбы” (Der Beobachter an der Elbe). В присутствии посторонних шеф уважительно называл нового сотрудника “доктор Май”. Роман “доктора” читающая публика восприняла с неожиданным интересом. В конце 1875 года “Наблюдатель” приступил к публикации еще одного произведения Карла Мая, романа “Ванда”. В том же журнале Май планировал опубликовать и “Книгу любви”, продолжение исследования “Храм Венеры”, результат “всестороннего изучения проституции и ее корней”. Эту книгу запретили в Австрии и Германии, и Май после неприятных контактов с полицией вынужденно изъял из рукописи самые пикантные детали.