-- Да вот, князя выгуливаю, -- усмехаюсь, теребя завязочку на Алэковой распашонке.
-- Князя?.. -- она изумлённо смотрит на мелкого и вдруг резко с шумом вдыхает. -- Ах! Это же вы -- Хотон-хон! Боги, как же я не сообразила! И обратилась по имени, ой, а вдруг кто слышал... -- она испуганно озирается.
-- Ничего, ничего, -- успокаиваю её. -- Имя моё все знают, я не любитель этих формальностей.
-- Ну надо же было так опростоволоситься, -- сокрушается Эсарнай. -- Мы ведь слышали всю эту историю на Гарнете, и Экдал мне говорил, что Байч-Харах всех собрал...
-- По чужим рассказам трудно помнить, -- пожимаю плечами. -- Не переживайте, я сама ещё не привыкла к своему положению. Только вчера была смешная чужачка, и вдруг -- бац! -- Хотон-хон.
-- Не знаю, к хорошему быстро привыкаешь, -- возражает Эсарнай. -- Чужачкой быть не очень сладко.
У меня негромко урчит в животе. Собеседница, кажется, не замечает или хорошо делает вид.
-- Не хотите ли присоединиться ко мне за обедом? -- спрашиваю я довольно формально, но по-другому вежливый вопрос никак не складывается.
-- А вы куда хотите пойти? -- спрашивает она, с сомнением окидывая взглядом крутой склон берега.
-- Домой.
-- Вы хотите сказать, во дворец? А меня туда пустят?
-- Конечно пустят! -- вытаращиваюсь я. -- Ещё бы они моих гостей не пускали!
-- Но ведь дворец -- это не ваш дом, а вашего мужа, -- замечает Эсарнай. -- Он не будет против?
-- Дворец -- это проходной двор, -- вздыхаю я. -- Дверь в спальню запирать приходится, а то если просто закрыть, подчинённых это не останавливает. Да и потом, Азамат столько работает, что в жилой части почти не появляется. А гостей он любит, особенно моих, потому что ему не обязательно их развлекать. Пойдёмте, у нас вкусно кормят.
Прежде чем куда-либо двигаться мне приходится за гриву выволакивать Пудинга из куста. Скотина у меня послушная, но без пинка не верит, что я и правда чего-то требую. Алэка я приматываю к себе, одеяло убираю в седельную сумку.
Номером вторым нашей программы оказывается вытащить Эсарнай за перегиб склона. Спускалась она где-то в пологом месте, а тут довольно круто, и влезть вверх по берегу Эсарнай сама не может, того и гляди покатится в реку. Пудинг уже ждёт нас на дороге, флегматично жуя дикие финики, и на мои крики не идёт. Можно было бы, конечно, обойти берегом до более удобного подъёма, но я хочу есть, а Эсарнай в длинной юбке и сапожках с каблуками будет ковылять по траве до ужина. Да и не так тут отвесно, я вообще не задумываясь залезла, даже с Алэком. Спускаюсь обратно на пару шагов, протягиваю руку. Эсарнай хватается, но так слабенько, что ничего не получится. Перехватываю её руку за запястье и в два шага вылезаю на дорогу. Надо сказать, слоник она тот ещё. Чуть не падает на меня, когда я перестаю тянуть, и тяжело дышит.
-- Ой, Хотон-хон, простите, что я вас так напрягаю... -- пыхтит. -- Но я бы тут никогда не вылезла.
-- Вы на лошадь заберётесь? -- спрашиваю, оглядывая её с сомнением.
-- Сама?! Не-ет, -- мотает она головой. -- Только если мужчина посадит.
-- Ну тогда пойдёмте, тут минут десять до дворца.
-- Сейчас, подождите немножечко, мне надо отдышаться.
Она устало прислоняется к толстому боку Пудинга. Я стараюсь не выдать своего раздражения: я её тащила, а она устала!
-- Что же вы так легко утомляетесь? -- аккуратно спрашиваю с напускным сочувствием. -- Молодая ведь женщина. Не приболели часом?
-- Да я поражаюсь, какая вы сильная, -- разводит руками Эсарнай. -- Я, конечно, на Муданге недавно, но по материным рассказам, тут женщины по буеракам не скачут, как мальчишки!
-- Это правда, -- киваю. -- Но я предпочитаю иметь возможность погулять по городу, не зовя на помощь посторонних людей. Это, знаете ли, повышает самооценку. Ну ладно, пойдёмте уже.
Эсарнай понуро топает за мной до дворца. Поначалу я стараюсь идти медленно, чтобы она не перенапряглась, но потом замечаю, что чем медленнее я иду, тем больше она отстаёт, и расстояние между нами увеличивается. Когда я прибавляю шагу, она очевидно решает, что мне надоело ждать, и семенит пободрее.
Ко дворцу мы выходим с тыльной стороны, где калитка для обитателей, и мне не приходится ни тащить Эсарнай через административную часть, ни объяснять ей, почему мне не хочется этого делать. Подбежавший конюх принимает у меня Пудинга и распахивает двери.
-- Ну вот мы и пришли! -- объявляю радостно. -- Дальше на лифте!
Эсарнай, уже успевшая оценить высоту здания, вздыхает с облегчением.
В гостиной мы располагаемся в больших креслах, и я включаю на столике обеденное меню.
-- Ткните во всё, что понравится, -- инструктирую гостью, листая картинки с подписями. Когда состав блюд выбран, я жму на отправление заказа на кухню.
-- Как у вас удобно устроено, -- восхищается Эсарнай, продолжая передвигать по поверхности стеклянного столика электронные изображения.
-- Да, мне тоже очень нравится, -- соглашаюсь, распаковывая Алэка. -- Азамат очень любит оптимизировать всякие мелочи.
Алэка я укладываю в люльку, привешенную к рельсу под потолком. Таких рельсов там целая паутина, чтобы можно было гонять люльку за собой, в какой бы части комнаты я ни сидела.
-- Вот, это тоже он придумал, -- киваю на потолок. -- Чтобы князь всегда был под присмотром.
Эсарнай задумчиво кивает.
Тут привозят наш обед, и разговор переключается на гастрономические темы. Я замечаю, что Эсарнай в дополнение к муданжскому супу заказала пиццу. Дворцовый повар специально для меня старается держать запас земных продуктов, на случай приступа ностальгии.
-- Соскучились по гарнетской еде? -- спрашиваю между ложками.
-- М-хммм, -- выразительно кивает Эсарнай. -- Я пиццу обожаю, а тут её нигде не делают. Пыталась от слуг добиться, но всё не то. Хоть сама к плите вставай!
-- А я и встаю иногда, -- усмехаюсь.
Эсарнай поднимает на меня круглые от ужаса глаза.
-- Что, прямо во дворце? -- спрашивает шёпотом.
-- Нет, обычно всё-таки у себя, на Доле. Тут слуг слишком много, они нервничают.
-- Так они же сами вам делают, вот...
-- Ну, это они пиццу делают. Заказывают на том же Гарнете партию мороженых полуфабрикатов, и пекут при необходимости. Но так не с любым блюдом можно, да и некоторые очень невкусно получаются.
Эсарнай уныло прожёвывает кусочек.
-- А я-то думала, это у меня одной такие трудности. А оказывается даже вам самой готовить приходится...
-- И мне, и другим целителям с Земли, которых Азамат пригласил. В основном, конечно, местные продукты едим, но если захочется чего-то родного, просим родственников прислать муку и остальное -- и вперёд.
-- Гарнетская почта с Мудангом не работает, -- вздыхает Эсарнай.
-- Азамат собирается это исправить, -- обнадёживаю я её. -- Я помню, он летом договаривался о чистке естественного туннеля от Гарнета в Водоворот. Конечно, не прямо на планету, но получается двое-трое суток пути. Азамат озадачил группу инженеров проектированием челноков разной вместимости, будут курсировать регулярно. Вот тогда и почта наладится, потерпите немного.
Эсарнай мнётся, рассматривая меня оценивающим взглядом.
-- Элизабет... вам ведь... вам нравится ваш муж, правда же?
-- Конечно нравится, -- киваю. -- Я бы не стала за него выходить, если бы он мне не нравился.
Она как будто переводит дыхание.
-- Мне мой тоже нравится. И я всегда думала, что так и должно быть. А тут вот пошла в местный клуб и...
-- О-о-о-о! -- не удерживаюсь я. -- С почином, моя дорогая! Я себе представляю, сколько нового вы о своём муже там узнали!
-- Нет, ну, в принципе, на мужа посетовать -- дело святое, -- замечает Эсарнай. -- Но всему должен быть предел. Моих соседок послушать -- получается, что они были бы рады, если бы вообще все мужчины с планеты исчезли. Мне жутко делается, как подумаю, что они там сидят каждый день и сквернословят. Так и сглазить недолго.