— Хм, ничего.
Он засмеялся надо мной.
— Чушь. Ты прячешься! Почему?
Я кинула последний взгляд через плечо. Когда мы были вне поля зрения окна Хлои, я расслабилась.
— Это слишком странно, чтобы объяснять.
— Случайное предположение... Ей не нравиться, когда ты болтаешься с парнями, — сказал он, добавив запоздалую мысль, — точнее со мной.
Я зевнула, потому что не знала, что значил его удивленный голос.
— Так, она раньше была милой? — Спросил меня Тони через несколько минут молчания. — Я бы хотел познакомиться с этой ее стороной.
— Поезд ушел, — проворчала я. И затем задалась вопросом, были бы они еще вместе, если бы встретились раньше, когда Хлоя была Хлоей, а не Клоном Барби.
Тони удивил меня, когда спросил:
— Что смешного?
— Хмм? Что?
— Ты внезапно ухмыльнулась. Почему?
Ох. Я не заметила.
— Просто то, как Симона — или Лиза — недавно назвала мою кузину.
Тони повернулся ко мне и поднял одну бровь одновременно с уголками рта.
— Клон Барби?
—Ты знаешь об этом?
—Конечно. Лиза дала мне просраться из-за нее недавно. Это было её любимое выражение, когда она говорила о Хлое.
Прямо сейчас Тони показался мне открытым для разговора, я подумала, что это хороший шанс, чтобы испытать свою удачу снова.
— Так вы были парой... ты и Хлоя?
Его лицо тут же ожесточилось. Но он дал мне ответ... после ощутимо долгой минуты размышления.
— Не парой. Но мы встречались.
— Это, наверно, было очень активное общение. Моя тетя тебя помнит. — Я закатила глаза, — она сказала, что ты был очень милым мальчиком. — Черт, мой проклятый рот доведет меня до беды. И, конечно, я получила результат через мгновение.
— Ты говорила со своей тетей обо мне?
Из-за его удивленного тона я опустила подбородок и посмотрела на свои сцепленные пальцы.
— Мм, да. Я говорила ей, какой ты придурок.
Смех заполнил салон машины.
— Хорошо. Это я представляю.
Тони остановил машину перед впечатляющим особняком и заглушил двигатель.
— Выходи. Мы приехали.
Я смотрела влюбленными глазами на дом Хантера сквозь лобовое стекло. Вау. И я думала, что дом моего дяди огромный. Но этот... можно только надеяться получить карту при входе.
Дверца машины открылась, и оторвала меня от моего ошеломленного глазения.
— Нужно специальное приглашение, Саммерс?
Я посмотрела на лицо Тони, усмехнулась и вылезла. Когда я переложила вес на свою травмированную ногу, она напомнила мне о резкой болью, и я захромала, держась за Тони. Мы не должны были звонить в звонок, потому что дверь открылась, когда мы шли вверх по лестнице.
Женщина с теплыми карими глазами, как у Райана, улыбнулась нам. Ее волосы были светлыми, как у ангела, но она точно была его мамой.
— Тони, дорогой, где ты был все это время? Я не видела тебя неделями, — воскликнула она и поцеловала его в щеку.
— Я работаю сейчас, Джесси, — он просиял, расправляя плечи как самоуверенный дошкольник. Это заставило меня хихикнуть.
— Я слышала об этом. Райан сказал мне, и я встретила твою маму на днях. Она очень гордится тобой. — Миссис Хантер обхватила щеку Тони с ее стороны, повернулась ко мне, протягивая обе руки, чтобы обнять. — А ты, должны быть, Саманта. Я Изабель. Заходи, дорогая. Мой муж уже в своей практике, ждет вас.
Я едва успел поздороваться, прежде чем она потащила меня внутрь, в теплый и уютный дом, что никак не ожидаемо снаружи. Тони повел мимо длительного набора винтовой лестнице, дальше в заднюю часть дома. Хромая, поспешила за ним, чтобы не потерять его в таком месте, как большой парк аттракционов.
Через широкие двери мы вошли в другую часть дома, в которой стоял сильный запах кошачьей еды и дезинфицирующего средства. Она была покрашена в чисто белый цвет, напольная плитка тоже была белой, а подсветка на потолке бросала слишком яркий свет для шести часов утра. Мы прошли еще через две комнаты, одна заполнена разных размеров коробками и контейнерами, где кошки и собаки спали, и еще одна комната, похожая на стерильную кухню. Бинты, шприцы и трубки заполняли шкафчики и сундуки.
За следующей дверью нас приветствовал высокий мужчина, черные волосы которого уже начали седеть на висках, но который, в любом случае, был точной копией Райана Хантера, добавить несколько морщинок вокруг его глаз и очки.
— Тони, — сказал он, пожимая его руку.
— Доброе утро, Джеймс. Это моя подруга Сэм. — Тони кивков указал на меня. — Она была немного неуклюжа прошлой ночью.
Я знала, что это был неподходящий момент, чтобы остановиться на этом, но на самом ли деле он только что называл меня другом? На мой недоуменный взгляд, Тони прищурился, как будто точно знал, что у меня сейчас на уме прямо. В конце концов, он пожал плечами и позволил Мистеру Хантер сделать шаг вперед, чтобы пожать мне руку.
— Привет, Сэм, я Джеймс Хантер. Райан сказал, что есть кусок дерева в ране. Иди сюда, и дай мне взглянуть. — Он проводил меня, устроив на металлическую поверхность.
Снимать мой ботинок и пододвигать штанину, было действительно непросто. Не
— Как вы думаете, мне нужны швы, сэр? — Спросила я его, хмуро глядя на свою ногу.
— Хмм, — он схватил пару латексных перчаток со своего кофейно-коричневого стола, который занимал половину комнаты, надел их и потрогал маленький осколок указательным пальцем.
Я сморщила лицо, кусая нижнюю губу, чтобы задушить хныканье в горле от немедленной боли.
— Наверное, швы не нужны, Сэм, но, когда я вытащу этот кусочек, будет немного больно, — мистер Хантер поднял брови. — У меня нет права делать тебе местную анестезию. Так что если ты хочешь, чтобы это сделал специалист, я могу позвонить доктору Декеру и отправить Тони с тобой на Пизмо Бич.
Я не знала, где это место, и не хотела больше ждать, чтобы вытащить занозу. Это чертовски больно; удалить ее не могло причинить гораздо больше боли.
— Нет, пожалуйста, сделайте это.
Он кивнул и прошелся, чтобы взять несколько вещей: большой пластиковый шприц, наполненный прозрачной жидкостью, несколько мягких прокладок, пинцет и повязку. Пока он ставил все эти вещи рядом со мной на металлическую кроватку, Тони наклонился, чтобы осмотреть мою влажную рану.
— Противно, — на его лицо укрепилось выражение брезгливого страха, но, когда он поднял голову и увидел меня, смотрящую на него с возрастающим ужасом, то быстро надел обнадеживающую, однако, фальшивую усмешку.
— Он уверен, что это не так плохо.
Я бросила на него ироничный взгляд.
— Да, верно. Интересно, сказал бы ты то же самое, если этот кусок дерева застрял бы в твоей ноге.
— Не волнуйся, Сэм, — сказал Мистер Хантер. — Через минуту все закончиться. Позволь мне сперва просто очистить рану. — Он держал в руках большой пластиковый шприц и взял тампон с маленькой стопки, которую принес. Затем он поставил мою ногу на стол, согнув в колене, для лучшего доступа.
Я была готова ко всему, но не к резкой, сводящей с ума боли, которая распространилась по всей голени, как только он решил капнуть жидкостью в рану.
— Святое дерьмо, это... О, боже мой! Черт возьми! — Я крикнула, спрыгивая с койки, потому что не знала, что еще делать, и прыгала, прихрамывая хаотично по комнате. Я стиснула зубы, выкрикивая больше проклятий, и наклонилась, потом прислонилась к стене, где, наконец, упала на свою задницу, спиной сползая вниз, на холодную плитку. Я вдыхала воздух через нос, зубы стиснула так крепко, что могла слышать хрустящий шум внутри своего черепа.
Тони смотрел на меня с явным интересом, в то время как мистер Хантер казался еще немного обеспокоенным. Слава Богу, жжение начало ослабевать через несколько секунд, так что я снова могла нормально дышать.
— Дерьмо. Это больно!
— Ты все еще хочешь, чтобы я удалил занозу без анестезии? — Спросил доктор осторожно.
Я могла надеяться только на то, что дезинфицирующее средство было худшей частью процедуры, так что я кивнула, но почувствовала, что мое сердце спускается в штаны. Тем не менее, я была в комнате с двумя мужчинами. Я не собиралась поджимать хвост.