У Кранка такое же безупречное оружие. Как и у Зибеса, но тот вооружен укороченным карабином с компоновкой «буллпап»[1]. У Кэтт компактный автопистолет. Все их оружие из одного и того же места.
Это произошло сразу же после того, как они шагнули внутрь и покинули Калт. Покинули тот окутанный ночью калтский пляж, где воздух звенел от далекого уханья и воя существ, которых они во имя сохранения рассудка называли демонами. Это было первое место, куда Олл привел их, сделав в мироздании еще один разрез. Низина, болото. Ранее там произошла битва, жуткая скоротечная схватка в заросших тростником рвах и затопленных каналах. Повсюду лежали тела двух — или трехдневной давности, которые чернели и раздувались на жаре. Ни Бейл, ни Кранк не опознали по растягивающейся и рвущейся форме подразделение Имперской Армии, которое несло бы службу на Калте.
— Это не Калт, — сказал им Олл. — Другое место, другое время. Не спрашивайте. Я этого не знаю.
Он наклонился и подцепил с распухшего горла несколько жетонов.
— Одиннадцатый Мохиндасский, — произнес Олл и вздохнул. — Одиннадцатый Мохиндасский. Господи. Уничтожены все до единого нефратилами на Дьюрнусе в шестой год Великого крестового похода.
— Это было больше двух веков назад, — сказал Бейл.
— Трупы свежие! — воскликнул Кранк. Он глянул на раздутый мешок мяса у себя под ногами и пожал плечами. — Ну, относительно свежие. Им день. Может два.
— Так и есть, — сказал Олл, вставая.
— Но… — начал было Кранк.
— Как я и говорил, — произнес Олл, — другое место, другое время.
Они посмотрели на него.
— Не я все это устроил, — пожал он плечами. — Я просто живу в этом, как и вы. Сверюсь с компасом. Возможно, нужно будет снова изменить направление.
— Почему ты доверяешь этому своему компасу? — поинтересовался Зибес.
— А с чего бы мне ему не доверять? — ответил Олл. — Это компас самого Господа.
Кэтт глядела на тела, устилавшие землю, ручьи и канавы.
— Мы должны остановиться, — сказала она. — Должны их всех похоронить. Они заслуживают уважения.
Она говорила всего второй или третий раз на их памяти, и все уже начинали понимать, что Кэтт высказывается редко, но искренне.
— Должны, — кивнул Олл. — Бог свидетель, ты права, но это другое время и другая война. Поверь мне, девочка. Близится ужасная тьма, и после нее будет много, очень много мертвецов. Оставшихся в живых не хватит, чтобы их похоронить, даже если копать день и ночь. Все, что мы можем делать — продолжать идти и сражаться за живых. У нас нет времени на заботу о мертвых. Прости, но это факт.
Кэтт было заплакала, но кивнула. Они начали видеть искренность в ее редких высказываниях, а она начала ценить его честность.
Олл снова наклонился, снял магазин с перевязи трупа и проверил, подходит ли тот к его старому табельному оружию.
— Вооружайтесь, — сказал он, наполняя сумку боеприпасами.
Все замешкались.
— Давайте, — произнес Олл. — Там, куда направляются эти несчастные, им не понадобится оружие. Нам оно нужнее. Кроме того, это новые модели. Партия для Крестового похода, совершенно новая. Им всего два-три года, это не то отремонтированное дерьмо, которое выдавали в Нумине. Нам повезло. Там, где мы сейчас находимся, нам достается самое лучшее и новое вооружение из возможного. Так что разбирайте.
Они согласились. Бейлу пришлось взять пистолет для Кэтт и убедить ее, что прикасаться к нему будет правильно. Что прикасаться к нему «окей». Слово «окей» было странным, но его использовал Олл Перссон, и они уяснили, что оно означает «все в порядке».
Олл стоял в стороне и чувствовал запах ветра. Он размышлял о том, что только что сказал. Нам повезло. Там, где мы сейчас находимся, нам достается самое лучшее и новое вооружение из возможного.
— Чертовски повезло, — тихо обратился он к ветру. — Кто же позаботился, чтобы мы сюда свернули?
![Отметка Калта i_004.jpg](https://litlife.club/books/207269/read/images/i_004.jpg)
[отметка: —?]
Из невидимых долин внизу раздается грохочущий звук, издаваемый трубачами. Всем известно, что лучше уходить.
— Ты не можешь сделать еще одну дырку? — спрашивает Зибес, стирая с лица дождевую воду.
— Дырку? — переспрашивает Олл, нахмурившись.
— Разрез… Этим твоим ножом? Скверная переделка, верно? Не делай вид, будто это не так.
Олл Перссон пожимает плечами.
— Не такая скверная, как на Калте.
Он собирается сказать что-то еще, но прикусывает язык. Снова слышно трубачей — они звучат зловеще, словно вмешательство самого мироздания.
— Я не могу просто резать там, где мне нравится, — произносит Олл, делая жест рукой, словно держит атам. — Это работает не так. Я должен находиться в правильном месте и делать правильный разрез. Места соприкасаются самым странным образом. Я рассекаю покров одного, и мы входим в другое.
Все смотрят на него.
— Это сложно. Даже не вполне научно. Давным-давно кое-кто научил меня основам.
— Кто? — интересуется Зибес.
— Как давно? — задает Кэтт более верный вопрос.
— Неважно, — отзывается Олл, не давая ответа никому из них. — Суть в том, что это не вполне наука. Кроме того, тот, кто учил меня основам… он говорил, что делать подобное ужасно, и никто на это не пойдет, если только есть выбор.
— Потому что от этого зависят жизни? — спрашивает Бейл.
Олл качает головой.
— Нет, — произносит он, — причина важнее.
Он снова начинает шагать, с хрустом взбираясь по откосу в угасающем свете. Он понимает, что сказал слишком много и обескуражил их. Солдату-ветерану внутри него — в сущности, внутри него несколько солдат-ветеранов — известно и другое. В подобных «переделках» хороший командир не станет пренебрегать боевым духом. Он не в силах забрать уже сказанное назад, но может подбодрить спутников, добавив больше. Подбодрить или отвлечь.
— Ветры, — произносит он. — В них ключ. Ключ ко всякому путешествию, как вам скажет любой мореплаватель. Следуйте за ветрами туда, куда они дуют.
Он вновь бросает на них взгляд.
— Не за этими ветрами, — говорит он, поднимая руку и чувствуя, как между пальцев струится холодный горный воздух. — Я не имею в виду движение воздуха, а подразумеваю изначальные ветры, ветры эмпиреев, которые колышут и вздымают океан вечности.
Олл шагает дальше.
— Я пользуюсь названиями романиев, — говорит он, — потому что так меня учили. Прямо сейчас мы следуем за Африкусом туда, куда дует этот ветер. Это юго-запад. Потому-то романии и назвали его Африкус. Однако грекане знали его под именем Липс, а франки именовали Вестестрони.
Он снова оглядывается на них.
— Понимаете?
Кранк поднимает руку, словно ребенок в школьном классе.
— Да? — спрашивает Олл.
— Я хотел спросить, кто такие романии? — произносит Кранк.
Олл вздыхает. Он размышляет, есть ли время для этого ответа, и сомневается, поскольку у них вообще ни на что нет времени.
— Не бери в голову, — говорит он.
— Итак… мы следуем за ветром, за этим Акрифусом, — произносит Бейл Рейн.
— Африкусом, — поправляет Кэтт.
— Ну да, за ним, — продолжает Бейл. — Следуем за этим ветром… куда?
— Туда, где сделаем следующий разрез. В следующее место, где покров между мирами тонок.
— При условии, что до этого нас не догонят трубачи? — интересуется Кранк. Он смеется, и ветер уносит прочь визгливое «ха-ха-ха».
— Пожалуй, — отвечает Олл.
[отметка: —?]
Они спят под скальной складкой неподалеку от вершины хребта. Олл сидит, неся стражу. Ему хочется двигаться дальше, но он понимает, насколько они устали. Им нужна пища. Нужна вода, у которой нет вкуса крови. Нужен сон. Им нужен хороший и точный разрез, который уведет их прочь от трубачей.
1
"Буллпап" — компоновка стрелкового оружия, при которой магазин расположен позади рукоятки со спуском. Позволяет уменьшить общие габариты при сохранении длины ствола.