* * *

Не теряя времени, подбежав к ближайшему автомату, он вызвал такси. Приехал Михаил Иванович. Он долго и внимательно изучал записку, оставленную владелицей пеньюара с перламутровыми пуговицами.

— Девять... ровно в девять. Гостиница «Атлантика», номер триста двадцать семь. Анна Сергеевна,— читал вслух Михаил Иванович.

Нервно постукивая подушечками пальцев по гипсу, Семен Семеныч молча кивал.

— Девять, ровно в девять,— снова процитировал Ми­хаил Иваныч.— Печенкой чую, клюнула настоящая рыба!

— Вы думаете?

— Уверен. Как она выглядит?

— Она?

— Да

Семен Семеныч задумался. Так и не сумев подобрать подходящие слова для описания своей новой знакомой, он восхищенно вздернул обе руки кверху.

— Ясно,— кивнул Михаил Иваныч, возвращая ему за­писку.— Будьте осторожны. Не повторите вчерашней ошибки.

— Ай! — Семен Семеныч при таком напоминании бо­лезненно поморщился и смущенно отвернул голову.— На этот раз можете на меня положиться...

— Хорошо,— ответил Михаил Иваныч и пошел к ма­шине.

Но Семен Семеныч засеменил следом:

— Я ведь вообще-то не пью. Это меня друг пригласил. Он премию получил...

— Да, кстати,— остановился вдруг Михаил Иваныч.— Как он себя чувствует после вчерашнего?

— Не знаю, он мне еще не звонил... Вообще-то он очень хороший человек...

— Вы думаете?

— Абсолютно уверен!

— Ну, ладно,— Михаил Иваныч похлопал его по пле­чу.— Отправляйтесь к назначенному времени в гостиницу и действуйте сообразно обстоятельствам.— Он предостере­гающе поднял кверху палец: — Возможны сообщники!

Горбунков понятливо кивнул. Но, вопреки его ожидани­ям, Михаил Иваныч не очень-то торопился уходить.

— Дайте-ка записку,— протянул он снова руку к Гор-бункову.

Тот поспешно полез в карман.

Взявшись осторожно двумя руками за края бумажки, Михаил Иваныч еще раз внимательно ее изучил и поднес к носу. Принюхавшись, сообщил:

— Французские. «Шанель» номер пять.

— Что французское? — не понял Горбунков.

— Духи.

— А-а-а...

— Ладно. Я поехал. Желаю удачи.

И капитан госбезопасности нырнул в свою машину.

Оставшись один, Семен Семеныч, все еще державший в руках клочок бумажки, тоже поднес ее к носу, приню­хался. Особого впечатления запах на него не произвел. Духи как духи. Может, на вкус это что-то особенное? И он осторожно откусил крошечный уголок. Пожевал, глядя куда-то в небо. Сплюнул и покачал головой. Что-то этот запах его явно не устраивал. Надины духи намного при­ятнее, хотя и не французские...

* * *

— Сень, ты? — крикнула Надя, услышав скрип вход­ной двери.

— Угу,— отозвался Горбунков.

И она продолжила утюжку. Улыбаясь каким-то одной ей ведомым мыслям, Надя тихонько напевала, ловко шуруя утюгом по гладильной доске.

Минут через десять муж, переодетый в белоснежную рубашку, накинув поверх серый выходной пиджак, стоял перед нею.

— Ты куда? — удивилась Надя.— В такое время? Держа на весу утюг, она ждала ответа. Но Горбунков

молчал.

— А-а-а... — догадалась наконец Надя.— Спецза­дание?

Он многозначительно кивнул.

— Будь осторожнее, слышишь? — попросила она, по­правляя галстук на шее мужа.

— Не волнуйся, все будет в порядке.

Чмокнув ее в щеку, Семен Семеныч повернулся было, чтобы уйти, но она вдруг снова его окликнула:

— Сеня! А пистолет?

— Ах, черт! Совсем забыл,— махнул он досадливо рукой.

Надя сняла с полки большую жестяную банку с над­писью «САХАР» и достала из нее пистолет. Протерев его краем передника, передала мужу. Семен Семеныч зачем-то поднес пистолет дулом к самому глазу и с интересом загля­нул вовнутрь. Что он там увидел, осталось для Нади загад­кой, но, удовлетворенно кивнув, он запихнул оружие за пояс.

— Ну, теперь все,— тихо сказал он.— Я пошел.

* * *

Нет, ей богу, на эту троицу стоило посмотреть! Плотно прижавшись друг к другу локтями и образовав монолит, они изображали из себя группу захвата, которой вот-вот предстоит взять опасного преступника. По центру вышаги­вала, конечно же, величественная Лидия Петровна, на целую голову превышавшая ростом своих спутников. По левую руку от нее, едва поспевая, семенил на коротких кривеньких ножках Степан Степаныч, верный страж, услужливый исполнитель и тайный обожатель управдома, по правую — чем-то, вероятнее всего, усами похожий на Чапаева Томатьев, активист из пятого подъезда. У каждого из них повыше локтя левой руки красовалась повязка с надписью ДРУЖИННИК. Итак, все трое находились при исполнении важного общественного долга, а это уж вам — не шуточки! Словно охотники, выискивающие добычу, они дефилировали вдоль многолюдной в эти вечерние часы улицы.

Поравнявшись с широкой лестницей, ведущей ко входу в гостиницу «Атлантика», Лидия Петровна остановилась вдруг как вкопанная, слегка вытянув шею и словно заме­тив то, что давно искала. Оба спутника, проследив за ее взглядом, тоже застыли на месте.

В тот же момент Кеша, спрятавшийся за колонну у вхо­да в гостиницу, осторожно выглянул на улицу и сразу же заметил Семен Семеныча, стоявшего на первой ступеньке лестницы. Кеша опрометью кинулся за угол, туда, где его поджидал в машине Лёлик.

— Клиент прибыл,— тихо, но очень торжественно про­шептал Кеша, прислонившись спиной к дверце.

— Понял, бросил в ответ Лёлик.

И Кеша помчался обратно на свой пост.

В кабине машины, припаркованной к тротуарной кром­ке на противоположной стороне улицы, сидящий за рулем человек поднял к лицу рацию и сказал:

— Пятый, пятый! Он входит! Прием.

Сидевший в одном из кресел гостиничного холла Воло­дя опустил газету и, неторопливо взяв со столика, стоявше­го рядом, миниатюрный приемничек с вмонтированной в него рацией, ответил:

— Понял. Вас понял.

Достав из кармана записку Анны Сергеевны, Горбунков снова принялся ее внимательно изучать. Резкий устойчи­вый запах шанели ударил в нос, и Семен Семеныч, смешно сморщив нос, неожиданно громко чихнул. Испуганно озирнувшись, он небрежно затолкал записку в задний карман брюк и начал поспешно подниматься по широкой лестнице. Однако результатом его небрежности было то, что записка, выпав из кармана и покачавшись в воздухе, опустилась на бетонную плиту перед лестницей. Ничего не подозреваю­щий Горбунков медленно вошел в гостиницу. Нет, он, конечно, подозревал, но совершенно другое. Он даже не подозревал, а знал наверняка, что за ним сейчас следят. С одной стороны это должен был быть либо Михаил Ива­ныч, либо Володя, а может быть, и оба они, а с другой... Нет, об этом сейчас лучше было не думать.

— Гостиница... триста двадцать семь... Анна Сергеев­на... девять ноль-ноль...

Лидия Петровна оторвала взгляд от только что подо­бранной бумажки и торжествующе взглянула на своих спутников.

— Ха! — воскликнула она, покачав головой.

Осторожно постучав в дверь триста двадцать седьмого номера, Семен Семеныч подождал ответа. Но не дождался и легонько толкнул перед собой дверь. Она оказалась не запертой. Войдя в номер, он услыхал, что где-то с шумом льется вода. Осторожно подкравшись к двери, из-за кото­рой доносились звуки, Семен Семеныч приложил к ней ухо и прислушался. И почти сразу же получил довольно мощ­ный удар по голове, так как дверь изнутри резко отвори­лась.

— А, вы уже пришли?! — радостно встретила его Анна Сергеевна.— Прекрасно.

— Добрый вечер,— сказал Семен Семеныч, стаскивая с головы кепку.

— Добрый вечер,— кивнула в ответ Анна Сергеевна.— Присядьте, пожалуйста, я сейчас!

В ту же секунду она снова исчезла за дверью.

Войдя в роскошно обставленный номер, Горбунков на­чал, то и дело опасливо озираясь, тщательно обследовать каждый его сантиметр. Он заглянул в шкаф, за штору, под стол. Нигде ничего подозрительного! Так, где еще посмот­реть? Под кровать? Точно! Нужно глянуть под кровать.

Распластавшись на полу, Семен Семеныч вдруг увидел прямо перед своим носом женскую ножку, обутую в изящную домашнюю туфлю. Сердце у него замерло. «Все! Попался, старый дурак»,— пронеслось в мозгу. Но когда он уже выбирался из-под кровати, какое-то непонятное прови­дение подсказало ему выход. Он на секунду замешкался, после чего, наконец, встал.