[6] На самом деле, ни о каком напряжённом бое применительно к экипажам В-29 говорить не приходится. Причины этого заключаются как в тактике воздушных боёв того времени, так и возможностях техники.
Начнём с первого. Сложившаяся на ТВД обстановка характеризовалась подавляющим превосходством американской авиации в прифронтовой зоне и шатким равновесием, установившимся над тыловыми районами Северной Кореи и зоной реки Ялудзян после появления на китайских авиабазах в Маньчжурии перехватчиков советского 64-го авиакорпуса. Поскольку, с целью минимизации собственных потерь над районом реки Ялудзян, американская авиация вскоре перешла к действиям в этом районе исключительно крупными группами, то и наше командование при отражении большинства американских налётов, носивших массированный характер, вынуждено было также задействовать одновременно по несколько авиаполков. По причине ограниченного количества мест базирования, взлёт значительного количества самолётов и построение дивизионного боевого порядка занимал немало времени, на что уходила масса горючего из подвесных баков МиГ-15. При подходе к зоне боевых действий ПТБ сбрасывались, поскольку они сильно ограничивали располагаемую перегрузку в манёвренном бою.
Хотя наши перехватчики вступали в бой практически с полными баками, значительный пространственный размах воздушных боёв между реактивными истребителями второго поколения и неэкономичность их двигателя приводили к тому, что собственно воздушный бой продолжался весьма недолго. Фактически пилоты «МиГов» успевали совершить даже по таким вдвое менее быстроходным целям как В-29 (скорость в строю не более 540–560 км/ч) в самом лучшем случае две-три атаки. При этом им приходилось отбиваться ещё и от истребителей сопровождения, наряд которых с каждым налётом становился всё более многочисленным. Ко всему прочему зона действия наших перехватчиков была ограничена с запада береговой линией, а с юга — линией Пхеньян — Вонсан, пересекать которую нашим лётчикам также запрещалось. Теперь несколько слов об оружии. К началу войны в Корее установленные в огневых точках В-29 крупнокалиберные пулемёты «Кольт-Браунинг» М-2 прошли два этапа модернизации. В ходе первого, осуществлённого ещё в годы Второй Мировой войны, масса пули была повышена с 43 до 48 грамм, в ходе второго этапа была существенно изменена рецептура пороха и увеличена его навеска в гильзе, что позволило ощутимо увеличить скорость более тяжёлой пули массой 59,5 грамм. Почти незаметными являются изменения в автоматике оружия, позволившие увеличить скорострельность до 800 выстрелов в минуту. О том, как эти изменения сказались на огневых характеристиках пулемёта, можно судить из приведённой таблицы, в которой данные советского пулемёта УБ даны для сравнения. Попутно, это, кстати, объясняет, почему на получаемых по ленд-лизу «Бостонах» и «Митчеллах» наши специалисты меняли американские пулемёты на отечественные.
Характеристики оружия | «Кольт-Браунинг» М-2 | УБ | ||
Год выпуска | 1940 | 1944 | 1949 | 1941 |
Масса оружия, кг | 29 | 29 | 29 | 21,4 |
Масса пули, кг | 0,043 | 0,048 | 0,0595 | 0,048 |
Нач. скорость пули, м/с | 800 | 800 | 856 | 850 |
Нач. кинетическая энергия, Дж | 13.760 | 15.360 | 21.799 | 17.340 |
Скорострельность, выст./мин | 750 | 750 | 800 | 1050 |
Секундный вес залпа, кг | 0,54 | 0,6 | 0,79 | 0,84 |
Конечно, благодаря более тяжёлому боеприпасу и более высокой начальной скорости траектория полёта пуль «Кольт-Браунингов» М- 2 к началу войны в Корее стала значительно более настильной, нежели у «Летающих крепостей» и «Либерейторов», бомбивших Третий Рейх. Наличие аналогового вычислителя CFC, управлявшего огнём установок, позволяло, с одной стороны, эффективно вести оборонительный огонь, а с другой — сильно экономило боезапас. Образно выражаясь, экипажи «Суперкрепостей», бомбивших всего пятью годами ранее объекты на территории Японии, «стреляли белкам в глаз». Эффективность огня по сравнительно немногочисленным японским перехватчикам была настолько высокой, что уже весной 1945 г. многие экипажи согласилась демонтировать часть огневых установок в пользу подвески большей массы бомбовой нагрузки. В частности, снимали переднюю нижнюю и верхнюю заднюю установки спаренных крупнокалиберных пулемётов. Оставшиеся три турели, в том числе носовая счетверённая и кормовая, оснащённая в дополнение к спарке «Кольт-Браунингов» ещё и 20-мм пушкой, обеспечивали вполне достаточное огневое прикрытие. При этом надо заметить, что запас патронов во всех огневых точках В-29 составлял внушительные 1000 выстрелов на ствол, в то время как у основной массы бомбардировщиков Второй Мировой войны для пулемётов данного калибра он был в несколько раз меньше.
И всё же оборонительное вооружение «Суперкрепостей» оставалось на уровне Второй Мировой войны, так как автоматика бортового вычислителя не была рассчитана на высокие скорости МиГ-15. К тому же наши перехватчики получили модернизированные пушки. Например, снаряд 37-мм Н-37, являвшейся основным оружием МиГ-15 в борьбе с В-29, при массе 0,753 кг и начальной скорости в 690 м/с обладал кинетической энергией в 179.251,65 Дж, более чем в 8,2 раза превосходя по этому параметру 12,7-мм пулю «Кольт-Браунинга» М-2, что позволяло пилотам наших перехватчиков, располагавших автоматическим стрелковым прицелом АСП-3, расстреливать «Суперкрепости» не входя в зону их эффективного оборонительного огня. В результате операторам огневых установок В-29 приходилось вести заградительный огонь в ручном режиме, что, с одной стороны, не способствовало точности огня, а с другой, требовало очень большого расхода боеприпасов. Говоря проще, стрелки, видя проносящиеся «МиГи», палили в белый свет как в копеечку, и, пытаясь отразить за пару минут две-три атаки перехватчиков, расстреливали практически весь боекомплект. От дальнейшего уничтожения безоружные бомбардировщики спасал только уход в воздушное пространство над Жёлтым морем или за линию Пхеньян — Вонсан. Так что ни о каких напряжённых схватках в духе, таких весьма неплохих фильмов как «Хроника пикирующего бомбардировщика» или «Мемфисская красавица», когда экипажи бомбардировщиков раз за разом отбивают атаки вражеских истребителей в течение чуть ли не получаса, в ядерно-реактивную эру говорить уже не приходилось. Фигурально выражаясь, можно сказать, что резко увеличившиеся скорости, спрессовали время воздушного боя в Корее до считанных минут, причём в последующие десятилетия оно продолжало уменьшаться и дальше.
Любопытно, что, ретроспективно рассматривая обратную ситуацию: советские Ту-4 против американских «Сейбров», можно отметить, что экипажи наших «Суперкрепостей» находились в заметно лучшей ситуации (см. таб на с.27), так как обладали практически таким же количеством стволов вдвое большего калибра, с более высокой скорострельностью и несопоставимой разницей в массе и эффективности средств поражения (пуль и снарядов). Впечатляющей была и разница в секундной массе залпа. Но куда более важным в данном случае превосходство в величине начальной кинетической энергии советских 23-мм снарядов над американскими 12,7-мм пулями. При фактически одинаковых параметрах прицельных систем В-29 и Ту-4, наши пушки обладали гораздо большей дальностью эффективной стрельбы, что позволяло открывать прицельный огонь на значительно больших дистанциях, когда угловое и пространственное перемещения целей (в данном случае F-86) существенно меньше и не превосходит ограничений системы наведения.