Прибытие И-16 заметно усилило боевые возможности авиагруппы Филина, поскольку на 18 января в исправном состоянии находилось всего дюжина И-15бис. «Ишачки» дежурили на аэродроме, летали на разведку и штурмовку противника. 23 января состоялась единственная встреча «ишачков» 145-го ИАП с воздушным противником. Три И-16 полка были подняты по тревоге на помощь группе И-15бис полка, ведущей бой с четверкой «Гладиаторов» на участке Мяркярви — Салмиярви. Однако «ишаки» успели к «шапочному разбору» — шведы уже потеряли один самолет и, завидев нового противника, предпочли ретироваться, тем более что и горючее у них подходило к концу.
А вот по наземным целям И-16 145-го полка действовали первое время достаточно интенсивно. Так 23 января десять И-15бис и девятка И-16 вылетали для поиска и уничтожения противника перед фронтом 122-й СД и в тылу финских войск вплоть до Кемиярви. 26 января в ударах по войскам противника принимали участие уже 12 И-16, составивших весомое дополнение к 17 «бисам». По противнику было выпущено 16 тыс. патронов, 400 снарядов ШВАКов и сброшено 58 АО-8. На следующий день девять И-16 действовали в тесной связке не только с «бисами», но и с десяткой Р-5. За время боевых действий одних только 20-мм снарядов к пушкам ШВАК было расстреляно 6228 штук.
Однако если противодействия в воздухе пилоты «ишаков» из 145-го ИАП не встречали, то с земли противник весьма интенсивно обстреливал советские самолеты. Вместе с «авиафлотилией F19» в Финляндию прибыли расчеты нескольких 40-мм зенитных автоматов «Бофорс», а также зенитные пулеметы 40*. Уже 26 января полк понес первую боевую потерю среди летчиков И-16. В тот день в ходе атаки противника в районе Савукоски был сбит самолёт (сер. № 1721106) помощника военкома эскадрильи по комсомолу лейтенанта Н.Г.Козастрига. 28 января из вылета в район Салмиярви не вернулся самолёт (сер. № 1721138) лейтенанта И.Л.Ищенко. Правда причина потери этого истребителя неизвестна, но скорее всего ею была непогода, поскольку вылетевшее на разведку звено И-16, в состав которого входил Ищенко, попало в полосу плохой погоды и было вынужденно вернуться. Согласно финским данным, самолет Ищенко совершил вынужденную посадку в районе Пелкосенниеми, а летчик был взят в плен.
Очередной «ишак» (сер. №“5210517) был сбит зенитным огнем 6 февраля 41* в районе Кемиярви. Погиб помощник комэска-о старший лейтенант Катюхин. Таким образом, уже к концу первой декады февраля полк безвозвратно потерял четыре И-16, почти треть от первоначальной численности. Кроме того, 27 января вылетевшая в Афрканду пара И-16 потеряла ориентировку и села в 50 км юго-западнее Кандалакши.
4 февраля на фронт 9-й армии из Москвы прибыли пять СБ эскадрильи полковника Кутасина из Военно-воздушной академии им. Н.Е.Жуковского. Бомбардировщики были направлены на аэродром Африканда, а на базе эскадрильи решили развернуть группу слепых полетов под командованием прибывшего с эскадрильей Кутасина Героя Советского Союза комбрига Спирина. В группу включили также 1-ю эскадрилью 80-го САП на ДБ-3 42*. В качестве базы для авиагруппы Спирина решили использовать лед Кандалакшинского залива. ПВО аэродрома базирования группы Спирина было решено возложить на истребители авиагруппы Филина. Собственно в Африканде ещё с двадцатых чисел декабря находилась пятерка И-15бис, прикрывающая аэродром и ж/д станцию Кандалакша. Однако бессилие этих истребителей перед финскими «Бленхеймами» стало очевидно ещё в декабре. До поры с этим мирились, однако после активизации финских ВВС в начале февраля (налеты «Бленхеймов» на Реболы), командование ВВС 9-й армии всерьез забеспокоилось об обеспечении безопасности объектов в глубоком тылу армии.
39* Например, действующий на Пуоланском оперативном направлении 18-й КАО просто подчинили штабу находившегося там же 152-го ИАП, не создавая для управления ими специальных штабов.
40* До конца боевых действий расчеты 40-мм «Бофорсов» расстреляли 2600 снарядов, заявив об уничтожении шести советских самолетов.
41* В работе «ВВС РККА в Зимней войне» дата гибели этого самолета ошибочно указана как 6 января.
42* В марте группа Спирина была пополнена эскадрильей ТБ-3 из состава 1-го ТБАП.
![История Авиации 2005 03 pic_50.jpg](https://litlife.club/books/206474/read/images/pic_50.jpg)
Лёгкий бомбардировщик «Харт Mk.II» из состава шведской флотили F19
Впрочем, единственным «слабым местом» в этом вопросе оставалась Кандалакша. Станции Кемь, Кочкома и Лоухи прикрывали «Чайки» специально для этого прибывшей 4- й эскадрильи 27-го ИАП, ПВО аэродромов Ухта, Чикша и Штаба 9-й армии осуществляли «Чайки» 152-го ИАП, и только Кандалакшу прикрывали устаревшие «бисы». Чтобы исправить это упущение, Рычагов распорядился шесть И-16 145-го ИАП перегнать в Кандалакшу, а находящееся там «бисы» отправить в Кайралу. Группе Спирина «отошла» и пара сидящих на вынужденной «ишачков», требовавших серьезного ремонта. Таким образом, фактически в состав Авиагруппы Спирина передали не шесть, а восемь И-16, в том числе шесть машин тип 5 (№№ 5210466, 5210496, 5210506, 5210600, 5210604, 521795) и пару более совершенных тип 17 (№№ 1721135, 1721143).
8 февраля предназначенные для АГ Спирина истребители во главе с Леденевым перебазировались на аэродром Кандалакша, и для их экипажей война на этом фактически закончилась, поскольку аэродром находился в глубоком тылу армии. В целом решение Рычагова следует признать обоснованным, поскольку в роли перехватчика И-16, безусловно, был более предпочтителен, чем И-15бис, тогда как «бисы», наоборот, были предпочтительнее И-16 в качестве легких штурмовиков и могли принести больше пользы на фронте.
В Кайрале осталось звено И-16, задачей которых было отражение воздушных налетов противника. На этом фоне довольно странным актом выглядит передача группе Филина в двадцатых числах февраля восьми экипажей И-16 из 1-й эскадрильи 48-го ИАП (вторая половина летчиков эскадрильи, как уже упоминалось, ушла в 80-й САП). Таким образом, на каждый из имевшихся у группы Филина трех И-16 (два тип 17 и один тип 5) приходилось почти по четыре экипажа, что ни в коем разе не обеспечивало декларируемые «вводные» полеты для вновь прибывших летчиков «раз в шестидневку».
Поскольку воздушный противник Кайралу ни разу не побеспокоил, оставшиеся «ишачки» почти сразу после убытия основной части 3-й эскадрильи 145-го ИАП стали привлекать к задачам, никак не связанным с обеспечением ПВО. Так, уже 9 февраля пара И-16 вылетала на сопровождение пары Р-5, бомбивших противника в районе Сальмиярви. 17 февраля И-16 выполнили три вылета на штурмовку противника в районе Хаутаярви, в ходе которого расстреляли по противнику, в том числе, 150 пушечных снарядов.
Поздним вечером 18 февраля шведская «Авиафлотилия F19» напомнила летчикам 145-го ИАП о своем существовании. Одиночный «Харт» с высоты 400–500 м отбомбился по аэродрому Кайрала, сбросив на него 15 бомб, две из которых упали в районе стоянки самолетов, повредив один И-15бис. Спустя три минуты в воздух на И-15бис поднялся инструктор по технике пилотирования полка капитан Богатырев, но обнаружить в темноте самолет противника он не смог.
Командование полка не стало делать далеко идущих выводов из этого случая и выделять для патрулирования над аэродромом силы истребителей. Впрочем, учитывая, что налет был произведен фактически ночью, особого смысла в патрулировании все равно не было. Кроме того, поскольку вся «боевая мощь» группы Филина даже по состоянию на 28 февраля состояла из 24 И-15бис, трех И- 16 и шестерки Р-5 33-й ВРАЭ, то организовывать постоянное дежурство было признано слишком «накладным».