G.50 был старше на два года — его прототип совершил первый полёт в феврале 1937 г. Первый цельнометаллический моноплан итальянских ВВС, G.50 был современником Bf109, «Харрикейна» и «Спитфайра». Но, если поначалу он имел вполне достойные для своего времени характеристики, то к 1939 г он уже начал устаревать. Вместе с тем, самолёт был очень лёгок в управлении (что характерно для итальянских самолётов вообще), обладал отличной маневренностью, пилот имел хороший обзор из кабины, но мощность двигателя была явно недостаточной, что отражалось на скоростных характеристиках, а вооружение (два 12,7-мм пулемёта) — слабоватым, хотя по массе секундного залпа примерно соотвествовало восьмипулемётным батареям «Спитфайров» и «Харрикейнов». Хотя «стрелы» в январе 1939 г были отправлены в Испанию, однако поучаствовать в боях уже не успели, из-за чего не были сделаны должные выводы, и истребитель не получил ни более мощного вооружения, ни средств радиосвязи. Впрочем, тогда об этом никто особенно не задумывался — параллельно итальянские ВВС получали более многообещающий истребитель МС.200.
Бомбардировщик BR.20M на момент своего создания также соответствовал мировому уровню. До появления на бельгийских аэродромах «аист» успел поучаствовать в гражданской войне в Испании и Китае, а также повоевать в Южной Франции. BR.20M зарекомендовал себя как достаточно надёжная живучая машина, но имел и свои недостатки. В частности, двигатели были весьма шумными и сильно вибрировали на некоторых режимах.
В общем, если такая матчасть была бы весьма к месту во время войны в Испании, то к концу «Битвы за Британию» она была уже слабовата. Ситуация осложнялась тем, что ни «Харрикейнов», ни «Спитфайров» итальянские лётчики в глаза не видели (над Северной Африкой и Мальтой им противостояли немногочисленные «Гладиаторы», по комплексу лётных характерисик и вооружению несколько уступавшие CR.42). О возможностях этих истребителей «макаронники» имели весьма смутные представления, которые были почёрпнуты, в основном, из довоенных авиационных журналов. Правда, надо отметить, что лётных экземпляров «Спитфайров» у немцев тогда тоже ещё не было, но несколько «Харрикейнов» в исправном состоянии были в наличии в лётных школах. Однако показывать их своим союзникам немцы почему-то не стали. В результате, когда итальянские лётчики впервые столкнулись с английскими истребителями, они испытали настоящий шок.
Первый боевой вылет состоялся 24 октября. Целью были Феликстоу и Гарвич. В вылете приняла участие дюжина BR.20M из состава 13-й группы и шесть машин из 43-й. Первым в 20:35 в воздух поднялся самолёт капитано Басси из 43о стормо, за ним последовали капитано Гастальди и тененте(лейтенант) Альбертини.
В 20:50 взлетел BR.20M капитано Карло Пагани из 5-й эскадрильи (бортовой №ММ21928). Спустя всего несколько минут самолёт упал неподалёку от церкви в Хоутеме. Пагани, а также второй пилот фельдфебель (Maresciallo) Джованни Фавиа, штурман старший лейтенант (Tenente) Арриго Вардабассо, бортинженеры сержанты (Sergente) Паоло Бициокки и Альдо дель Монте и бортстрелок сержант Париде Астесати погибли.
К цели вышли только десять самолётов из 13-го стормо, отбомбившихся по Гарвичу с высоты 5000–5500 м. Зенитный огонь над целью оказался, по словам вернувшихся, неожиданно точным. Были потеряны два самолёта. Правда экипажам обоих «подраненков» удалось дотянуть до своей территории. Один (борт ММ21895) был покинут экипажем во главе с капитано Басси в районе Камбрэ, а второй (борт ММ22624) разбился неподалёку от Люстина, а его экипаж возглавляемый капитаном Пессо благополучно приземлился с парашютами между Намюром и Шарлеруа. При этом только радист Армандо Паолини легко повредил ногу. На обратном пути самолёт капитано У. Макиеральдо совершил вынужденную посадку, при которой был сильно повреждён, в районе Лилле-Эпиной. Остальные восемь самолётов 13-й группы приземлились в Мельсброеке поздним вечером между 23:50 и 00:35.
Данные воздушной разведки полученные на следующий день были обескураживающими: потеряв сразу 22 % вылетевших на задание самолётов, итальянцы уложили все бомбы в стороне от цели.
29 октября, в последний день «Битвы за Британию», было решено прибегнуть к новой тактике — был запланирован дневной налёт с истребительным эскортом на порт Рэмсгейт. На задание отправились 15 бомбардировщиков из 43-го стормо под командованием майора М.Тенти под весьма сильным истребительным эскортом в составе 39 CR.32 и 34 G.506nc. Сверху всю эту армаду шедших в плотном строю итальянских самолётов сопровождала эскадрилья немецких Bf109E. Вскоре после вылета из-за несправности двигателей три BR.20M повернули назад, причём два благополучно добрались до Шевреза, а один совершил вынужденную посадку в Остенд-Стене.
Полёт к цели проходил на довольно малой высоте в плотном строю, крылом к крылу, несмотря на угрозу со стороны зенитной артиллерии. Итальянские самолёты большей частью сохранили свою характерную пустынную (зелёно-коричневую окраску с ярко-голубым низом) окраску, так что находившиеся на земле свидетели их пролёта были весьма удивлены и озадачены столь странным явлением в небе. Очевидно, зенитчики также засмотрелись на столь экзотическое авиашоу, из-за чего открыли огонь только через несколько минут, после того как итальянская армада пересекла береговую линию. При этом пять самолётов получили некоторые повреждения, а несколько членов экипажей были легко ранены. Пролетев над территорией Англии, что позволило находившимся на борту бомбардировщиков фотокореспондентам сделать несколько эффектных пропагандистских снимков для итальянских газет, вся армада повернула вправо и направилась к Рэмсгейту.
Хотя посты ВНОС сообщили о том, что бомбардировщики направляются вглубь Англии, но над целью итальянцы практически не встретили противодействия, так как к этому времени практически все английские истребители уже вернулись на свои аэродромы, и находящихся в готовности к немедленному взлёту перехватчиков не имелось.
В 17:45 бомбы были сброшены и самолёты развернулись на свои аэродромы. При этом повреждённый над целью BR.20M, ведомый командиром 241-й эскадрильи совершил вынужденную посадку как только пересёк границу Бельгии. Погиб бортстрелок Джузеппе Монти — он запаниковал и попытался выброситься с парашютом, но высота была слишком мала, купол не успел раскрыться и авиатор разбился. Самолёт сел на брюхо в миле от Курне. Остальные машины благополучно приземлились в Шеврезе.
1 ноября 26 «Фиатов» G.506nc из состава 20-й группы отправились с демонстрационными целями к английскому побережью и продефилировали над Кентербери, а 39 «Фиатов» CR.42 из состава 18-й группы засвидетельствовали своё почтение жителям Рэмсгейта и Дувра. В обоих случаях самолёты подверглись обстрелу со стороны зенитной артиллерией, но потерь не понесли.
![История авиации 2002 05 pic_39.jpg](https://litlife.club/books/206465/read/images/pic_39.jpg)
«Фиаты» О.50бис из состава 20-й (истребительной) авиагруппы итальянских ВВС на аэродроме в Бельгии.
![История авиации 2002 05 pic_40.jpg](https://litlife.club/books/206465/read/images/pic_40.jpg)
Командир 19-й эскадрильи Королевских ВВС Брайан Лейн (он в центре) рассказывает подчинённым о не слишком удачном бое с итальянцами.
![История авиации 2002 05 pic_41.png](https://litlife.club/books/206465/read/images/pic_41.png)
Этот «Спитфайр» Mk.II Брайн Лейн получил взамен повреждённого.
В ночь на 6 ноября тринадцать BR.20M из 13-й группы удачно отбомбились по Харвичу и Ипсвичу без потерь со своей стороны, хотя один из самолётов был повреждён зенитным огнём. Позже свидетели налёта из числа местных жителей и зенитчиков вспоминали, что звук моторов итальянских бомбардировщиков, в отличие от низкого тягучего гула немецких машин, был «довольно высоким и временами напоминал временами дребезжание жестяных консервных банок». Поначалу артиллеристы решили, что немцы задействовали ночные пикировщики для подавления позиций зенитной артиллерии. Однако ущерб от налёта всё же был не слишком большим. Гораздо больший резонанс вызвала информация службы радиоперехвата, которая откровенно потешалась, слушая разговоры в эфире. Как выяснилось, в полёте итальянские пилоты даже не пытались соблюдать хотя бы подобие дисциплины и вовсю болтали на боевых частотах на отвлечённые темы, причём одним из главных вопросов обсуждавшихся «на столь высоком уровне» было количество ящиков «Кьянти» доставленное для завтрашней вечеринки! В результате, в Истребительном Командовании тут же окрестили итальянский авиакорпус «подразделением Кьянти»…