Вертолет Ка-60. Дохлое финансирование. Двигателем для этой машины РД-600 Рыбинск просто не занимается. Некогда. Или нет возможностей. Осваивают совместный проект с французской фирмой Snecma по двигателю SaM-146 для регионального самолета SuperJet-100.
Генеральный конструктор фирмы «Камов» сообщил, что на предприятии занимаются разработкой принципиально нового вертолета Ка-92. Это «прорывное направление».
Может быть, эта тема вдохнет такую же энергию в разработки камовцев, с какой они занимались вертолетами Ка-50, Ка-52. Правда, есть одна проблема — кадры.
Где их взять? Рабфаки, ремесленные училища, ПТУ и прочее ликвидированы. Теперь на рабочих учат прямо на заводе. Если есть кого. Очереди из желающих пойти в рабочие нет. Молодежь пошла бы работать на станках с ЧПУ, но и их, станков этих, почти нет. Основные фонды изношены до 80 %. Отечественные заводы почти не делают такое оборудование. Зарубежные станки — хорошие, но безумно (по нашим меркам) дорогие. В том числе и из-за высоких ввозных пошлин. Правительство пошлины отменять не хочет, финансисты против. Потому и дефицит рабочих кадров на разных предприятиях доходит до 20–30 %. И платят тем, кто есть, очень даже скромно. На уровне охранника в супермаркете. Авиационные вузы продолжают выпускать инженеров, но те почему-то в авиационную промышленность идут неохотно. Всего лишь 20–30 % от общего выпускаемого количества. Не устраивают их, видите ли, условия работы, зарплата, отсутствие квартиры и пр. И идут они, выпускники, туда, где хотя бы больше платят. Так что кадровый дефицит — это очень большой вопрос для промышленности, но это отдельная тема для обсуждения.
Российские заводы, серийно выпускающие вертолеты, — в Ростове, Улан-Удэ, Казани, Арсеньеве и Кумертау — сегодня загружены, правда, в разной степени. Улан-Удэ, Казань, выпускающие Ми-8/Ми-17 и их многочисленные модификации, обеспечены контрактами полностью, даже сверх того, работа идет на грани срыва сроков исполнения контрактов. Завод производил в год 40–50 вертолетов, а теперь нужно 60–70. Можно ли сразу увеличить выпуск на 30–50 %? Нет, сделать это невозможно!
Пришел бум! Почти неожиданно. Причем это случилось и за рубежом. Так, например, фирмы Bell и Sikorsky стали срывать контракты (военные и гражданские), платить штрафы. Сроки исполнения заказов выросли до 1,5–2 лет. Из-за нехватки ресурсов откладываются планы модернизации и опытно-конструкторских работ.
То же самое происходит и у нас. В России к тому же заявил о себе отечественный покупатель. Генеральный директор У-УАЗ Л.Я. Белых отметил это оживление, заявив, что срыв поставок вертолетов происходит не столько из-за увеличения объемов собственного производства, сколько из-за необеспеченности завода покупными комплектующими изделиями.
Организовали холдинг, сделали управляющую компанию «Вертолеты России». Набрали управленцев и на всю страну заявили, что к 2015 году будут производиться 300 вертолетов, а к 2025 году — до 500! А на что и из чего? Заводы, выпускающие вертолеты, имеют долю труда в вертолете в ценовом исчислении 30 %, максимум — 40 %. Остальное — комплектующие изделия, материалы, сырье.
![Вертолёт, 2008 №01 pic_69.jpg](https://litlife.club/books/206436/read/images/pic_69.jpg)
Ми-28Н
Вертолеты неделями, месяцами стоят в сборочных цехах заводов, дожидаясь завершения комплектации. Проблемами предприятий, призванных обеспечить сборочные заводы сотнями и тысячами наименований комплектующих изделий, практически никто не занимается. Из чего собирать вертолет? В Казани из-за нехватки кадровых и финансовых ресурсов для исполнения заключенных контрактов на поставку вертолетов Ми-17 заморожен проект вертолета «Актай». Вяло идут дела по «Ансату». Контракты под угрозой срыва. Правда, оживились испытания вертолета «Ансат-У», предназначенного для Министерства обороны РФ по госзаказу. Финансирование идет нормально и по утвержденным срокам. Бригада ГЛИЦ активно работает. Поставлена задача в мае 2008 года завершить объем испытаний, достаточный для выдачи предварительного заключения.
В конце мая 2007 года оставил свой пост по болезни генеральный директор КВЗ А.П. Лаврентьев, проработавший на своей должности чуть менее 25 лет. Это он, можно сказать, вынес на своих плечах все самые тяжелые для завода, авиационной промышленности годы. За ним, как это обычно и бывает, ушли многие из его команды.
В Ростове рассчитываются с экспортными заказами на вертолеты Ми-35М и Ми-26Т для Венесуэлы. Для Минобороны Российской Федерации изготавливаются вертолеты Ми-28Н. Трудности те же, что и у других серийных заводов, — кадры, комплектация.
Почти в то же время, что и на Казанском вертолетном заводе, сменился директор и в Кумертау. А может быть, сменили?
Один из главных авторов создания холдингов и концернов в авиапроме, руководитель Федерального агентства по промышленности Б.С. Алешин стал главой «АвтоВАЗа».
Генеральный директор компании «Рособоронэкспорт» С.В. Чемезов перешел руководителем в государственную корпорацию «Ростехнология» (небольшая цитата из статьи А. Лившица, опубликованной в «Известиях» 21 февраля 2008 года: «Размножаются госкорпорации. В хорошем темпе. Забирая огромные бюджетные деньги. Процесс активно критикуется либералами. Дескать, опять свернули в какую-то свою колею. Глубокую. С рытвинами и ухабами»).
Бывший руководитель ОПК «Оборонпром», один из главных идеологов и организаторов интеграции вертолетостроения Д.В. Мантуров, увидев, что все «на мази», занял кресло заместителя министра промышленности и энергетики. Уже засветился в прессе по поводу доклада о работе лесопромышленного комплекса России.
Уходят, приходят, переходят. Жизнь продолжается. Вопросы остаются.
Дежавю.
Талант, рождающий смелые идеи
![Вертолёт, 2008 №01 pic_70.jpg](https://litlife.club/books/206436/read/images/pic_70.jpg)
Г.П. Смирнов у редуктора вертолета Ми-28Н
В феврале 2008 года исполнилось 70 лет Г.П. Смирнову — человеку, который своим трудом внес огромный вклад в развитие вертолетостроения России. Талант инженера и конструктора, данный ему от рождения, Геннадий Петрович развил и отшлифовал в одном из сильнейших конструкторских бюро мира — ОКБ М.Л. Миля. Здесь им создана школа проектирования, опирающаяся на оригинальные технические решения и разработки, которые позволяют создавать конструкции с уникальными характеристиками.
Именно такими уникальными характеристиками отличается и одно из самых главных Ваших детищ — редуктор вертолета Ми-26. Ни для кого не секрет, что главный редуктор — это один из наиболее важных и ответственных элементов силовой установки любого вертолета. И наш гигант Ми-26 не стал исключением. Без главного редуктора ВР-26 не было бы и этой единственной и неповторимой в своем роде машины. Под Вашим руководством, с Вашим личным участием спроектированы, изготовлены и испытаны агрегаты хвостовых трансмиссий вертолетов Ми-26, Ми-34, Ми-28Н, Ми-38, идет работа над модернизацией трансмиссии для вертолетов Ми-8, Ми-171, Ми-172, Ми-8МТВ.
Смелые идеи и решения, предложенные Вами, Геннадий Петрович, позволили дать путевку в жизнь самым современным отечественным вертолетам. И мы чествуем не просто юбиляра, мы чествуем его величество Конструктора, конструктора от Бога, чей талант во многом предрешил счастливую судьбу шедевра мировой авиации — вертолета Ми-26. Мы считаем, что переоценить значимость Вашего личного вклада в отечественное и мировое вертолетостроение невозможно! Важно отметить и то, что созданные Вами конструкции редукторов для вертолетов пленяют взор изяществом форм и отличаются элегантностью решений, большинство из которых до сих пор не превзойдены ни отечественными, ни зарубежными конструкторами.
За разработку уникального, не имеющего аналогов в мире главного редуктора вертолета Ми-26 Вам присуждена Государственная премия СССР. Коллеги по работе давно оценили Ваши редкие человеческие качества, в том числе непреклонность в решении принципиальных вопросов, юмор и ироничность.