Большую работу провел Н.П. Бездетнов по расширению маневренных возможностей соосных вертолетов, что весьма способствовало созданию вертолета Ка-50 «Черная акула». Им разработана серия пилотажных фигур, которые неоднократно и успешно демонстрировались у нас и за рубежом.
Летчику-испытателю Н.П. Бездетнову (учитывая его квалификацию и творческий подход к делу) всегда поручали самые сложные и ответственные задания. Во время полярной ночи зимой 1978–1979 года он впервые в мировой практике на вертолете Ка-25 проводил ледовую разведку, «указывал» путь караванам судов в высоких широтах Арктики с базированием на атомоходе «Сибирь». Следующей зимой летчик выполнял эту же работу на вертолете Ка-32 (выполнено 200 полетов, общий налет составил 194 часа). Полеты выполнялись часто в экстремальных условиях: при предельно низкой температуре воздуха, в пургу, при полном отсутствии видимости. Был случай посадки вертолета на ледокол в пургу при ветре 35 м/с.
Впервые в условиях арктической полярной ночи с борта ледокола «Сибирь» выполнялись полеты дальностью свыше 200 км для оказания помощи тяжело больным членам экипажа с посадкой на аэродром, закрытый по метеоусловиям. Разведка ледовой обстановки вертолетами позволила ледоколам сократить время прохождения по маршруту примерно в 2 раза.
В качестве ведущего летчика-испытателя Бездетнов выполнил первый подъем и испытания головных серийных вертолетов Ка-26 и Ка-27, первый подъем и испытания вертолета Ка-32 и опытного вертолета Ка-50.
Его опыт, мужество и самообладание, умение предвидеть развитие ситуации не раз позволяли выйти с честью из практически безвыходных ситуаций и спасти дорогостоящую технику. Так, во время перелета на Ка-32 из Мурманска в Люберцы на участке маршрута Петрозаводск — Вологда на высоте 2400 м в облаках в условиях обледенения произошло разрушение диска вентилятора охлаждения маслосистем редуктора и двигателей. Продолжать полет было невозможно из-за быстрого роста температуры масла в системах, посадить вертолет вне аэродрома не позволяла плохая видимость. В этой ситуации ничего другого, как покинуть вертолет на парашютах, не оставалось. Однако Бездетнов принял другое решение: по бортовому локатору было найдено лесное озеро, произведены экстренное снижение по крутой спирали с выходом над озерной поверхностью и благополучная посадка на берег. Впервые в истории эксплуатации вертолетов в нашей стране была блестяще выполнена вынужденная посадка в экстремальных погодных условиях вне аэродрома с использованием локатора и водной поверхности.
![Вертолет, 2004 №2 pic_53.jpg](https://litlife.club/books/206416/read/images/pic_53.jpg)
У вертолета Ка-18 (слева направо — ведущий инженер Э.Н. Коротков, летчик-испытатель Е.И. Ларюшин, штурман Н.Х. Файзи, командир экипажа Н.П. Бездетнов)
На опытном вертолете Ка-25 в море из-за разрушения одной лопасти несущего винта возникла тряска. Шторм выше шести баллов не позволял произвести вынужденную посадку на воду, оставалось одно — рискнуть и лететь 30 км до берега. Бездетнов рискнул, сумел, используя все свое мастерство пилота и возможности вертолета, продолжить полет, несмотря на сильную вибрацию и угрозу разрушения машины в воздухе. В результате и люди, и вертолет остались целы.
В активе Н.П. Бездетнова еще целый ряд благополучно выполненных посадок при весьма сложных ситуациях. Ему первому из летчиков страны выпало столкнуться с таким очень опасным явлением, как «взрывной флаттер», в полете на первом экземпляре вертолета Ка-50 «Черная акула». Доли секунды решали тогда судьбу вертолета. Высочайшая ответственность за порученное дело, мужество, профессиональная собранность и природная реакция позволили ему и в этом случае спасти опытный вертолет.
Аналитический склад ума, творческая неуспокоенность позволяют Николаю Павловичу видеть перспективные направления развития и разрабатывать своевременные ценные технические предложения, связанные с решением тех или иных проблемных для вертолетостроения вопросов. Вот только один пример. В отечественной авиации до конца 60-х годов использовались авиагоризонты с так называемой «обратной» индикацией, то есть по виду «с земли на самолет» (земля неподвижна, а самолет вращается), а в странах Запада с прямой, «с самолета на землю» (самолет неподвижен, а вращается земля). Чтобы продвигать нашу технику за рубеж (гражданский самолет Як-40, в частности), понадобилась установка авиагоризонтов западного образца. Это послужило толчком для создания в нашей стране пилотажно-командных приборов с прямой индикацией типа ПКП-72, которые начали ставить на все новые отечественные летательные аппараты гражданского и военного назначения.
Одним из первых летательных аппаратов, на который установили этот прибор, был противолодочный вертолет Ка-27. Однако летчики-испытатели ОКБ Камова и морские летчики-испытатели заказчика дали этому прибору резко отрицательную оценку. Но прибор все же попал в эксплуатацию. Выход из сложившейся ситуации опять нашел Н.П. Бездетнов: для повышения безопасности полета он рекомендовал летчикам при прямой индикации авиагоризонта, когда силуэт самолета неподвижен, научиться приводить этот силуэт в движение силой своего воображения, намеренно.
В десятом номере журнала «Авиация и космонавтика» за 1976 год была опубликована статья Н.П. Бездетнова «Тип индикации. Какой лучше?». В развернувшейся дискуссии приняли участие многие известные летчики страны. Стало понятно, что большинство (среди них такие авторитетные специалисты летного дела, как С. Анохин, М. йллай, Г. Береговой, Г. Седов, А. Федотов, В. Ильюшин) предпочитают вид индикации «с земли на самолет». Жизнь показала, что при противоположном типе индикации («с самолета на землю») резко увеличилось число катастроф вследствие затруднения (потери) ориентации в пространстве. Вскоре военный заказчик запретил устанавливать приборы с видом индикации «с самолета на землю» на новые летательные аппараты.
На Ка-27 тоже произошло несколько катастроф из-за потери пилотом ориентации в пространстве. Аварийные комиссии предписали заменить тип индикации на привычный — «с земли на самолет». В пользу этого вида индикации говорят и всесторонние исследования Государственного научно-исследовательского испытательного института авиационной и космической медицины Министерства обороны, а также исследования западных ученых. Однако до сих пор такой замены не произошло. Формальным поводом не делать замену послужило заключение ЛИИ, в котором сказано, что менять тип индикации не надо, а надо лишь поменять лицевую часть прибора.
Несмотря на заключения специалистов ЛИИ, Бездетнов, понимая серьезность вопроса, стоит на своем: нужен вид индикации «с земли на самолет». В настоящее время он работает над совершенно новым видом индикации «с самолета на самолет». Хочется надеяться, что эта его идея будет реализована и снимет многолетнюю проблему.
В процессе эксплуатации вертолетов Ка-25 произошел ряд происшествий, приведших к потере аппаратов: при посадке, не дотянув 400 м до палубы, несколько машин затонули. В чем причины произошедшего? Как их предупредить и устранить? Ответ на эти вопросы вновь дал Николай Павлович: он считает, что причины этих аварий в том, что летчики, увидев палубу, прекращали пилотирование по приборам и пилотировали визуально. Так как палуба качается, то они машинально отслеживали ее качку, управляя общим шагом, что приводило к потере высоты. При правильном пилотировании глиссада выдерживается по приборам, а палуба при этом должна качаться. Как избежать схлестывания лопастей при их остановке на качающейся палубе — еще один вопрос, ответ на который дал Бездетнов: на таких режимах он рекомендовал использовать тормоз несущего винта.
При испытаниях вертолета Ка-25 по поиску и обнаружению цели подлодке все время удавалось ускользнуть. По настойчивой просьбе Н.П. Бездетнова сигналы, подаваемые подлодкой, были выведены в наушники командира экипажа. Меняя высоту висения, вплоть до погружения вертолета в воду колесами шасси, Николай Павлович сумел удержать лодку в поле зрения и передать координаты ее движения на другой вертолет, который успешно ее атаковал (50 % глубинных бомб имели прямое попадание).