- Мама дорогая, - вякнула Рада и выскочила из машины - помогать. Мельком оценив степень мастерства незнакомого мага, поняла, что сунуться со своими чарами - все испортить, Рада просто встала позади мужчины, распахнув свое пальто, прижавшись грудью к спине мага. Со стороны это смотрелось почти как ласка, наверное, на деле же было незаменимой помощью - деление силой проще всего проходило при непосредственном контакте, лучше всего - кожа к коже. Маг, конечно, заметил ее присутствие, передернул плечом, и потихоньку зачерпнул у нее сил. Рада вздохнула, и выплеснула больше - дожимать магический резерв ей было не впервой, а о том, что у нее еще есть ведьминские силы, знали единицы.

  И все же, маг сначала вычерпал досуха свой резерв, и только потом потянулся к ней. Рада переступила еще ближе, и пробралась руками под его рубашку, погладила гладкую кожу, прижалась щекой к его шее, хотя для этого пришлось встать на цыпочки. И как раз успела подхватить падающее тяжелое тело - он почти подмял ее под себя, и Рада только смогла смягчить и замедлить падение. Устроила голову у себя на коленях, запахнула пальто. Огляделась - вместо тонн искореженного металла - побитые фары, помятые бампера и крылья. Из машин выскакивали люди, кто-то бился в истерике, кто-то нервно курил, все без исключения орали. К Раде подбежали двое Подорожников - один уже заряжал амулет, второй деловито расстегивал рубашку.

  - Вы как?

  - В порядке. Как он?

  - Лучше, чем мог бы. Сейчас амулетиком его подкормим, как огурчик будет. Муж ваш?

  - Что? Нет. А почему вы решили, что муж? - Рада с трудом не клацала зубами от холода.

  - Да вы бы диапазон видели! Такая радуга двойная - третий раз такое вижу, за сто лет, - болтал Подорожник, между делом набирая шприц из ампулы. - Давайте руку.

  - Не, мне не надо. - Отказалась Рада. Мужчина пожал плечами и убрал шприц. - Вы мне лучше помогите его в машину положить, и с дороги свернуть дайте.

  - Какое свернуть, вы что, девушка! Такая метель!

  - У меня домик на изнанке, - объяснила девушка. Мужики уважительно протянули 'Оооо', и мигом погрузили бессознательного мага в Радину машину. Через пять минут Степан уже хлопотал над усталой Радой и ее спутником. Девушка наконец-то смогла его разглядеть, и чуть не присвистнула - человек ей был знаком, хотя за восемь лет изменился изрядно, узнать его можно было. Игорь Анатольевич, собственной персоной. Пси-маг. Теперь понятно, почему у водителей из травм - максимум подбитые носы.

  - Радушка, кушать будешь? - Степан нарезал круги рядом.

  - Степа, какое кушать? Мне бы чаю и спать.

  - Сейчас будет все. Марфушка сделает. Марфа! - в сторону. А потом опять ей, - Рада, а куда гостя ложить-то?

  - Ко мне клади, Степа. - Домовой недовольно нахмурился. Рада вздохнула:

  - Степа, у него резерв на нуле, я не хочу, чтобы он впал в кому. Ты хочешь?

  - Не хочу.

  - Ну вот. И не дуйся.

  - Я не люблю, когда ты у себя закрываешься.

  - Степа, даже ведьмам иногда хочется уединения. Ты его перенесешь?

  - До дверей донесу, - проворчал Степан.

  Рада водрузила Игоря на кровать, прикрыла его пледом и ушла в ванну. Поплескавшись там с полчаса, выползла оттуда полусонная, плюхнулась на кровать, и только тогда вспомнила про Игоря. Тяжко вздохнув, принялась стаскивать с него одежду. Не без удовольствия рассмотрела ладное тело, подтянула ближе к себе, обняла и закрыла глаза с твердым намерением спать до упора.

  *****

  Игорь проснулся среди ночи. Вокруг было темно, в воздухе витал какой-то аромат, а рядом кто-то глубоко и размеренно дышал. Ему было тепло, удобно и спокойно. Так комфортно ему давно не было - лет с пятнадцати, пожалуй.

  Сладко ныло внизу живота, тягучее томление быстро разбегалось по венам, заставляя что-то в глубине глухо рычать и ворочаться. Он прикрыл глаза и жадно вдохнул. Резко перевернулся на бок, с закрытыми глазами принюхался к теплому телу рядом. Сладкая.

  Рывком разорвал какую-то тряпку - она мешала добраться до сливочного, теплого тела. Сжал ее в руках, зарылся носом в волосы, с утробным рычанием прикусил мочку розового ушка, тут же лизнул. Она сонно заворочалась у него в руках, потерлась щекой об его плечо, обхватила его руками, вздохнула. Он растеряно замер, боясь шевелиться.

  - Ты чего проснулся? - хриплым ото сна голосом спросила Рада. Прижиматься к его голому телу было не просто приятно - это было какое-то болезненное удовольствие. - Выспался?

  - Немного, - кашлянув, ответил он.

  - Давай доспим, а? У меня тяжелая неделя была.... М?

  - Ага, - еще более растеряно ответил он, с ужасом понимая, что продолжает прижиматься к ней всем телом - грудью, животом, бедрами, и соответственно, эрекцией.

  Она тихонько улыбалась ему в плечо - от осознания того, что она вызвала у него такую бурную реакцию. Сон потихоньку снова накатывал теплыми волнами, и Рада поерзала, устраиваясь удобнее, обнимая его крепче. Рядом с ним было какое-то ощущение защищенности, покоя.

  Второй раз проснулись утром. Рада со всеми удобствами устроилась на его груди, согнутая нога закинута на его бедро, рука - на живот. Игорь проснулся первым, и лежал не шевелясь, боясь спугнуть дивное ощущение того, что ты не один. Вот так вот по-домашнему он не просыпался уже лет так десять, и успел подзабыть, как это.

  - Доброе утро, - сонно сказала Рада. Он вздрогнул, и ответил:

  - Доброе. Выспалась?

  - Нет. Проснулась оттого, что есть хочу. Ты выспался?

  - Не понял еще.

  - Позавтракаем и поваляемся еще, да?

  - Давай, - согласился Игорь, потихоньку подтаскивая одеяло, и прикрываясь. Рада тут же отпихнула одеяло в сторону:

  - Жарко, не натягивай его.

  Игорь сверлил взглядом потолок, мысленно кляня все подряд. Начиная от вчерашней непогоды, и заканчивая собственной реакции на ее хриплый ото сна голос и мягкое тепло, исходившее от ее тела.

  Она откатилась в сторону от него, вытянулась на спине, потянулась с поскуливанием, зажмурившись. Этого времени ему хватило, чтобы натянуть на себя одеяло.

  - Я в душ, - подняв с пола смятый халат, накинула на себя и скрылась за дверью.

  - Твою мать, - от души высказал Игорь свое мнение утренней эрекции, приветливо покачивающейся под одеялом.

  ***

  Завтрак был более, чем плотным. Появился он на столе сам по себе, безо всякого участия Рады. Девушка задумчиво его уничтожила, потерла лицо и спросила: