Цзоу Юань и Цзоу Жунь последовали ее примеру.
– Обождите, невестка! – закричал тут Сунь Ли. – Не горячитесь! Дайте мне подумать, а потом спокойно обсудим это дело.
А жена его Яо-тянь так испугалась, что долго сидела в оцепенении и не могла слова вымолвить.
– Если же вы, деверь, не откажетесь идти с нами, – продолжала тетушка Гу, – тогда вам придется расстаться с вашей женой: мы отправим ее в лагерь вперед.
– Но мне надо прежде съездить домой, собрать свои вещи и разузнать, как там обстоят дела, – произнес Сунь Ли. – А потом можно будет двинуться в путь.
– Да ваш дядюшка Яо Хэ все предусмотрел! Мы раньше прорвемся в тюрьму, освободим братьев, а потом успеем захватить и ваши пожитки.
– Ну, если все вы действуете заодно, – со вздохом сказал Сунь Ли, – то как же могу я отказаться? Из-за вас все равно попадешь под суд. Эх, была не была! Раз уж решили, то пойдемте все вместе!
После этого Цзоу Юань и Цзоу Жунь пошли на гору Дэнъюньщань за своим имуществом и лошадьми. Они должны были возвратиться в кабачок и привести с собой двадцать надежных человек.
Затем Сунь Синь пошел в город повидаться с Яо Хэ и разузнать у него новости, а также договориться с ним и попросить его предупредить Се Чжэня и Се Бао.
На следующий же день Цзоу Юань, захватив с собой все Ценное, пришел вместе со своими людьми. В доме Сунь Синя также нашлось человек восемь преданных работников; и с теми, кто сопровождал Сунь Ли, набралось более сорока удальцов. Сунь Синь приказал зарезать двух свиней и барана и накормить всех до отвала.
А тетушка Гу, спрятав в вареном мясе кинжал и притворившись, что несет передачу заключенным, отправилась вперед. За ней шли Сунь Синь и Сунь Ли и, наконец, Цзоу Юань и Цзоу Жунь. Каждого из них сопровождало по нескольку работников. Они отправились двумя группами, чтобы не вызвать подозрений.
А теперь вернемся к начальнику тюрьмы Бао Цзи. Получив взятку от старого Мао, он только и думал о том, как бы покончить с Се Чжэнем и Се Бао. В этот день Яо Хэ стоял с полицией на страже у главного входа тюрьмы, украшенного мордой льва с разинутой пастью. Зазвонил колокольчик.
– Кто там? – спросил Яо Хэ.
– Я принесла еду заключенным, – отвечала тетушка Гу.
Яо Хэ сразу же догадался, кто пришел, впустил женщину во двор, а затем снова закрыл ворота. Когда она проходила мимо балкона, начальник Бао Цзи, который находился в это время в центральной беседке посреди тюремного двора, увидел ее и закричал:
– Что это за женщина и как смела она войти в тюрьму с передачей? Еще в старину говорилось: «В тюрьму не должно проникать даже дуновение ветра!»
– Это сестра Се Чжэня и Се Бао, – сказал тут Яо Хэ. – Она принесла им еду.
– Не разрешать ей входить туда! – продолжал кричать Бао Цзи. – Возьми и сам отнеси!
Тогда Яо Хэ взял узелок, открыл двери и отдал братьям передачу.
– Дядюшка! А как с тем делом, о котором ты говорил вечером? – спросили братья.
– Ваша сестра уже пришла, – сказал Яо Хэ, – и теперь ждет, когда подойдут остальные.
С этими словами он снял с них кангу. В это время донесся голос другого надзирателя, который докладывал:
– У ворот стучится начальник Сунь. Он желает войти во лвор тюрьмы.
– Он служит в войсках, – послышался голос начальника Бао Цзи. – Так для чего же он пришел сюда, в тюрьму? Не открывать ворота!
Тем временем тетушка Гу приблизилась к тому месту, где находился Бао Цзи.
– Командир Сунь гневается и ломает ворота! – донесся голос.
Начальник тюрьмы Бао Цзи вышел из себя и сбежал вниз.
– Где мои братья? – подскочила к нему тетушка Гу и выхватила спрятанные в одежде сверкающие острые кинжалы.
Бао Цзи, видя, что дело плохо, поспешно скрылся за углом строения. В это же время Се Чжэнь и Се Бао, освободившись от колодок, пролезли в пролом стены и лицом к лицу столкнулись с начальником тюрьмы. Не успел тот опомниться, как Се Бао взмахнув кангой, что было сил ударил Бао Цзи по голове и разнес его череп на куски.
А тетушка Гу начала действовать своими кинжалами. Она заколола человек пять надзирателей, остальные же с криком стали пробивать себе дорогу из тюрьмы. Сунь Ли и Сунь Синь, охранявшие ворота, увидев четырех бежавших надзирателей, пустились за яими вдогонку; те мчались к окружному управлению; из управления вышли Цзоу Юань и Цзоу Жунь, неся голову следователя Вана.
Пешие шли впереди. Командир Сунь с луком в руках ехал позади. Городские жители позакрывали ворота домов и не решались выходить на улицу. А служащие окружного управления, узнав начальника Суня, не смели препятствовать ему.
В это время толпа, окружив Сунь Ли, выбежала из городских ворот и бросилась по направлению к Шилипаю. Там жене Сунь Ли – Яо-тянь помогли сесть в тележку, а тетушка Гу взобралась на коня, и все вместе двинулись в путь.
Тут Се Чжэнь и Се Бао, обращаясь к остальным, сказали:
– Что же это, мы так и уедем, не отомстив за свою обиду старому дьяволу Мао?
– Правильно! – согласился Сунь Ли и, обращаясь к своему брату Сунь Синю и дядюшке Яо Хэ, сказал:
– Вы поезжайте вперед и охраняйте повозку, а мы догоним вас!
Сунь Синь и Яо Хэ двинулись вперед. А Сунь Ли с Се Чжэнем, Се Бао, Цзоу Юанем и Цзоу Жунем, в сопровождении работников, поспешили к поместью старого Мао.
В это время Мао Чжун-и устроил пиршество в честь дня рождения своего отца; они с отцом сидели и выпивали, не ожидая нападения. И вот ватага удальцов с шумом и ревом ворвалась в поместье, громя все кругом. Они убили и старого Мао и его сына, уничтожили всю семью, и старых и малых.
Пройдя во внутренние комнаты, они связали в десяток узлов ценностей и всякого добра, а с заднего двора вывели восемь добрых коней и на четырех навьючили захваченные пожитки. Се Чжэнь и Се Бао, нарядившись в дорогую одежду, зажгли факелы и спалили всю усадьбу. Затем они сели на коней и двинулись вперед во главе отряда.
Не проехали они и тридцати ли, как нагнали остальную компанию, сопровождавшую тележку, и дальше уже двинулись все вместе. Отобрав по дороге у богачей еще пять добрых коней, они направились в Ляншаньбо, нигде не останавливаясь.
Спустя один-два дня, они уже были у кабачка, который содержал Ши Юн. Цзоу Юань спросил у него о Ян Лине и Дэн Фэе. Ши Юн отвечал:
– Сун Цзян решил напасть на поместье Чжуцзячжуан, и они ушли вместе с ним. Там их дважды постигла неудача. Говорят, что Ян Линь и Дэн Фэй захвачены противником, что с ними сейчас – я не знаю. Говорят также, что в этом поместье проживают три брата-героя, и помогает им наставник Луань Тин-юй – Железный посох. Вот почему Сун Цзяну оба раза не удалось пробиться туда.
Выслушав это, Сунь Ли очень обрадовался и сказал:
– Мы пришли сюда, чтобы вступить в лагерь. Но у нас еще нет никаких заслуг. Вот мы и воспользуемся этим случаем – поможем разнести Чжуцзячжуан. Это будет нашим вкладом при вступлении в стан вольных людей. Как вы смотрите на это?
– Хотелось бы послушать, какой у вас план? – обрадованно сказал Ши Юн.
– Луань Тин-юй и я учились военному искусству у одного и того же наставника, – промолвил Сунь Ли. – Так что мы одинаково владеем мастерством. Ему известны те же приемы, что и мне. Мы выдадим себя за отряд охраны, который из Дэнчжоу переводится в Юньчжоу, и по дороге завернем к ним. Они, конечно, выйдут встретить нас, и таким образом мы попа дем в поместье. Ну, а когда мы будем действовать изнутри, а Сун Цзян поможет нам извне, то успех обеспечен! Одобряете ли вы мой план?
Едва он договорил, как из лагеря прискакал гонец с известием, что на помощь Сун Цзяну с горы идет У Юн.
Ши Юн велел гонцу просить военного советника У Юна познакомиться с вновь прибывшими. Но не успел гонец уехать, как около кабачка показалось несколько всадников. Это были – Люй Фан, Го Шэн и три брата Юань. Вслед за ними, во главе отряда в пятьсот с лишним человек, подъехал и сам военный советник У Юн.
Ши Юн пригласил начальников в кабачок и сюда же привел вновь прибывших. Представляя их вожакам, Ши Юн сказал, что они хотят вступить в лагерь, и изложил план, предложенный Сунь Ли. Выслушав все это, У Юн очень обрадовался и сказал: