От этих стен и яблок у Люси кругом пошла голова.
Неужели никто не знает?
Я знаю! сказала Лаковая Молния. Надо писать в облаках.
Правильно, похвалила ласку девочка. Вот вам кусочек Вафельного Отметника.
А мне не дадут Отметника? спросил устенный Устин.
Люся не знала, как ей быть дать ему понюхать плитку вафли в наказание за неграмотность или, наоборот, похвалить его за старательность и отломить кусочек. Она решила угостить волка. А нюхательно-воспитательные меры пока отложить. Яблоковый Устин аж засветился от радости неярким серым светом.
Прогудел начинальник. Меховая братия забегала и замоталась, малышня повисла на Люсе.
Что мы будем делать? кричали они.
Не знаю.
Давайте в залезалки играть. Давайте!
Это что такое?
Игра такая. Надо на крышу залезть. Кто выше всех залезет, тот победил. А остальные его стаскивают, объяснил ежик Иглосски. В прошлый раз победил Мохнурка.
И где он? спросила Люся.
В ночевальне лежит. Перебинтованный. Он слетел сверху и поцарапался по дороге.
Это уже не залезалки, а бинтовалки получаются, сказала девочка-учительница. Только сегодня мы в это играть не будем. Мне пора домой. Меня папа с мамой ждут. Я боюсь, что мне дома влеталки и разгонялки устроят.
Это хорошая игра, во влеталки, сказала белочка. Это влетать куда-нибудь надо?
Зверята проводили Люсю до ворот и долго махали лапами вслед и кидали вверх разные вещи. Эти вещи еще много времени взлетали над забором.
Междуглавие третье. СПИСОК МЕШАНИЙ УЧИТЕЛЯМ НА УРОКАХ СО СТОРОНЫ УЧАЩИХСЯ
Всю неделю ученица-учительница Люся Брюкина внимательно наблюдала за своими коллегами по учебе. Смотрела на тех, кто обучает, и на тех, кто обучается.
И вот что было замечено.
Спальников намазал доску воском, как лыжи. Поэтому Лушина, которая всю неделю учила арифметику с папой, не сумела даже написать условие задачи. Мел скользил. Учительница сердилась.
Ты, Лушина, нарочно это сделала. Потому что урока не выучила.
Я выучила, Мария Яковлевна. Это кто-то другой доску намазал.
А вот мы сейчас проведем контрольную работу на вычитание дробей и выявим, кто у нас диверсант. Ясно, что отличники доску натирать не станут.
Кандидатами в диверсанты оказались: Спальников, Игорь Трофимов, Кира Тарасова и бедная Карина Мариношвили. Ей эта двойка была нужна больше всех. У нее и так по арифметике было две.
Великолепный Киселев подрисовал усы на портрете знаменитого писателя Маяковского. Он оправдывался:
Все писатели как люди. И Чехов, и Толстой, и Некрасов, а он отрывается. Он какой-то ненастоящий, потому что без усов.
А ты много читал Маяковского?
Потому и не читал, что он без усов. Теперь начну.
Теперь ты пойдешь домой и приведешь родителей, говорила Эмилия Игнатьевна завуч. Очень умная и опасная женщина. Твой папа без бороды и усов. Но я думаю, он настоящий и всыплет тебе как следует, по-настоящему.
Язвительный Игорь Трофимов подумал и сказал:
Вот учителя! Вот завучи! Человек в беду попал, а они острят, шутят. Нет, с такими людьми мы никуда не придем.
На родительском собрании сердился дедушка Киры Тарасовой:
Моя Кира говорит: Если не купишь мне джинсы, я в школу не пойду. У нас все учащиеся в джинсах ходят. Даже директор. Я одна как из сельской местности в юбке югославской. Будто я отсталая. А где ж я ей эти джинсы возьму? Да ведь не простые надо, а фирмы Врангеля. Я ей говорю: Этого Врангеля мы прогнали в революцию не для того, чтобы его штаны носить! Она мне в ответ: Темный ты, дедушка, ничего в истории не понимаешь. И в экономике. Вы ведь Врангеля прогоняли, а это Вранглер.
А моя просит счетную машинку! сказала бабушка Карины Мариношвили. Я ей было купила в магазине харьковскую за двести рублей. А она кричит: Ты что мне покупаешь? Ее же надо в розетку включать. У всех японские машинки на батарейках. Размером с записную книжку. Они их под партой держат. И считают незаметно от учителя. Я с таким ящиком что делать буду? Ты бы мне еще телевизор приобрела. Чтобы я под партой клуб кинопутешествий смотрела! А где мне купить эту японскую машинку? Мы, уборщицы, редко ездим в Японию подметать. Мы все здесь работаем. На трех работах. Уймите внучку!
В классе событие. Пропал Главный Бумажный Получальник. То есть классный журнал. А так как Вафельного Отметника у нас не завели, пришлось притормозить школьные занятия.
В поисках журнала перевернули учительскую, кабинет директора и три тонны макулатуры, собранной энтузиастами-прогрессистами из второго Б класса. Они прогрессисты потому, что собирали макулатуру не по указанию руководства школы, а по велению сердца. Но журнала не нашли.
В конце дня пришла расстроенная отличница Королева и принесла журнал. Он был у нее в портфеле. Конечно, его похитила и запихнула туда не она. Это были чьи-то происки. Кто-то мечтал сорвать занятия по иностранному английскому языку.
Провели контрольную с целью выяснения знаний учащихся и с целью выяснения проискантов.
Кандидатами оказались Спальников, Игорь Трофимов, Кира Тарасова, блистательный Киселев и опять Карина Мариношвили. Ей эта двойка опять была нужнее всех. У нее по английскому была всего одна.
Киселев и Тарасова решили попробовать курить. Купили в ларьке пачку Явы. Сказали, что для больного папы.
Тарасова красиво держала сигарету и по-красивому вытаращивала глаза.
![Колобок идет по следу. Книга 2 u2_13.jpg](https://litlife.club/books/201775/read/images/u2_13.jpg)
Киселев сделал две затяжки и упал. Оказалось, сигареты были бракованные. В табачную машину попал эбонитовый шарик от ручки. И она его искрошила. Тренированные курильщики выдерживали с трудом.
Нетренированный Киселев чуть не пропал. На урок его привели под руки Трофимов и Спальников. Тарасова объяснила учительнице, что Киселев шатается, потому что тушил пожар. Вытаскивал пожарных из огня. У них была тренировка, а он не понял и спасал их за ноги.
![Колобок идет по следу. Книга 2 u2_14.jpg](https://litlife.club/books/201775/read/images/u2_14.jpg)
Мария Яковлевна не очень верила в спасение пожарных. Несмотря на убедительную деталь в смысле тренировки. Но от Киселева так несло жженым эбонитом, что пришлось согласиться. И Киселева в качестве награды за правдивость пустили проветриться в коридор.
Там его увидел директор и сказал, что дышать свежим воздухом лучше всего во дворе с метелкой.
И народный спаситель пожарных целых сорок пять минут превращал школу в город-сад.
На уроке истории учитель Косолапов объяснял, что в средние века были феодалы князья, их вассалы помещики, и крестьяне, которые на всех работали.
На что быстрый разумом Киселев заявил:
Точно. Как у нас в школе. Директор феодал. Учителя вассалы, а мы крепостные крестьяне.
Учитель Косолапов разбушевался:
Ничего себе крепостные! Барчуки вы! Живут в хороших квартирах.
Им тепло на квартиру доставляют, вместо дров. Воду на квартиру. Для них телевизор изобрели к ним зрелища на дом приходят. Они лошадь не то что запрячь не сумеют, просто не видели ее никогда! А учителя с ними бьются, в их башки знания впихивают. Да раньше ни один сын императора в таких хороших условиях не рос.
И велел крепостному Киселеву к следующему разу составить режим дня среднего крестьянина средней полосы России в средние века. А еще лучше крестьянки. С учетом топки печки, кормления домашних животных. (Причем не попугайчиков, хомячков и морских свинок, а коров, овец, лошадей, птицы.) С учетом приготовления обеда, стирки и других мелких радостей.
К следующему разу выяснилось, что жизнь у крестьян средних веков была значительно тяжелее, чем у Киселева. Развлечений практически не было, если не считать работу в огороде прополку и окучивание. Насчет каникул Киселев явно обходил крестьян. У них были только религиозные каникулы: Ильин день, пасха, рождество, может быть крещенские, и все! А трехмесячных летних и всяких там зимних не было.