Изменить стиль страницы

Он бросил на нее короткий взгляд, стараясь не смотреть на полную грудь, мерно вздымавшуюся под тонкой тканью. Он хотел ее. Очень. Но об этом придется забыть.

В один прекрасный день Сандра попытается похитить Джолли. Маленькая девочка в компании двух взрослых и чужих для нее людей пересекает Европу. При этой мысли на скулах Филиппа заходили желваки.

Крайтон – негодяй. Он не доверяет ему ни на грош.

Сандру надо держать подальше от девочки. Он должен быть уверен, что она не сможет добраться до малышки.

Неожиданная мысль заставила сердце забиться чаще, кровь ударила в виски. У него есть идея. Прекрасная идея. Одним ударом он убьет сразу нескольких зайцев.

Ведь и у него есть оружие.

Секс.

Глава 3

– Здесь очень красиво.

Сандра с восхищением оглядывалась кругом. Вилла и в самом деле была хороша. Деревянный дом. Добротная старинная мебель. Софа так и манит раскинуться на ее подушках. Мягкие кресла. Сандра вздохнула.

– Я приготовлю чай, а потом мы поговорим, ладно? – неожиданно дружелюбно предложил Филипп.

– Отлично. Чай – это замечательно. Я пока позвоню Джеймсу.

Ей самой не понравились извиняющиеся нотки в голосе. Потом она застыла, глядя в спину Филиппу. Очень красивую, надо сказать, спину. Прямую, широкую, мускулистую.

– Где-то были остатки шоколадного торта, если хочешь.

Он все так же великолепно сложен. Как раньше. Раньше…

Она заставила себя отвернуться и подумать о чем-нибудь другом. Например, с том, где она, собственно, находится. Что это за место? Сандра задумчиво присела у небольшого мраморного стола, на котором стояли чайник и чайные чашки, а также несколько заварочных чайничков самых разных форм и расцветок. Она повертела один из них в руках. Китайский.

– Филипп! Это твой дом? Он обернулся к ней с улыбкой, заставившей ее сердце забиться чаще.

– Мой. Только я живу не здесь. В каком это смысле? Она продолжала размышлять об этом, пока он раскладывал найденный торт на тарелочки, разливал чай по чашкам. Так по-домашнему…

Филипп сел напротив нее. Сандра бросила взгляд на его мускулистые смуглые руки, спокойно лежавшие на скатерти, и против своей воли неожиданно ярко представила, как он обнимает ее. Как раньше. Она вспомнила их встречу и пожатие его сильной руки. Голос предательски задрожал, когда она задала абсолютно идиотский вопрос:

– Надеюсь, это не тайное прибежище для твоей любовницы?

– Моей… кого?

Глупо, но она почему-то была уверена, что он не прочь именно ее сделать этой самой любовницей. Когда-то им было хорошо вдвоем… Тело заныло от воспоминаний, и голубые глаза подернулись дымкой. Он тоже это помнит, в панике подумала она, встретившись с ним взглядом. Сандра торопливо выпалила:

– Филипп, я не знаю, зачем ты меня сюда привез, но если затем, чтобы… чтобы…

– Чтобы что? Почему бы не рискнуть?

– Рискнуть? Ты о чем?

– Я о торте. – Его безмятежная улыбка была воплощением невинности. – Я имел в виду только торт, а ты?

Она смешалась. Вряд ли она ошибалась. Желание в мужском взгляде она еще способна распознать. Особенно в его взгляде. К тому же Филипп всегда был уверен, что стоит ему поманить пальцем практически любую женщину, как она тут же примчится выполнять его требования. Наверняка он учел и то, что несколько лет она была лишена общества мужчин, а значит, по его мнению, изголодалась по мужскому вниманию. Ну и наконец, он и прежде использовал ее исключительно для получения сексуальной: удовлетворения, горько подумала она – Я не голодна.

– А я очень голоден.

Она с подозрением покосилась на него. Внешне он был полностью поглощен тортом, но в его словах явно крылся иной смысл. Вот потому-то она и здесь. Филипп решил поразвлечься немного.

А она-то предположила, что он хотел помочь ей устроиться по приезде, поэтому и был так внимателен к ней. Что ж, еще одно разочарование.

– Ладно, ты пока ешь, – устало сказала она. – А я позвоню Джеймсу. Где телефон?

– Погоди. Зачем упускать шанс? Тебе ведь надо где-то остановиться?

Тон был теплым и располагающим, а она устала до чертиков, ноги просто отказывались служить ей, и она вновь уселась в кресло. В конце концов, его игры она знает, и они для нее не опасны.

– Разумеется, надо, но я предпочту номер с клопами и крысами, нежели твое любовное гнездышко.

– Никогда в жизни этот дом не был любовным гнездышком. Это просто один из четырех домов моей усадьбы. Дом для гостей, если угодно.

Она не поверила. Слишком дорогой чайный сервиз. Слишком шикарные шторы на окнах. На этой кухне хочется прожить остаток жизни. В нишах терракотовые фигурки. Тщательно подобранная мебель в комнатах. Изысканные ковры. Для гостей, как же!

– Ну и где гости?

– Дом только что достроили, еще даже не отделали до конца.

– Ну да, а чай и остатки торта принесли для полноты картины.

– Дизайнер тут прожил несколько дней.

– Ага. Блондинка, длинные ноги, красавица.

– В яблочко. А почему тебя это так беспокоит, Сандра?

– Пусть это беспокоит твою жену. Она была зла на себя и на него. Бабник! Ловелас с неотразимой внешностью. Каким был, таким и остался. И ее дочь в его руках!

– Мою бывшую жену, – мягко поправил он.

– О, я не знала.

Сандра пыталась разглядеть его истинные чувства, но лицо Филиппа было непроницаемым. Сама она слишком хорошо помнила свой собственный брак и те сложности, которые то и дело возникали вокруг него.

– Извини, Филипп, я…

– Я не хочу об этом говорить. Неожиданно ей захотелось его утешить. Он казался… беззащитным. Это он-то? Нет, этому чувству нельзя поддаваться. Филипп опасен. И вдвойне опасен оттого, что неотразимо обаятелен.

– Я не могу бросить Джеймса на произвол судьбы. Он так много для меня делает…

– Не так уж и много.

– Мне надо позвонить ему и сказать, где я нахожусь.

– Послушай, это просто смешно. До города двадцать минут, но тебе здесь будет гораздо удобнее. Это мое поместье. Видишь оливковую рощу? С другой ее стороны стоит мой дом.

Сердце Сандры забилось быстрее. Что бы это значило? Если он позволяет и даже настаивает, чтобы она находилась так близко от его дома, не значит ли это, что он позволит ей увидеться с Джолли? Или это очередная злая шутка, нечто из разряда «видит око, да зуб неймет»? Она с подозрением взглянула на него.

– Звучит заманчиво, но почему ты меня сюда все-таки привез? Принимая во внимание твое отношение ко мне… Скажи правду, Филипп.

– Это просто. Я решил, что мне не следует терять тебя из виду. Лучше уж ты будешь на острове и под моим присмотром, чем где-нибудь еще… строить разные… планы.

– Ты собираешься шпионить за мной?!

– Но ведь ты же не собираешься делать ничего плохого, не так ли? Зачем мне за тобой шпионить? Ты приехала, чтобы повидаться с дочерью. Так чего же лучше? Почему бы тебе не поселиться в этом уютном гнездышке? И за жилье не нужно платить, и будешь совсем недалеко от дочери. Так как, принимаешь мое предложение?

– Это зависит от того, кто здесь еще будет находиться.

– Никто, кроме тех, кого ты сама захочешь пригласить.

Его пальцы почти коснулись ее руки, и каждый нерв в ее теле запел от напряжения. Глупое тело! Оно мечтало, чтобы эти пальцы касались ее кожи! Кроме того, Джолли… Она совсем рядом. Вечера они смогут проводить вместе, ходить в соседнюю деревню за мороженым…

– Это очень соблазнительно, но мне надо подумать… – Как она может ему доверять после всего, что было?

– Ты пока подумай, а я приготовлю еще чая.

– Знаешь, я уже подумала. Я не желаю, чтобы за мной шпионили. Я и так слишком долго находилась под надзором, – горько усмехнулась Сандра.

Филипп отставил в сторону бело-голубой чайник и испытующе взглянул на нее.

– Сандра, послушай. Ты устала. Плохо себя чувствуешь. Неужели тебе охота таскаться по жаре и разыскивать жалкие меблированные комнатушки, которые снял для тебя Крайтон?