Ирен заметно смутилась:
- Переучили, но я все равно люблю писать левой, когда меня никто не видит. Об этом секрете знает Ариан и... сейчас уже и вы. Только прошу вас, не говорите об этом никому, ведь...
- Вас могут подвергнуть анафеме, - закончил за нее я. - Ирен, вы меня с каждым разом все удивляете: то древнюю реликвию случайно разбили, то сговорились с призрачной сущностью за моей спиной, то вот еще и оказались левшой... Еще немного и я начну думать, что вы служите Настерревилю. И кто еще из нас окажется "злым колдуном"? Точнее, Темной Властительницей?
- Ну зачем вы шутите! - возмутилась она, обиженно надув губки. - Я же извинилась за то недоразумение!
- А я шутил? - притворно удивился я и, наклонившись к девушке, прошептал. - Хотите открою вам один секрет? Я тоже левша.
Ирен так пораженно на меня посмотрела, как будто я только что признался о том, как гонял чаи с Настерревилем.
- О да, - как можно коварнее улыбнулся я. - Теперь мы можем собрать армию и завоевать мир, ради нашего господина. Вы со мной, моя верная сообщница?
- Вы опять изволили шутить!
- Отнюдь, - я сел на свой диван. Издеваться над ней так забавно, что я не смог удержаться. - Я вам предлагал господство над миром, но увы - вы меня отвергли. А жаль.
Ирен возмущенно посверлила меня взглядом, надеясь, что мой язык отсохнет, а я провалюсь вместе с диваном к своему лучшему другу - Владыке Преисподней. О да, мы столь близки, что он задолжал мне свои грязные подштанники, которые, по легенде, подарила ему сама Элисень еще тогда, когда они жили в любви и согласии. Интересно, а тот демон, что так опрометчиво проиграл мне желание, по которому он должен достать эту деталь туалета Настерревиля, собирается выполнять свои обязательства? И есть ли в Преисподней суды, что рассматривает иски обманутых людей, которые заключили договора с демонами? А то я бы подал свое прошение и вдоволь насладился процессом со своего места потерпевшего.
- Помните, мы говорили о проклятьях? - отвлекла меня от представления судебного процесса принцесса. Я как раз дошел до того момента, как Настерревиль душил этими подштанниками своего раба - демона Расха, - за непрофессионализм и трусость.
Я обреченно закатил глаза:
- Вы опять решили поговорить об этой чепухе? - О, Великая, почему она придумывает проблемы на пустом месте? - Если так - лучше молчите... Хотя нет, расскажите о том, что наплел вам этот интриган с цепями?
- Почему сразу наплел?! - возмутилась принцесса. Какая святая наивность - она до сих пор верит в сказки. - Джек хороший и добропорядочный призрак.
- А нежить бывает добропорядочной и хорошей? - я усмехнулся. - Милая, это бывает только в детских сказках, что основаны на страшных деревенских преданиях о могущественных духах, которые пользуясь доверием таких же простофиль как вы, вовсю развлекались. Несчастные бродили в навеянных иллюзиях, пока нежить присасываясь к их энергетике, выпивала жизненную силу, а после возвращались к людям измученными, полусумасшедшими и седыми. - я внезапно вспомнил, как еще мальчишкой увидел в палате седых истощенных мужчин, отрешенно смотрящих на стену. Мне ярко запомнились их страшные безумные глаза, в которых застыл настоящий ужас. - Вы не знаете об этом, а мне довелось понаблюдать за такими случаями в Парнаско. Это были не люди, а живые мертвецы, которые даже ходили под себя и вместо слов произносили какие-то нечленораздельные звуки. Нда... а ведь раньше это были сильные и ловкие охотники за нечестью, которые наивно предположили, что смогут вчетвером справиться с древним духом. Кстати, если вам интересно, прожили они не долго... А вам родители никогда не говорили, что слушать, а тем более, верить нежити нельзя?
- Нет, - Ирен отрицательно замотала головой, с интересом прислушиваясь ко мне. - А... а почему?
Я обреченно закатил глаза - Великая, и для кого я все рассказывал? Неужели ей нужны подробности?
- Ирен, призракам чужда мораль, этика, принципы - эти ограничения характерны лишь для живых существ. Для потусторонних сущностей они ненужный костыль от которого любой дух, даже если при жизни он был чуть ли не святым, избавляется в течении первой сотни лет. А вот дальше призрак, смирившись со своей сущностью и по достоинству оценив все прелести такого существования, начинает набирать могущество. Если, например, у магов сила зависит от генов, таланта и упорства, то у нежити все упирается в количество выпитой жизненной силы. Отсюда можно даже вывести аксиому: чем древнее дух, тем меньше в нем человеческого и сложнее его изгнать. Джеку лет триста, может четыреста, он для меня не опасен - нежити вообще труднее затуманить разум магу, - да и для вас не представляет угрозы, ибо знает, что изгнать его я могу в любой момент, если он тронет вас хоть пальцем. Вот только пить жизненную энергию это одно, а затуманить разум совершенно другое... Когда вы общались в Джеком, то чувствовали, как хотелось верить каждому его слову? Он играл на ваших привязанностях, испытывал веру?
Ирен вновь отрицательно замотала головой, но я видел, как она колебалась с ответом. Все же тот пытался ей манипулировать, что не удивительно. Доиграется же, зараза, изгоню и не посмотрю на его послужной список!
- Он говорил о проклятии, - тихо произнесла принцесса, присев ко мне на диван, видно ей не хотелось рассказывать о "секретах" со своего места. - Что вам грозит опасность из-за давнего проклятия и вы можете... умереть.
- Неужели? - усмехнулся я. Ах, Джек, Джек... и чего тебе не сиделось в подземелье? Цепями бренчать устал? Ну ничего, я их у тебя отберу и будешь аки шелковый летать по моей указке. Думаешь, я не знаю, что именно в них заключена твоя "привязка и сила"?
- Ник, - она неожиданно схватила меня за руку и посмотрела прямо в мои глаза, - я волнуюсь. Прошу, поверьте мне и примите меры!
- Не волнуйтесь, - я сжал ее холодные пальцы, решив наконец-то разобраться с одним интриганом. - Я их приму. Джек у меня еще попляшет, а то видать хозяином себя возомнил, нежить поганая.
- Нет, я не в этом смысле! Прислушайтесь же ко мне!
Я мягко улыбнулся разволновавшейся девушке, что искренне за меня беспокоилась. Она в этот момент была такой милой, что захотелось ее приласкать и успокоить. Мне, почему-то, в этот момент вспомнилась Петра - она тоже постоянно обо мне беспокоилась: также хмурила брови, с надеждой смотрела в мои глаза, сжимала руки, пытаясь добиться от своего любимого дядюшки обещание вести себя хорошо и заботиться о своем здоровье. Я до сих пор не могу забыть ее измученное лицо, когда она со слезами на глазах просила беречь себя.
Нда... а мне ведь уже в третий раз за этот год намекают, чтобы озаботился состоянием своего здоровья - неужели я так плохо выгляжу?
- Не волнуйтесь, - ласково проговорил я, приобняв ее за плечи. Обычно такой тон голоса успокаивал разбушевавшихся пациентов, а учтивая и мягкая улыбка, в купе с умиротворенной аурой целителя, дарила покой разволновавшимся родственникам больного. - Я ценю вашу заботу обо мне, но, право, не стоит. Магистра трудно убить, особенно, если тот целитель. Вы ведь в меня верите?
Она кивнула и порывисто меня обняла, уткнувшись покрасневшим носом мне в грудь. Я машинально пригладил ее золотистые кудри, не зная, как реагировать на такое развитие событий. Не отпихивать же ее, проговорив при этом какое-нибудь извинение?
- Ирен... - глубоко вздохнул я, нутром чуя проблемы. Такое поведение незамужней девушки королевских кровей наталкивало на одну интересную мысль, от которой у меня внутри все холодело. Только не говорите мне, что я ей интересен как мужчина. - Я вам нравлюсь?
Девушка резко от меня отпрянула, до корней волос залившись румянцем.
- Прелестно, - пробормотал я, костеря себя на все лады. Надо было держаться с ней отстраненно, а не ходить и улыбаться! Молодец, Никериал, а теперь расхлебывай эту кашу поскорее, пока об этом не разузнал Его Величество. Он, думаю, обрадуется, когда узнает, что один "злой колдун" соблазнил его единственную дочь. Я даже догадываюсь о примерных словах торжественной речи перед походом армии на замок "злодея", мол, наглый колдунишка решил захватить трон, соблазнив невинное дитя. Великая, где я провинился? Ведь только жизнь стала налаживаться!