Командование ГА «Центр» использовало для отражения наступления 3-й гв. ТА почти всю авиацию, которая действовала на Орловском направлении, – в частности, по советским данным, до 800 самолето-налетов немецких бомбардировщиков было совершено только в полосе 12-го тк, а всего 19 июля в этот день 6-й ВФ обеспечил 1452 самолето-вылета – на 322 больше, чем в предыдущий день [250] . Кроме этого, с 19 по 23 июля германская истребительная авиация выполнила большой объем работы по борьбе с вражескими истребителями за господство в воздухе на наиболее важных участках поля боя. В результате 19 июля потери 15-й ВА составили 1 бомбардировщик, 10–12 штурмовиков и 22 истребителя, а немецкие потери – 7 самолетов, из которых 1 истребитель; к исходу 23 июля в составе 234-й истребительной авиадивизии полковника Евстафия Татанашвили, занятой для прикрытия боевых порядков 3-й гв. ТА, оставалось всего 37 боеготовых самолетов [251] (дивизия была переброшена с ЦФ в состав 15-й ВА к 14 июля 1943 года. – П. Б. ).
Генерал Рендулич свидетельствует [252] , что 19 июля русские перешли в наступление по всему фронту – от правого фланга 262-й дивизии до Оки, вновь нанося главный удар в полосе 36-й пд и явно бросив в бой все свои наличные силы. Противник наступал при поддержке большого количества танков, 200 из которых были подбиты или уничтожены в тот же день, в основном в полосе 36-й пд. Однако на нескольких участках русским удалось совершить значительные прорывы. Семь дивизий 35-го ак, растянутые на широком фронте, не имели сколько-нибудь значительных резервов, были измотаны боями до предела и ощущали острую нехватку пехоты. Поэтому, чтобы отразить новые атаки противника и предотвратить его прорыв на Орел, требовалось принять срочные меры. Командование корпуса решило отвести соединения на несколько километров к западу (в действительности в среднем на 20 км. – П. Б. ), на новые позиции, защищенные естественными препятствиями. В соответствии с планом отхода, который уже был продуман заранее, части 56-й пехотной, 2-й и 8-й танковых дивизий во второй половине дня 19 июля получили приказ в ближайшую ночь отойти на западный берег Оки. Оборону позиций на восточном берегу реки до подхода подкреплений должна была взять на себя 8-я тд, а новые части и соединения предполагалось использовать для занятия оборонительного рубежа на реке Оптуха. Соответственно, генерал Эрпо Боденхаузен, командир перебрасываемой из-под Болхова 12-й тд [253] , передовой отряд которой уже находился в Орле, получил задачу организовать оборону на Оптухе. К югу от участка 12-й тд занимала позиции 36-я пд, а 262-я дивизия примыкала к 36-й дивизии справа.Таким образом, решение советского командования на ввод в бой 3-й гв. ТА значительно ускорило прорыв промежуточной оборонительной полосы 35-го ак 2-й ТА противника. К исходу 19 июля войска 3-й А БрФ, используя успехи танковых частей 3-й гв. ТА, вышли на рубеж Горбунцово – Сычи – Подмаслово и завязали бой за опорные пункты Доброводы, Протасово. Клин, вбитый в расположение немецких войск, создавал угрозу фланговых ударов по частям и соединениям противника, оборонявшимся против войск 63-й А генерала Колпакчи, однако командование БрФ вначале решило направить 3-ю гв. ТА в обход Мценска.
В полосе ЦФ германские войска к исходу 18 июля отошли на рубеж, с которого они 5 июля начинали операцию «Цитадель»: Красная Слободка – Кривцово – Архангельское – Верхнее Тагино – Тросна (Троена), заняв его силами восьми пехотных дивизий (с запада на восток – 258, 7, 31, 6, 292, 86, 78-я штурмовая, 216-я) и трех отдельных егерских батальонов группы Мантойфеля, объединенных под управлением 46-го и 47-го танковых и 23-го армейского корпусов. 18 июля на этом участке еще находились некоторые части 4-й танковой и 10-й моторизованной дивизий, однако главные силы указанных соединений уже перебрасывались на Хотынецкое направление в распоряжение командования оперативной группы «Гарпе» и 2-й ТА, так что пехоту 9-й А теперь поддерживали только отдельные подразделения штурмовых орудий, а также подбитые танки, оставленные в качестве бронированных огневых точек.
По информации штаба ГА «Центр» [254] , после планового отвода дивизий 9-й А на вторую линию обороны первую половину дня 18 июля противник использовал для подготовки пехоты и крупных танковых сил. Противник предпринимал атаки на широком фронте, но его основные усилия были направлены на участок 46-го тк, в стык между правым флангом 6-й и левым флангом 86-й пехотных дивизий, и, прежде всего, на позиции 10-й панцер-гренадерской дивизии. После того как в первой половине дня была отражена массированная атака противника перед 86-й пд, после обеда он более не наступал. По поступившим до сих пор донесениям, уничтожено 130 танков противника. С 18.00 штабу 47-го тк были подчинены 46-й и 41-й танковые и 23-й армейский корпуса. Таким образом, создана оперативная группа «Орел – Юг» ( нем. Orel-Süd, командный пункт оперативной группы в роще в 2 км южнее Никольского), при этом 46-му тк подчинены 6-я пд и группа «Мантойфель», а 23-му ак – 292-я и 86-я пехотные дивизии, из которых 292-я дивизия приняла участок 10-й панцер-гренадерской дивизии.
Помимо изъятия всех танковых и моторизованных соединений, войска 9-й А были временно оставлены командованием практически без поддержки своих ВВС – по данным советского командования [255] , 18 и 19 июля авиация противника вела разведку с попутным бомбометанием одиночными самолетами, парами и группами до 20 машин, совершив за каждые сутки всего по 117 самолето-пролетов, тогда как 16-я ВА ЦФ произвела 535 и 1189 самолето-вылетов соответственно.
Учитывая медленный темп продвижения (12–14 км за четыре дня операции), а также выгодное положение, создавшееся на Болховском и Хотынецком направлениях, предоставлявшее возможность полностью окружить противника в районе Орла, командующий ЦФ генерал Рокоссовский отдал войскам приказ 19 июля продолжить наступление с рубежа Похвальное – Тагино, прорвать оборону неприятеля и в дальнейшем продвигаться вдоль реки Ока. Согласно донесению Рокоссовского Верховному главнокомандующему [256] , в 7 часов утра 19 июля после короткого артиллерийского налета 13-я и 70-я армии ЦФ перешли в наступление в общем направлении на Кромы, продвинулись вдоль Курско-Орловского шоссе до 6 км и заняли ряд вражеских укрепленных опорных пунктов, в том числе населенный пункт Тросна. Противник, оказывая сильное огневое сопротивление, с боями отходил на Курско-Кромском направлении, а во второй половине дня предпринял ряд контратак силами до полка пехоты при поддержке до 35 единиц бронетехники. Встретив сильное огневое сопротивление и не достигнув решительного успеха, наступающие части 28-го и 19-го стрелковых корпусов 70-й А и левого фланга 13-й А к исходу дня продолжали вести бой на южных окраинах Воронца и Верхнего Тагина. 48-я, 65-я и 60-я армии обороняли прежние рубежи, вели разведку и огневыми средствами уничтожали противника.Как отмечает Георг Гребен [257] , 18 июля на участке 9-й А подтвердилось подозрение, что в районе Орловского выступа русские применяли согласованные действия против обеих немецких армий и что генерал Модель ведет одно большое сражение по фронту, длина которого составляла почти 400 км. Поскольку до этого советским войскам, наступавшим с Курского выступа, не удавалось фронтальными атаками прорвать оборону 9-й А, они быстро перегруппировали свои силы и передислоцировали их в район западнее дороги Тросна – Фатеж и изгиба реки Чернь, чтобы нанести удар по растянутому южному флангу этой армии. Подразделения немецкой разведки обнаружили этот маневр, и в тот же день, 18 июля, для предотвращения угрозы удалось выделить две пехотные дивизии (по-видимому, 7-ю и 258-ю пехотные дивизии из состава 46-го тк 9-й А под командованием генералов Фрица Раппарда (Fritz-Georg Rappard) и Ганса Хокера. – П. Б. ) и некоторое количество частей армейского подчинения. Поэтому, когда 19 июля три советские стрелковые дивизии перешли в наступление при поддержке 60 танков по обе стороны дороги Тросна – Фатеж, они встретили не только подготовленную, но и усиленную оборону. Соответственно, наступление не привело ни к чему, кроме локальных тактических прорывов (здесь следует заметить, что за время с 5 по 19 июля общие потери 7-й пд генерала Раппарда уже составили около 2300 человек [258] . – П. Б. ). Однако одновременно с этим русские танки прорвались в полосе 2-й ТА, которая вновь отвела свои войска, что, в свою очередь, вынудило 9-ю А также отойти на другие позиции. Все передвижения пришлось осуществлять при самых неблагоприятных погодных условиях и ужасном состоянии дорог, а когда проходил этот маневр, атака советских танков в направлении Змиевки рассекла позиции на стыке двух армий. Генерал Модель использовал последние резервы, которым только к 24 июля удалось частично закрыть эту брешь (на северном фланге 383-й пд в районе Змиевки усиленная полковая группа 86-й пд с 17.00 24 июля перешла в наступление из района Цуканы через высоту 239,1 и установила тактическую связь с 299-й пд в районе Кулики, подбив 8 вражеских танков, после чего группа была временно подчинена 383-й пд [259] ).