Пастух всё время наблюдал за безмолвным разговором молодых людей. Он понял, что они полюбили друг друга, и убедился, что Жиренше так же умён, как и его дочка. Поэтому, когда Жиренше решился просить у него Карашаш себе в жёны, он с радостью согласился на их женитьбу.
Через три дня привёз Жиренше молодую жену в родной аул.
Слава о прекрасной и мудрой Карашаш быстро облетела всю степь и наконец достигла дворца хана.
Слушая хитрые речи своих визирей о том, что нет на свете женщины красивее и умнее Карашаш, хан загорелся завистью к бедняку Жиренше и решил отнять у него жену.
Однажды прискакал к Жиренше ханский гонец и именем хана приказал ему немедленно явиться с женой ко дворцу.
Делать было нечего, отправились они в путь.
Как только хан взглянул на Карашаш, он тут же решил во что бы то ни стало сделать её своей женой и повелел Жиренше остаться у него в услужении.
Днём Жиренше служил в ослепительном ханском дворце, а вечером, усталый, возвращался в свою хижину к Карашаш.
И тут, наслаждаясь свободой, он склонялся головой на колени любимой жены, говоря:
— Какое счастье сидеть в своей лачуге! Она просторнее ханских палат.
А ноги его в это время торчали за порогом.
Шло время, а хан не переставал думать о том, как бы погубить Жиренше и овладеть Карашаш. Много раз давал он Жиренше опасные и мудрёные поручения, но тот всегда быстро и ловко исполнял их, и не было повода его казнить.
Случилось так, что хан проезжал со своей свитой по степи. День был ветреный. По степи катилось перекати-поле. Хан сказал Жиренше:
— Догони перекати-поле и разузнай у него, куда и откуда оно катится. Смотри, не добьёшься от него ответа, не сносить тебе головы.
Жиренше погнался за перекати-поле, настиг его, пронзил копьём и, постояв некоторое время, вернулся назад.
Хан спросил:
— Ну, что сказало перекати-поле?
Жиренше ответил:
— Великий хан, перекати-поле шлёт тебе поклон, а сказало оно мне вот что: «Куда и откуда я качусь — ведомо ветру, где остановлюсь — ведомо оврагу. Это понятно само собой. То ли ты дурак, что задаёшь мне такие вопросы, то ли тот дурак, кто прислал тебя расспрашивать меня об этом».
Хан вспыхнул от гнева, но сдержался и ничего не сказал, лишь глубже затаил злобу против Жиренше.
Другой раз хан приказал Жиренше под страхом смерти явиться к нему так, чтобы это было ни днём, ни ночью, ни пешком, ни на коне, чтобы не остался он на улице и не вошёл во дворец.
Опечалился сначала Жиренше, но потом посоветовался с Карашаш, и они вместе нашли выход из затруднения.
Жиренше явился к хану на утренней заре, сидя верхом на козле, и остановился под самой перекладиной ворот.
Опять не удалась ханская хитрость. Тогда он придумал новую.
Когда наступила осень, он потребовал к себе Жиренше и, вручив ему сорок баранов, сказал:
— Я даю тебе этих баранов, и ты должен ходить за ними всю зиму. Но знай: если к весне они не принесут ягнят, как овцы, я прикажу отрубить тебе голову.
Жиренше побрёл домой в глубокой печали, гоня перед собой баранов.
— Что с тобой, муж мой? — спросила его Карашаш. — Отчего ты так печален?
Жиренше рассказал ей о сумасбродном приказании хана.
— Возлюбленный, — воскликнула Карашаш, — стоит ли горевать по пустякам! Зарежь к зиме всех баранов, а по весне, увидишь сам, всё обойдётся как нельзя лучше.
И Жиренше сделал так, как сказала Карашаш.
Наступила весна.
И вот однажды постучался у дверей хижины Жиренше ханский гонец и объявил, что следом за ним скачет сам хан: хочет он узнать, оягнились ли его бараны.
Понурил голову Жиренше, чувствуя, что уж теперь не избегнуть ему смерти.
А Карашаш говорит:
— Не горюй, дорогой. Иди спрячься в степи и не показывайся до вечера. Я сама приму хана.
![Чудесный сад _7.jpg](https://litlife.club/books/199824/read/images/_7.jpg)
Жиренше ушёл в степь, а Карашаш осталась в хижине. Вскоре слышит она конский топот и грозный голос:
— Эй, кто там! Откликайтесь!
Карашаш по голосу сразу узнала хана. Она вышла из хижины и низко поклонилась ему.
— Где же твой муж? Почему он не встречает меня? — сердито спросил хан.
И Карашаш ответила ему почтительно:
— О, могущественный хан, смилуйся над моим несчастным мужем: он отлучился из дому, чтобы угодить тебе. Как услышал он, что ты едешь навестить нас, так вошла к нему в сердце скорбь, потому что бедны мы и ничего нет у нас в запасе для угощенья знатных гостей. Тогда мой муж поспешил в степь, чтобы подоить свою ручную перепёлку и из её молока приготовить для тебя кумыс. Войди в нашу лачужку, великий хан, муж скоро вернётся и угостит тебя на славу.
Хан рассвирепел.
— Ты лжешь, негодная женщина! — закричал он. — Где это видано, чтобы доились перепёлки!
— Чем ты поражён, ясноокий хан? — как ни в чём не бывало сказала Карашаш. — Разве тебе не известно, что в стране, которой управляет мудрый, случаются и не такие чудеса? Не твои ли сорок баранов собираются оягниться со дня на день?
Хан понял, что простая женщина смеётся над ним. Не зная, куда деваться от стыда, он круто повернул коня, огрел его плетью и скрылся вдали.
С той поры он оставил Жиренше и Карашаш в покое, и они счастливо прожили вместе до глубокой старости.
Конь хана Жанибека
Был у хана Жанибека чистокровный жеребец. Не конь — буря. Хан гордился и дорожил им больше всего на свете. И вдруг скакун захворал. Хан был вне себя от горя. Он отказался от обычных дел и забав, не спал, не ел и не пил. До всех дошла его страшная угроза:
— Если кто-нибудь отважится сказать, что любимый мой конь умер, я забью ему в глотку кол!
Ужас обуял придворных. Ханские слуги двигались не дыша. Конюхи не отходили от коня ни на минуту. А конь пал на ноги и вскоре издох. На что было надеяться? Все ждали смерти. Мужья прощались с жёнами, родители с детьми.
Тогда к хану вошёл премудрый Жиренше-Шешен. Хан уставился на него исступленным взором.
— Ты хочешь говорить со мной о коне?
— Да, великий хан.
— Что же случилось с конём? Отвечай!
— Господин мой! Будь спокоен. С конём ничего не случилось. Он всё такой же, что и прежде, только не берёт корма, не открывает глаз, не двигает ногами и не шевелит хвостом.
— Так значит, мой конь мёртв! — вскричал хан.
— Воистину так, повелитель! Но заметь, что запретное слово, за которое ты грозил жестокой карой, произнесли твои, а не мои уста. Не думаю, чтобы ты пожелал предать смерти самого себя.
Так мудрый Жиренше находчивой речью отвёл гнев хана от себя и от других людей.
Кузнец и его верная жена
Давным-давно это было. Жил в одном городе искусный кузнец. Руки его могли сотворить всё, что в состоянии придумать человеческий разум, — не могли только добыть вдоволь хлеба для мастера и его жены. Беден был народ в том городе, а кузнец, нигде не находя работы, бедствовал больше всех. Никогда он не предавался унынию, всегда шутил с товарищами и пел песни, но сердце его от забот почернело, как уголь. Сам-то он готов был сносить любые невзгоды, да горько ему было смотреть, как бьётся в нужде молодая жена — такая красавица, какие рождаются раз в сто лет. Вот и запало кузнецу в голову отправиться на заработки в столицу хана, где богатым людям, быть может, понадобятся изделия его рук.
Прощаясь с женой, он сказал:
— Жизнь моя! Ухожу в чужой край на три года. Будешь ли ты помнить меня до встречи? Будешь ли верна мне в разлуке?
Наклонилась красавица к земле, сорвала голубой цветок и подала его мужу с такими словами:
— Возлюбленный мой! Возьми этот цветочек и храни его так, как я стану хранить свою супружескую честь. Где бы ты ни был, сколько бы ни странствовал, знай: пока не увянет цветок, не увянет моя любовь к тебе…
Придя в столицу, кузнец зашёл в чайхану, чтобы выпить с дороги чашку чая. Здесь среди множества посетителей увидел он трёх хорошо одетых мужчин, которые сидели в молчании, не притрагиваясь ни к еде, ни к питью, точно их тяготило какое-то горе. Заметив вошедшего незнакомца, люди эти стали разглядывать его так пристально, что кузнецу сделалось не по себе.