![Тоомас Линнупоэг img06.jpg](https://litlife.club/books/196912/read/images/img06.jpg)
Этого Тоомасу Линнупоэгу не следовало говорить. Такая критика разозлила девочек, и на Тоомаса Линнупоэга посыпался град обвинений. Да такой частый, что Тоомасу Линнупоэгу уже и защищаться было невозможно.
— На уроке истории ты выносил за двери тренировочные брюки!
— На переменке мел за окно выкинул!
— Спорил с учительницей английского языка!
— На уроке пения тебя выставили за дверь!
— На прошлой неделе забыл дома тетрадь по физике!
Открыла было рот и Майя, желая что-то добавить, но промолчала. Наверное, почувствовала, что в проступках Тоомаса Линнупоэга и она косвенно виновата. Зато не молчала Катрин Эхалилл.
— Тебе пришлось несколько раз напоминать о комсомольском поручении, и если бы не Майя, ты бы его до сих пор не выполнил.
Возможно, Тоомасу Линнупоэгу и удалось бы умело отбить атаку девочек, если бы Тойво Кяреда и лучший друг Тоомаса Линнупоэга Пеэтер Мяги не строили за спиной Катрин Эхалилл страшные рожи и не демонстрировали с помощью жестов, как его повесят. Это, разумеется, мешало Тоомасу Линнупоэгу собраться с мыслями.
Но зато собралась с духом Вайке Коткас. Когда она увидела, что девочки набросились на Тоомаса Линнупоэга и никто не собирается ставить на повестку дня вопрос об ее сочинении, то вновь из крохотной мышки-полевки превратилась в могучего орла и заговорила учительским тоном:
— Все это заставляет нас спросить у тебя, Тоомас Линнупоэг, что с тобой происходит? Ведь когда-то ты был очень неплохим учеником. Мы хотим знать, чем ты сейчас занят и почему ты перестал как следует заниматься?
— Я занимаюсь как следует, — возразил Тоомас Линнупоэг. — Я получил сегодня пятерку. По физкультуре.
— Покажи дневник! — энергично потребовали девочки. Тоомас Линнупоэг вытащил дневник, но никакой пятерки там, разумеется, не было. Да ее и не могло там быть, ведь преподаватели физкультуры никогда не ставят отметок в дневники учащихся, а записывают их в свои блокноты.
— Я получил пятерку, честное слово, — сказал Тоомас Линнупоэг, широко разводя руками. — Тоомас Линнупоэг никогда не врет. Я могу заверить пятерку своей подписью.
И, не ожидая ответа девочек, вконец разошедшийся Тоомас Линнупоэг вытащил из нагрудного кармана пиджака шариковую ручку и прямо под замечанием учительницы русского языка вывел крупными и ясными буквами:
«Я получил сегодня пятерку по физкультуре.
Т. Линнупоэг».
— Ой! — вскрикнула Вайке Коткас. — Теперь он вдобавок ко всему еще и дневник испортил. Послал нам бог сокровище! Вот и воспитывай его! — И Вайке Коткас с такой злостью затрясла головой, что челка у нее на лбу заплясала.
Никто уже не мог ничего добавить, возникла небольшая пауза, во время которой Тоомас Линнупоэг привел свое оружие в боевую готовность и спросил с предательской хитростью:
— Вайке Коткас, разве ты уже забыла, что значит «Per aspera ad astra»? Лично я терний не боюсь, мало того, я создаю их и для вас, иначе как же вы подниметесь к звездам?
Вайке Коткас безнадежно махнула рукой. Затем махнула еще раз и…
…вдруг отчаянно замахала обеими руками.
Вначале Тоомас Линнупоэг подумал, не спятила ли Вайке Коткас, но оказалось, что она отмахивается от осы. Все девочки завизжали и забегали. Вийви поняла, что оса и только оса может спасти Тоомаса Линнупоэга, она вскочила из-за парты и крикнула:
— Тоомас Линнупоэг, ты ведь храбрый, убей осу!
Тоомаса Линнупоэга не надо было просить дважды.
Тем более, что оса кружилась уже возле Майи. Тоомас Линнупоэг и следом за ним все мальчики принялись гоняться за осой, прыгая по партам и столам, так что из всего этого вышла мировая потеха.
Тоомас Линнупоэг накануне вечера отдыха
Вечер отдыха был объявлен на субботу, и перенести его уже не могла никакая сила. В пятницу Катрин Эхалилл подошла к Тоомасу Линнупоэгу и спросила:
— Стало быть, мастер спорта придет?
— Придет, — ответил Тоомас Линнупоэг твердо.
Но Катрин Эхалилл не успокоил ответ Тоомаса Линнупоэга, она подошла еще и к Майе.
— Стало быть, мастер спорта придет?
— Придет, — ответила Майя неуверенно. Неуверенный ответ Майи вполне успокоил Катрин Эхалилл, и она крикнула:
— А теперь всем желающим — украшать зал! Группа добровольцев во главе с Катрин Эхалилл ринулась в зал, потому что украшать помещение — работа веселая.
— Тоомас Линнупоэг, — прошептала Майя и потянула Тоомаса Линнупоэга за пиджак, так что тому пришлось остановиться.
— Ну?! — изумленно выговорил Тоомас Линнупоэг. Майя еще никогда не тянула его за полу пиджака.
— А вдруг мастер спорта обманет?
— Спортсмены никогда не обманывают, а мастера и подавно, — успокоил ее Тоомас Линнупоэг.
Но Майя была само сомнение. На сердце у нее кошки скребли: ну как могла она в тот раз вернуться с полудороги и доверить приглашение спортсменов одному Тоомасу Линнупоэгу! И теперь она недоверчиво выспрашивала у Тоомаса Линнупоэга:
— А ты сказал, когда надо прийти?
— Сказал, — ответил Тоомас Линнупоэг.
— И школу тоже назвал?
— Наверное, назвал.
— Как можешь ты так говорить, Тоомас Линнупоэг! Ведь это наше общее комсомольское поручение. Если что-нибудь случится, виноватыми окажемся мы оба. Понимаешь, оба.
Тоомас Линнупоэг улыбнулся. Он ничего не имел против того, чтобы оказаться виноватым за компанию с Майей. Но Майю такая перспектива совершенно не устраивала, и она предложила предоставить украшение зала другим, а самим удрать, чтобы еще раз наведаться к мастеру спорта. Тоомас Линнупоэг, разумеется, не смог остаться равнодушным к предложению Майи и чуть ли не на крыльях полетел следом за ней.
На улице Майя спросила:
— Ты адрес его помнишь?
— Помню, — ответил Тоомас Линнупоэг, — но это не имеет никакого значения.
— Как это, не имеет значения?
— Очень просто, — пояснил Тоомас Линнупоэг, — мы туда и не пойдем.
— Ты что, шутишь? — спросила Майя угрожающе и остановилась. — Тогда зачем же мы, по-твоему, из школы ушли? Может быть, прогуляться?
— Вот именно, прогуляться, — спокойно подтвердил Тоомас Линнупоэг. — Впрочем, если тебе это выражение не нравится, можно сказать иначе — например, подышать свежим воздухом.
Впервые в жизни Майя пренебрегла правилами поведения и прямо на улице основательно пробрала Тоомаса Линнупоэга.
— Погоди, да погоди же, — попытался остановить ее Тоомас Линнупоэг.
— У тебя вообще нет чувства ответственности, — кричала Майя. — Каждый за что-нибудь отвечает — Катрин Эхалилл, Тойво Кяреда и Агу Райенди отвечают за оформление, Вийви и Вайке — за кофе, Тийя Раяметс и ее подружки — за бутерброды, а ты… ты не хочешь отвечать ни за что и мне тоже не даешь.
— Погоди, да погоди же ты, — повторил Тоомас Линнупоэг, — ты даже не выслушала меня, а орешь, как Вайке Коткас.
Майя не хотела быть «как Вайке Коткас» и замолчала.
Тоомас Линнупоэг спокойно и толково объяснил Майе, что совершенно незачем еще раз идти к мастеру спорта, ибо его сегодня вообще нет дома, у него соревнования. Майя уже почти удовлетворилась таким ответом, как вдруг дух сомнения вновь заговорил в ней.
— А может, ты и впрямь забыл сказать, куда прийти, что тогда будет? — спросила она.
— Если бы я и не сказал, мастер спорта сам спросил бы про это, — не раздумывая, ответил Тоомас Линнупоэг, и между ними на мгновение воцарился мир. Но лишь на мгновение. Майя еще не избавилась от недавней агрессивности и продолжала с прежним пылом:
— Почему же ты сразу не сказал, что идти нет смысла? Ты пошел со мною, чтобы увильнуть от украшения зала? Так ведь?
Тоомас Линнупоэг только молча вздохнул. Он еще не забыл последствий недавнего разговора о женитьбе!
— Ну? — вызывающе спросила Майя. Внезапно щеки ее вспыхнули, и она быстро сказала: — Впрочем, мне это совершенно безразлично, я и знать не хочу, почему ты пошел.