В тот же день своим приказом № 0157 Худяков потребовал от инспектора инженеров армии: «Ввиду предстоящего передвижения наших войск в Бессарабию и далее к границам Румынии, необходимо [: а)] устройство и обеспечение за собой переправ на Днестре (постройка и исправление мостов, постройка тет-де-понов и т. д.); б) исправление старых и устройство новых дорог как в глубину, так и по фронту для беспрепятственного движения и быстрого перебрасывания войск; в) снабжение войск всеми необходимыми средствами для производства инженерных работ. По всем этим вопросам прошу дать в самый кратчайший срок доклад, что сделано и что намереваетесь сделать…»[201] Тогда же аналогичные приказы были отданы начальникам артиллерийского, продовольственного снабжения и санитарной части[202]. Соответственно штаб 5-й стрелковой дивизии 3-й Украинской Советской армии приказал командиру 1-го бронепоезда Одесского железнодорожного узла быть готовым вместе с отрядом в 400–500 человек к наступлению через Бугаз на Аккерман, заняв который следовало войти в связь с советской кавалерией, действующей у Бендер[203].
25 апреля в Киев и Москву были командированы сотрудники штаба 3-й армии за картами Румынии, Бессарабии и бывшего Одесского военного округа[204]. В Одессе и по левому берегу Днестра командование Украинского фронта разместило военные части, созданные из бессарабцев, и интернациональные полки, в которых наряду с солдатами других национальностей было много румын. В районе Дубоссар находился бессарабский запасной батальон и несколько партизанских отрядов (Плосковский, Слободзейский и др.), в районе Тирасполя был дислоцирован бессарабский запасной батальон, в районе Овидиополя — 1-й Бессарабский полк. Все эти части входили в состав 3-й Украинской Советской армии. 2 мая на их основе началось формирование 1-й Бессарабской стрелковой дивизии[205].
Намерения правительства УССР прекрасно видны из разговора по прямому проводу его председателя Раковского с неназванным собеседником 28 апреля 1919 г.: «Как политическую демонстрацию, которая сопровождала бы наше наступление на Буковину и Бессарабию, можно отправить ноту Румынии и ее гарантам-союзникам. Центральным пунктом в этой ноте может стать русско-румынский договор от 5 марта прошлого года. Он составляет для нас удобную прямую основу для военных действий против румын, объектом которых мы поставим Бессарабию, а фактически — низвержение румынской буржуазии и объединение по ее трупам с Венгрией. Эта политическая демонстрация поднимет настроение в Венгрии. Операцию против румын мы подготовляем, используя явным образом интернациональные и бессарабские элементы так, чтобы она не была в ущерб выполнению директив Владимира Ильича. Я лично считаю, что наши операции в Буковине и Бессарабии мы будем проводить под местной фирмой, не афишируя себя. Для Бессарабии в Одессе уже подготовлено бессарабское правительство, состав которого мы обсудим сегодня и которое состоит из бессарабских товарищей»[206].
28—30 апреля было создано Временное рабоче-крестьянское правительство Бессарабской республики (председатель И.Н. Криворуков), которое 8 мая 1919 г. опубликовало манифест о том, что Бессарабия, являясь Советской Социалистической республикой, входит в состав РСФСР как ее составная часть. «Все законы, приказы, постановления и распоряжения как румынского правительства и его агентов, так и Совета директоров [“Сфатул Цэрий”] и его агентов считаются незаконными и не подлежат исполнению. Все фабрики, заводы, банки, крупные торговые предприятия и каменоломни объявляются собственностью» республики. «Все земли помещиков со всем живым и мертвым инвентарем должны быть отобраны и переданы органам Советской власти… для дальнейшей безвозмездной передачи крестьянам… причем всякая крупновладельческая и кулацкая собственность на землю уничтожается. […] Все договорные обязательства рабочих и крестьян по отношению к помещикам и капиталистам считаются необязательными. Все национальные группы Бессарабии отныне пользуются полной автономией…» Временное правительство заявляло, что после изгнания оккупантов созовет в Бессарабии съезд Советов, которому и передаст власть. Оно призывало трудящихся выступить против оккупантов и стать в ряды советских войск[207].
1 мая 1919 г. правительства РСФСР и УССР передали румынскому правительству ультиматум, в котором напоминалось о том, что согласно договору от 5–9 марта 1918 г. румынская сторона обязалась вывести свои войска из Бессарабии, но не сделала этого. Поэтому советские правительства готовы «положить конец насилиям и вызывающим действиям Румынского Правительства. Не желая проливать братскую кровь румынских рабочих и крестьян, действующих по принуждению, оба Советские Правительства обращаются к Румынскому Правительству с нижеследующими предложениями:
1. Немедленная эвакуация румынских войск, чиновников и агентов из всей Бессарабии и предоставление бессарабским рабочим и крестьянам свободы установить свою собственную власть;
2. Предание народному суду всех виновников преступлений, совершенных над бессарабскими рабочими и крестьянами и над всем населением Бессарабии;
3. Возвращение всего военного имущества, принадлежащего России и Украине, захваченного Румынией;
4. Возвращение жителям Бессарабии всего отнятого и конфискованного у них имущества.
Российское и Украинское Социалистические Советские Правительства ожидают в течение 48 часов, начиная с первого мая в 22 часа, ясного и точного ответа о принятии их предложения; в противном же случае они будут считать себя обладающими в отношении Румынии полной свободой действий»[208].
2 мая правительство УССР направило правительству Румынии ноту, в которой обращало его внимание на то, что «Буковина, перед которой открывались перспективы освобождения от всякого классового и национального гнета, стала добычей жадной румынской военной и гражданской олигархии». УССР выражала протест и предлагала «Румынии заявить в течение 48 часов о своем согласии немедленно эвакуировать своими войсками Буковину. Указанный срок истекает 4 мая в 2 часа»[209]. 4 мая на заседании ЦИК УССР было решено прийти на помощь Советской Венгрии[210].
Реввоенсовет 3-й Украинской Советской армии обратился к населению Бессарабии с призывом к борьбе против румынских оккупантов, в котором, в частности, говорилось: «Знамя социальной революции охватило весь мир, начиная с Венгрии и кончая Францией. Революционные рабочие и крестьяне Украины, освободившиеся от ига своих угнетателей и восстановившие власть народа — Советы рабочих и крестьянских депутатов, решили придти на помощь своей измученной сестре — Бессарабии. Нами начато наступление на Бессарабию — вам на помощь. Тирасполь в наших руках. На остриях своих штыков мы несем знамя победы, знамя борьбы за лучшее будущее, борьбы за землю, за право трудящихся. Старый мир уступает место сильному, бедному классу крестьян и рабочих. Троны палачей-королей пошатнулись, и близок час, когда в черном Кишиневе, Яссах и Бухаресте взовьются красные флаги — знамена свободы трудящихся всего мира»[211].
Силы противника в Бессарабии оценивались к началу мая в 10 тыс. человек (в том числе 4–5 тыс. пехоты), небольшого отряда кавалерии и 45 орудий[212]. Войска 3-й армии на 1 мая насчитывали 29 887 человек, 199 пулеметов, 85 орудий, 12 бронепоездов и 12 самолетов[213]. Тем временем 1 мая на Днестре вспыхнули бои. «Румыны наступают по фронту от Незавертайловки до Маяк. Есть переправившиеся через реку части с пулеметами. Эту позицию занимает Приднестровский советский полк, временно прикомандированный [к] 5-му Тилегульскому полку, в составе 1500 чел. Имеется всего 500 винтовок, патронов нет. Просим немедленно прислать на грузовиках в Маяки 1000 винтовок и 100 000 патронов русских. Пока задерживаем противника. Острая нужда в патронах»[214]. В утренней сводке от 1 мая сообщалось, что «на Приднестровском фронте румыны пытались переправиться через Днестр, но были отбиты с большими потерями»[215]. Согласно сводке от 2 мая «румынские разведывательные отряды, пытавшиеся перейти реку Днестр у Незавертайловки, отбиты ружейным и пулеметным огнем. На остальном участке фронта без перемен»[216].
201
РГВА. Ф. 178. On. 1. Д. 32. Л. 52.
202
РГВА. Ф. 178. On. 1. Д. 32. Л. 53–55.
203
Борьба трудящихся украинских Придунайских земель… С. 39.
204
РГВА. Ф. 178. On. 1. Д. 32. Л. 121–122.
205
Гражданская война на Украине. Т. 2: Борьба против деникинщины и петлюровщины на Украине. Май 1919 — февраль 1920 г. С. 5; Борьба трудящихся Молдавии… С. 357–360.
206
Бессарабия на перекрестке европейской дипломатии. С. 268.
207
Борьба трудящихся Молдавии… С. 291–295.
208
Советские Россия — Украина и Румыния. С. 30–32; ДВП. Т. 2. М., 1958. С. 148–151; Советско-румынские отношения. Т. 1. С. 40–43.
209
Советские Россия — Украина и Румыния. С. 32; ДВП. Т. 2. С. 152.
210
Антонов-Овсеенко В.А. Записки о гражданской войне. Т. 4. М.—Л., 1933. С. 47.
211
Борьба трудящихся украинских Придунайских земель… С. 44–45.
212
Гражданская война на Украине. Т. 1. Кн. 2. С. 409–411.
213
РГВА. Ф. 178. Oп. 1. Д. 44. Л. 43–43 oб.
214
РГВА. Д. 32. Л. 152–152 об.
215
РГВА. Ф. 103. Oп. 1. Д. 113. Л. 128–128 об.
216
РГВА. Д. 115. Л. 24.