Но недолго страдал он от одиночества. После незначительной победы над русскими при Пултуске Наполеона чествовали как освободителя Польши. В Варшаве, во «Дворце Королей», его ждал пышный прием, и там Наполеону приглянулась двадцатилетняя графиня Мария Валевская. Она смотрела на него, как на героя. Он же ясно дал понять, что она — из тех женщин, с кем ему бы хотелось увидеться попозже и наедине.
Валевская была замужем за семидесятилетним графом и имела репутацию целомудренной, скромной и глубоко религиозной пани. Она ответила Наполеону отказом на рьяное приглашение разделить с ним постель. Не помогли и его щедрые дары: присланная Наполеоном шкатулка с драгоценными камнями полетела на пол. «Похоже, он принял меня за проститутку», — сказала она.
Не возымели действие и его страстные письма, и завуалированные угрозы. «Подумайте о том, сколь дороже будет мне Ваша страна, если Вы сжалитесь над моим бедным сердцем», — писал он.
К графу Валевскому явилась делегация с мольбой заставить Марию «сдаться» ради блага Польши. Граф согласился, и Марии пришлось отправиться в варшавские апартаменты Наполеона. Там он швырнул на пол карманные часы и припечатал их каблуком, а польский народ пообещал стереть в пыль, если Мария не уступит. Затем «кинулся» на нее, как «орел на горлицу». Она потеряла сознание. А он изнасиловал лишенную чувств женщину, впоследствии заметив лишь, что она «не слишком сопротивлялась».
Несмотря на такое неудачное начало, связь продлилась более трех лет, и, по уверениям современников, очаровательная и преданная Мария была единственной женщиной, которую по-настоящему любил Наполеон.
Пока он находился в Польше, они с Марией жили в «Шлосс Финкенштейн», и император называл ее своей «польской женой». Лишь одно омрачало их счастливые дни: несмотря на то, что у Марии был ребенок от семидесятилетнего мужа, ей никак не удавалось зачать от Наполеона. Но впоследствии, когда он уже вернулся во Францию, она послала весточку о рождении сына.
И хотя Наполеон всегда сомневался, что ребенок Элеоноры Демюэль — от него, Марии же он поверил сразу. Муж Марии дал младенцу свое имя, и граф Александр Валевский приобрел известность в годы правления Наполеона III.
И все-таки «жертвоприношение» графини Валевской оказалось напрасным. Наполеон сговорился с русским царем, согласившись, что слова «Польша» и «польский» необходимо вычеркнуть не только из всех договоров, но и из самой истории.
Лишний раз убедившись, что он не стерилен, Наполеон решил попрощаться с Жозефиной и обзавестись супругой, способной родить ему законного наследника. Он устал от войн и решил, что гораздо выгодней заключить династические союзы. Он помышлял о женитьбе на русской, великой княжне. Против этого возражала вдовствующая русская императрица: Наполеон-де «не такой, как все мужчины», и если великая княжна выйдет за него замуж, ей, чтобы обзавестись ребенком, надо будет пригласить в будуар постороннего.
На разведку в Париж отправили из Петербурга принца Фредерика Луиса Мекленбург-Шверинского. Жозефина, жившая в вечном страхе перед разводом, лишила Наполеона шанса взять в жены девицу из дома Романовых — принц узнал от нее, что Наполеон импотент. «Bonaparte est bon a faire rien» — сказала она.
Уже после ее развода с Наполеоном 29-летний принц Фредерик предложил 47-летней Жозефине руку и сердце. Она отказала. Жозефина и на людях заявила, что от Наполеонова семени «никакого прока — самая обычная водица». На вид он ничем не отличается от других мужчин, говорила она, но разве нельзя сказать того же о пресловутых певцах-кастратах?
В семье Наполеона открыто обсуждались его приступы импотенции, и слухи о ней разошлись по всей Европе. Жозефине так и не удалось родить сына и наследника, и в 1809 году Наполеон расторг этот брак.
Государственные интересы побудили его взять в жены австриячку Марию-Луизу — племянницу Марии-Антуанетты. Впрочем, он нашел, что восемнадцатилетняя девственница — «из тех особ, на которых я непрочь жениться». Своему брату Люсьену он сказал: «Естественно, мне бы хотелось короновать мою любовницу (подразумевалась Валевская), но я должен заключать союзы с суверенами». Заключение союза с Австрией оказалось политической ошибкой, которая вскоре привела к войне с Россией.
Для Жозефины развод стал тяжелым ударом, но она все еще не считала борьбу проигранной. Она способствовала женитьбе мужа на Марии-Луизе, надеясь, что юная принцесса придет к ней за советом, и они создадут menage a trois[10], где она как старшая из двух императриц, естественно, будет играть главенствующую роль.
Однако Наполеон, в марте 1810 года вступивший в брак по доверенности, через две недели выгнал Жозефину из Парижа. Впоследствии обе дамы время от времени встречались в Мальмезоне и проливали горькие слезы.
Мария-Луиза была младше Наполеона на двадцать лет. При первой же встрече она согласилась лечь с ним в постель. В ту пору Наполеон, по описаниям современников, «вел себя скорее как насильник, нежели как ухажер», но Марию-Луизу, похоже, это не смущало. Потом, как говорит в своей знаменитой цитате Наполеон, она даже «попросила меня сделать это еще раз».
Наполеон был в нее страстно влюблен, и в 1811 году она родила ему наследника. Ходили, правда, слухи об искусственном осеменении. Что бы ни говорили, Наполеон был в восторге. Радовалась даже Жозефина. Несмотря на недвусмысленные протесты Марии-Луизы, экс-императрице удалось тайком повидать ребенка. Кроме того, она приняла у себя герцогиню Валевскую, когда та со своим сыном Александром посетила Францию.
Когда Наполеон лишился власти, Жозефина пожелала отправиться вместе с ним на Эльбу, но помешала «его жена». Правда, Мария-Луиза тоже не отправилась в изгнание с Наполеоном. Она стала великой герцогиней Пармской. Ее отец послал к ней на помощь графа фон Нейперга. Граф ее соблазнил, и она сожительствовала с ним до самой своей кончины. Ко дню возвращения Наполеона с Эльбы Жозефина умерла. После Ватерлоо Наполеона выслали на остров Святой Елены, и там с ним оставались четверо друзей, все — мужчины.
Существовало немало домыслов о сексуальной ориентации Наполеона. Он терпимо относился к гомосексуализму в армии и не пожелал отодвинуть его за черту закона своим знаменитым «Кодексом». Многие мужчины писали о его «соблазнительном очаровании». Хлестче всех выразился генерал де Сегюр: «Достигнув вершины власти, он больше не командует, как мужчина, а соблазняет, как женщина».
Сам Наполеон признался, что его дружба с мужчинами обычно начиналась с физического притяжения. Вот что пишет генерал Коленкур: «Он мне сказал, что для него сердце — вовсе не орган чувств, что его чувства живут лишь там, где мужчины испытывают ощущения иного рода. В сердце — ничего, все только в чреслах и другом месте, кое я оставлю безымянным».
Исключительную приязнь Наполеон питал к молодому златовласому русскому царю Александру I. Эта граничащая с одержимостью симпатия привела в конце концов к катастрофе в войне с русскими и падению Наполеона.
Когда они впервые повстречались с русским царем на плоту посреди реки Тильзит, Наполеон воскликнул: «Это Аполлон!» Впоследствии он написал Жозефине:
«Будь он женщиной, я бы его сделал своей любовницей». О его «пристрастии к красивым мужчинам» упоминала и горничная Жозефины.
Среди приближенных Наполеона хватало женоподобных молодых людей, и он относился к ним с нежностью. По словам Меневаля — секретаря Наполеона, — император «приходил и садился на угол моего стола или подлокотник кресла, а иногда и мне на колени. Он обнимал меня рукой за шею и посмеивался, ласково теребя мое ухо».
Помощник Наполеона — Луи Маршан — получил кличку «мадмуазель Маршан», а шевалье де Сен-Кру — «стройного, франтоватого малого с гладким миловидным личиком, более подходящим девице, нежели бравому солдату», — прозвали «мадмуазель Сен-Кру». А Наполеона барон Гаспар Гургар, шесть лет прослуживший при нем ординарцем, титуловал «ее величество».
10
Семью втроем (фр.).