Послание к римлянам — завещание Павла, ибо он уже никогда не напишет сочинения такого масштаба.
Мы так углубились в духовное наследие, оставленное нам Павлом, что вернуться к сбору пожертвований, звону золотых и серебряных монет нелегко. Но для Павла именно это стало главным. По мере приближения отъезда в его сердце росла тревога, и признаки этой тревоги неоднократно отмечал Лука. Павел прекрасно отдавал себе отчет: иудействующие ненавидят его, в Иерусалиме они по-прежнему сильны, а он идет именно туда — в Иерусалим. Почему же никто не отговорил его от этого опасного путешествия? Его пытались отговорить, но Павел оставался непреклонен и ничего слушать не хотел.
Кажется странным, что он не сел в Кенхреях на корабль. Однако северные ветры, дующие во время жары в Восточном Средиземноморье, сделали бы это путешествие невыносимым. Сегодня представляется маловероятным тот «заговор», о котором сообщает Лука: «Когда же, по случаю возмущения, сделанного против него Иудеями, он хотел отправиться в Сирию, то пришло ему на мысль возвратиться через Македонию» (Деян 20:3). Точно известно, что Павлу пришлось пройти семьсот десять километров на север. Наверное, он уже начал уставать от нескончаемых пеших переходов. Несколько человек из тех, что перевозили деньги, выехали раньше и ожидали Павла в Асии.
В следующем эпизоде рассказ Луки переключается с местоимения онна мы.Лука снова стал очевидцем происходящего. Эту часть его повествования столько обсуждали, столько критиковали и столько оспаривали! Многие уверены, что здесь Лука выстроил что-то вроде мизансцены в классическом античном духе, дабы описываемые события соответствовали создаваемому им образу Павла. Критики указывают на то, что Лука, кажется, совсем забыл о сборе пожертвований и лишь один раз — причем мимоходом — упоминает о нем.
Как же получилось, что Лука отправился вместе с Павлом в это путешествие, но не отметил, что передача средств иерусалимской церкви была единственной целью апостола? Лука рассказывает о том, как Павел отмечал Пасху и как стремился попасть в Иерусалим к Пятидесятнице. Однако в Послании к галатам Павел гневно осуждает основанный на еврейских праздниках календарь, который иудействующие хотели ввести в Галатии. Видимо, Лука немного ошибается, вот и все. Он писал текст, когда после смерти Павла прошло уже немало времени; он хотел, как пример будущим поколениям, показать апостола бесстрашно шагающим навстречу опасности. Разве из-за этого стоит подвергать сомнению все, что он утверждает?
Я, признаюсь честно, нахожу у Луки истину, которая меня удовлетворяет: он описывает всю череду обстоятельств, старается быть точным, мелкие детали выглядят правдоподобно. Но, разумеется, я стараюсь максимально проверять его утверждения.
Раздел собранных пожертвований произошел в Ассе, на северном берегу залива Эдремит. Иосиф Флавий сообщает, по каким правилам это обычно происходило: разнообразные монеты меняли на золото, а его распределяли между путниками. Золотые монеты зашивали в одежду; чтобы при движении они не звенели, следовало избегать резких и неожиданных жестов.
Следующие этапы путешествия нам известны: из Асса кораблем добрались до Митилен, порта на большом острове Лесбос, оттуда — на остров Хиос, родину Гомера. Потом остановка на Самосе, против мыса Микале, еще одна остановка — в Трогилионе, и путники прибыли в Милет.
Процветание этого большого города, расположенного недалеко от Эфеса, некогда столицы Ионии, началось во времена Александра Македонского. Вывоз сельскохозяйственных продуктов с богатых земель, окружавших Милет, и паломничество к святилищу Аполлона Дидименея привели к расцвету четырех городских портов. Сегодня не стоит искать их следы: река Меандр, нанося в устье почву, отдалила город от моря. Только трибуны театра, построенного во II–III веках, свидетельствуют о былом величии.
Лука сообщает, что «Павлу рассудилось миновать Ефес, чтобы не замедлить ему в Асии» (Деян 20:16). Не замедлить? Правда в том, что Павел вовсе не стремился в пасть волка. Но ничего удивительного, что ему захотелось встретиться со своими учениками и он позвал их присоединиться к нему. Лука снова пытается воссоздать то, что Павел говорил своим последователям: «Вы знаете, как я с первого дня, в который пришел в Асию, все время был с вами, работая Господу со всяким смиренномудрием и многими слезами, среди искушений, приключавшихся мне по злоумышлениям Иудеев; как я не пропустил ничего полезного, о чем вам не проповедывал бы и чему не учил бы вас всенародно и по домам, возвещая Иудеям и Еллинам покаяние пред Богом и веру в Господа нашего Иисуса Христа. И вот, ныне я, по влечению Духа, иду в Иерусалим, не зная, что там встретится со мною; только Дух Святый по всем городам свидетельствует, говоря, что узы и скорби ждут меня. Но я ни на что не взираю и не дорожу своею жизнью, только бы с радостью совершить поприще мое и служение, которое я принял от Господа Иисуса, проповедать Евангелие благодати Божией. И ныне, вот, я знаю, что уже не увидите лица моего все вы, между которыми ходил я, проповедуя Царствие Божие. Посему свидетельствую вам в нынешний день, что чист я от крови всех, ибо я не упускал возвещать вам всю волю Божию. Итак внимайте себе и всему стаду, в котором Дух Святый поставил вас блюстителями, пасти Церковь Господа и Бога, которую Он приобрел Себе Кровию Своею. Ибо я знаю, что, по отшествии моем, войдут к вам лютые волки, не щадящие стада; и из вас самих восстанут люди, которые будут говорить превратно, дабы увлечь учеников за собою. Посему бодрствуйте, памятуя, что я три года день и ночь непрестанно со слезами учил каждого из вас. И ныне предаю вас, братия, Богу и слову благодати Его, могущему назидать вас более и дать вам наследие со всеми освященными. Ни серебра, ни золота, ни одежды я ни от кого не пожелал: сами знаете, что нуждам моим и нуждам бывших при мне послужили руки мои сии. Во всем показал я вам, что, так трудясь, надобно поддерживать слабых и памятовать слова Господа Иисуса, ибо Он Сам сказал: “блаженнее давать, нежели принимать”» (Деян 20:18–35).
После этих слов Павел замолк. Им овладело волнение. «Тогда немалый плач был у всех, и, падая на выю Павла, целовали его, скорбя особенно от сказанного им слова, что они уже не увидят лица его. И провожали его до корабля» (Деян 20:37–38).
До Коса их сопровождал попутный ветер. На следующий день они достигли Родоса, а еще через день — Патары на Ликийском побережье. Дальше корабль плыл в другом направлении, но путники нашли корабль, доставивший их до Тира после шести-семи дней плавания. В Тире уже существовала христианская община, и христиане, радушно встретив Павла, встревожились, узнав, что он отправляется в Иерусалим. Все пытались отговорить апостола ехать туда. Но он словно не слышал их. Через семь дней Павел распрощался с жителями Тира, сел на корабль и оказался в Птолемаиде, где столетия спустя возникнет город крестоносцев Сен-Жан-д’Акр. На следующий день Павел и его товарищи отправились в Кесарию — пятьдесят пять километров пешком. Там в течение нескольких дней они жили у диакона Филиппа, он был одним из семи руководителей христианской общины вместе со Стефаном. Похоже, что непримиримые противники примирились.
Однажды в их доме неожиданно появился некий Агаб, называемый «пророком иудейским». Крайне взволнованный, он схватил пояс Павла и, театрально потрясая им, связал себе руки и ноги, заявив: «…так говорит Дух Святый: мужа, чей этот пояс, так свяжут в Иерусалиме Иудеи и предадут в руки язычников» (Деян 21:11). Лука и остальные заклинали Павла вернуться, но он лишь ответил: «Что плачете и сокрушаете сердце мое? я не только хочу быть узником, но готов умереть в Иерусалиме за имя Господа Иисуса» (Деян 21:13).
Переубедить его было невозможно! «Да исполнится воля Господня!» Павел распрощался со всеми, и небольшая группа отправилась по дороге на Иерусалим.