- Это - Верочка, это - Кот, - кратко сообщаю я.
- Мама, а почему у дяди такое странное имя? Такое имя у людей не бывает, - волнуется Вера.
- Это потому, что я мягкий, пушистый и ласковый, - отнюдь неласково разъясняет наш водитель.
- Ну, мягкий - допустим, пушистый - может быть в некоторых местах, а ласковый - не знаю, не знаю, - не соглашаюсь я. Кажется, меня понесло.
- Узнаешь, - твердо отвечает Кот, и по моему телу начинают спринтерский забег обезумевшие мурашки. А я думала, они давно вымерли от тоски.
- Котик, ты прости, что пришлось тебя потревожить. Мне только до города добраться, хотя, даже до города необязательно, найти банкомат, снять деньги с карты, и я смогу сама.
- А ты уверена, что карта не заблокирована? - с ухмылкой интересуется Тихомиров. Рассмотреть его я так и не смогла, и меня это ужасно удручает.
- Надеюсь, - повторяю я, на этот раз ему. - Ты что-то знаешь?
- Знаю. Я искал тебя.
- И как? - спрашиваю настороженно.
- Как видишь! - кривит губы он. - Эти сволочи были слишком осторожны, каждый раз звонили с нового номера и каждый раз из города. Мы проверяли места, которые засекли, но все напрасно.
- Нас за городом держали, и они ни разу не появлялись за все это время.
- Понятно. С вами все в порядке? - напряженно спрашивает Кот, и я вижу, как он впивается в руль в ожидании ответа.
- Сравнительно. Срочно нужен душ...
- Я заметил, - он сразу расслабляется, если бы сказала 'все в порядке', стал бы сомневаться, а так начала о всякой ерунде болтать, поверил.
- Культурный человек прикинулся бы, что ничего не заметил, - наставительно проворчала я.
- Тебе так и не удалось поднять мой культурный уровень.
- А это уже оскорбление моих педагогических талантов! - возмущаюсь уже шёпотом. Вера заснула, и даже наш разговор ей не мешает.
- Это - единственная проблема?
- Нет. Умираю с голода.
- Вас не кормили?
- Еды было мало, боялось, что Верочке не хватит, - честно отвечаю я. - И я убила человека.
За этим следует молчание. Я, не дождавшись реакции, откидываю голову на подголовник и прикрываю глаза.
- Значит, это был плохой человек! - наконец, резюмирует Тихомиров.
- Надеюсь, - что-то сегодня это слово я повторяю слишком часто.
- Пока мы не разобрались в ситуации, я вас спрячу. Сегодня отвезу в хостел - в гостинице вас точно кто-нибудь увидит, а там вполне возможно остаться незамеченными. Условия, конечно, не самые лучшие...
- Кот, давай, не будем, ты же знаешь, меня сейчас волнует только безопасность.
- И карту твою мы не станем обналичивать, это может быть опасно.
- Я не хочу садиться тебе на шею.
- Можешь считать, что уже там сидишь. И я не против. Сидеть на шее так называемого мужа ты согласна?
- На то он и муж, - хмыкаю я. - Ты серьезно думаешь, что снимать деньги опасно?
- Да. Ты можешь мне довериться?
- Конечно. Кому еще доверять, если не тебе? - Кот слишком внимательно посмотрел на меня через зеркало. - Скажи, с чего ты мне решил свой номер прислать?
Снова молчание. Снова слишком долгое.
- Мне Димка фотографии показывал с того вечера, на котором с тобой встретился... может, это и прозвучит смешно, но я понял, что у меня все еще есть шанс.
- Какой шанс? - устало проворчала я.
- Зачем ты вышла замуж?
- Кот, что ты несешь? Самая актуальная тема сейчас!
- Для меня эта тема актуальна уже четыре года, два месяца и двенадцать дней.
- Ладно, я поняла. Ты, просто, хотел, чтобы я позвонила. Значит, твое желание исполнилось?
- Да. Правда, я вовсе не желал, чтобы ты пережила то, что было... У тебя есть документы?
- Да. Паспорт и свидетельство Верочки. - В наше время документы с собой приходится носить постоянно, недавно при входе в спортклуб стали и у детей требовать. Неужели, это сыграло мне на руку?
- Замечательно! Может, и загранпаспорт есть?
- Это ты много хочешь. Дома есть.
- Ничего, придумаю что-нибудь. Давай все мне. Сидите в машину, я оформлю номер на себя, чтобы вам не светиться. - Я и не заметила, что мы уже в Москве - так старалась рассмотреть нашего водителя.
Прошло минут пятнадцать, не больше, и Кот вернулся.
- Вот ключ, второй этаж. Душ общий, я сейчас вам одежду какую-нибудь найду. И телефон возьми, у меня еще один есть, первый номер в журнале - мой.
- Твой номер я знаю.
- Тем лучше. Не звони никому, кроме меня, ладно? Это - опасно.
- Я не буду. Да и номеров не знаю. Надо как-то папе сообщить.
- Я все сделаю, не волнуйся. Ждите меня. Не бойся ничего. Хочешь, донесу Верочку?
- Не надо, все равно, она проснется. Я сама справлюсь, езжай.
Я поднялась на второй этаж и осмотрела комнату. Довольно обшарпанная, но постельное белье чистое, кровати почти новые, и в комнате тепло. Опять же преимущество: душевая и туалет - совсем рядом, не надо через весь коридор топать. И мы, на самом деле, никого не встретили, все постояльцы наверняка уже смотрели сны.
Когда дверь номера открылась без стука (дверь я запирать не стала, ждала скорейшего появления Кота), и, наконец-то, я смогла рассмотреть нашего спасителя. Черт! Не знаю, как такое могло произойти, но он стал еще лучше. Более жесткое выражение лица делало его еще более сексуальным. Юношеское очарование сменилось такой мужской харизмой, перед которой очень трудно устоять. Теперь понятно, почему он мелькал то с актрисой, то с очередной музыкальной звездой, то, просто, с безумно богатенькими светскими бездельницами. Вряд ли такой, как Кот знает отказ.
Мне стало грустно. Как бы хорошо я ни выглядела (не в данный конкретный момент, конечно, сейчас на меня лучше и не смотреть), рядом с ним я была, как и раньше, облезлой серой мышкой рядом с лощеным, блестящим, ухоженным породистым котом-чемпионом.
- Здесь одежда и полотенца. В чем спать есть, а утром привезу что-нибудь приличное. Это - бульон тебе и суп Вере, тебе сейчас много нельзя. Вода, одноразовые стаканчики, салфетки, гель для душа, мочалки, шампунь, зубная паста, щетки. - Перечисляя, Тихомиров выкладывал на стол одно за другим, пока не заставил его полностью. - Я вернусь утром, постарайся поспать. И запри комнату.