— И я! — закричала Холли.
Азалия схватила ее за руку, но Холли, сумев вывернуться, побежала за Дельфинией. В спешке все девочки миновали Азалию, исчезая за ивовыми листьями. Запаниковав, Азалия нырнула за ними в серебряное полотно через арочный мост.
Тем не менее, к ее облегчению, девочки не помчались по белым ступенькам на танцевальную площадку, вместо этого, они, шелестя и слабо позвякивая, быстро спрятались в кустах неподалеку. Азалия не успела прийти в себя от потрясения, как Брэмбл, выскочив из-за серебряных листьев, схватила ее за талию и затащила к ним. Серебряный вихрь — и Азалия оказались лежащей на спине, обмотанной серебряными ветвями кустов, которые больно впивались в позвоночник. Сестры, ухмыляясь, смотрели на нее сверху.
— Прямо как в старые времена, — сказала Брэмбл, усмехаясь и слегка подталкивая Азалию вверх. — Мы назовем это знатным переполохом сохранившейся магии Д'Иса.
— Как насчет Великого Нас Сейчас Поймают Скандала? — сердито прошипела Азалия.
— Ой, ну не надо хныкать, — сказала Дельфиния, когда они подталкивали старшую сестру сквозь листву с цветущими серебряными розами и жемчужинами поближе к шатру. — Ты разве видела когда-нибудь в своей жизни такой бал?
Раздражительность Азалии испарилась, когда она, вставая с колен и вглядываясь сквозь решетку, жадно поглощала открывающееся зрелище как сладкий десерт. Дамы носили платья, о которых она только мечтала: отделанные парчой и золотом, а также высокие парики, украшенные перьями. На мужчинах были галстуки с резными краями и цветастые камзолы. Совсем не похожие на скучные, консервативные черные костюмы мужчин в Исбери.
— Они настоящие? — шепотом спросила Ева. — Выглядят будто... пустые.
Девочки пригнулись, когда возле изгороди пронеслась пара. Объемные юбки женщины должны были создать дуновение ветра, но Азалия ничего не почувствовала.
— Волшебство, — прошептала она.
— Волшебство или нет, — также тихо произнесла Дельфиния, — нас все-таки должны были пригласить. В конце концов, это наш дворец.
Азалия почувствовала, как кто-то тянет ее за рукав ночной рубашки и увидела Айви, настойчиво указывающую пальцем на стол с десертами у противоположной стороны шатра. На столе были глазированные булочки, покрытые патокой пирожные, чернослив, клубника в шоколаде и льняные салфетки с кружевным окаймлением. Рука в черной перчатке выдернула из пачки одну салфетку, и сердце Азалии перестало биться.
Там, возле стола стоял молодой человек. Он был одет во все черное. Но не в скучное черное, а в смелое черное и настолько глянцевое, что там и звездам не мудрено затеряться. На нем был комплект из камзола и широкого плаща, краями касающегося мраморного пола.
Одежда служила дополнением к его лицу с угрожающе торчащими скулами и длинными ямочками на щеках. Его цвета непроглядной тьмы волосы были завязаны в конский хвост, а его глаза, даже через расстояние, сверкали чистейшим черным. Азалия никогда не видела никого такого... красивого.
Пока Азалия глазела в изумлении, молодой человек взял тонкими пальцами кружевную салфетку и порвал ее пополам. Легко — словно бумажную. Он сложил вдвое кусочки и снова порвал их, затем снова и снова, пока они не стали совсем крошечные. Потом он поднес руки к губам и подул.
Кусочки развеялись, превращаясь в мерцающие снежинки, кружащиеся над танцующими. Девочки, испытывая благоговейный трепет, сделали глубокий вдох.
— Кто он? — шепотом спросили одновременно Флора и Злата.
— Понятия не имею, — тихо ответила Азалия. — Но, он — настоящий.
Молодой человек бегло осматривал обстановку, и в какое-то мгновение его взгляд остановился на решетке, через которую подглядывали девочки. И на Азалии.
Сердце Азалии бешено забилось в груди, и она, прижимаясь к стене шатра, нырнула в кусты. Прежде чем отважиться вновь взглянуть через решетку, она подождала, пока в сплошном потоке сердцебиения станут различимы отдельные удары.
На этот раз ее взору предстали черные ботинки. Подавив удивленный возглас, она вытянула шею.
Незнакомец облокачивался о перила, всматриваясь вдаль. Он их не заметил! Пока сестры, как завороженные, внимательно следили за ним, Азалия прикрыла крошечный ротик Лилии.
Молодой человек вздохнул. Это был длинный, печальный вздох, словно вырванный из глубин его души. Затем, он вдруг ушел. Девочки почувствовали облегчение.
— Едва не попались, — прошептала Брэмбл.
— Давайте выбираться.
На этот раз никто не спорил. Они поползли к мосту и уже готовы были подняться по ступеням, когда Азалия в последний раз обернулась на танцующих...
...И увидела среди них Айви.
Она стояла возле стола с десертами, держала салфетку и накладывала в тарелку все сладости, до которых могла дотянуться. Малышка, сияя от счастья, утрамбовывала булочки с кремом и шоколадные рулеты на уже полное блюдо. Никто не обращал на нее внимания — даже джентльмен у той стороны шатра, он в этот миг брал свою партнершу по танцам за руку. Маленькая фигурка Айви в белой ночной рубашке сливалась со скатертью.
— О нет, — прошептала Дельфиния. — Нет, только не это!
— Ну, блин! Айви, тебе что, надо есть все время? — закипела от негодования Брэмбл.
Приподнявшись так высоко, насколько позволяла смелость, Азалия пыталась поймать взгляд Айви. Казалось, это может занять не один час. Напевая под нос и облизывая губы, Айви собирала скатившиеся с тарелки слоеные шарики.
Когда же Айви все-таки взглянула на вход, Азалия ей неистово замахала. Айви сморгнула и, кивая Азалии, поставила свою тарелку на пол. Далее она, подхватив полы ночной рубашки, придала ей форму корзинки. Пухленькие маленькие ножки подпрыгнули к столу, и Айви продолжила собирать еду в подвернутую рубашку, теперь уже, чтобы хватило на всех.
— Нет, Айви, нет, — застонала Азалия. — Это был жест "иди сюда"!
И тут Айви, с тяжелой, полной вкусностей юбкой, пошла прямо по танцевальной площадке.
— Возможно, они ее не заметят, — прошептала Дельфиния. — Возможно же. Она такая маленькая, что...
Послышались крики танцующих.
Зашуршали юбки, застучали каблуки по мрамору, перегораживая выход. Щелкнула музыкальная шкатулка-оркестр и со скрипом остановилась, словно что-то попало между шестеренок. Во всем этом безумии и вихре юбок Азалия услышала тонкий голосок пятилетней Айви.
— Лия!
Азалия вскочила.
— Через мост! — что есть мочи завопила она. Девочки, выпутывались из кустов и, сбивая друг друга с ног, бежали к мосту. Азалия взлетела по ступенькам шатра и, прокладывая себе путь, расталкивала танцующих, которые вновь принялись кричать. Айви стояла в центре шатра, прижимая к груди ночную рубашку, ее подборок дрожал от испуга.
Азалия, слегка подскользнувшись, остановилась возле Айви и схватила ее за талию, разбрасывая повсюду пирожные. Айви громко закричала. Азалия побежала. Она рванула к выходу — трепыхалась ее запачканная сажей ночная рубашка; за спиной развевались волосы. Танцующие отступили...
... и исчезли.
— Сударыня! Подождите!
Азалия быстро сбежала по ступенькам и, спотыкаясь, направилась к мосту.
— Прошу вас, сударыня!
Она так резко догнала девочек на середине арочного моста, что им пришлось приложить усилия, чтобы устоять на ногах.
— Если вы не остановитесь сами, вас остановлю я.
Азалия отважилась обернуться. Молодой человек, стоя на коленях на лестнице, погрузил в воду одетую в перчатку руку.
Послышались порывистые звуки стремительно нахлынувшего течения, разливающегося из-под легкого тумана.
Девочки завопили, когда вода забурлила на нижних ступеньках моста. Они ринулись обратно к середине на самую высокую точку; со стороны ивового дерева нахлынула приливная волна, с плеском намочившая сестрам пятки. Спустя всего несколько секунд уровень воды в озере, окутывая серебряные кусты роз, поднялся до верхней ступени шатра, окружив девочек в центре арочного моста.
Течение успокоилось. На поверхности водной глади плавали ивовые ветви. Девочки прижимались к Азалии.