- Привет, - тихо сказала я, зайдя в палату, - как ты себя чувствуешь.
- Уже все хорошо, а ты, - спросил Вадим, оживившись моему приходу, он осматривал меня, наверное пытался найти травмы - мне сказали, что ты тоже тут.
- Со мной все в порядке, - я подошла к нему и взяла за руку, - Вадим, я тебя очень люблю, помни об этом.
- Лина, что с тобой, - насторожился Вадим, - у тебя точно все хорошо, - он хотел уже встать с постели.
- Да, - я поцеловала его, - не переживай, - придержав его за руку.
- Лина, это я виноват, - он был поникшим, - Калуга так и не забыл тот случай с товаром, если бы ни я, ничего бы этого не было, я втянул тебя в эту историю, - он пытался меня обнять, но был весь перевязан и ему стало больно, он застонал.
- Ты тут ни при чём, они просто хотели выйти на Волкова, и я им помогла, - с грустью в голосе ответила я, отведя глаза в сторону. Ведь это было правдой.
- Лина, я переживаю за тебя, - он начал нервничать, - если ты предала Волкова, то он придёт за тобой. Я и сама знала это.
- Не беспокойся, - я погладила его по голове, - все будет хорошо. Но в этом я была совсем не уверена.
Глава 24
В последнее время он просто обезумел. Его банда жестоко стала разбираться с обидчиками. Вся бригада калужских была страшно перебита, смерть настигала их везде – в салоне автомобиля, дома, в магазине, в бане, кто-то даже пытался скрыться, но все равно не избежал своей кары. Волков даже не боялись быть пойманным. Причем сам Калуга тоже не избежал наказания. Он был найден в одном из гаражных строений, с ножевыми ранениями на теле. Его нашли через три дня после его похищения, что он помучался все эти три дня сомнений не было.
После того случая в гримерке, Костя тоже пропал, его несколько раз разыскивал Рязанов, но так и не смог найти, никто ничего о нем не слышал. Он как сквозь землю провалился. Конечно я могла предполагать, что с ним случилось, но я так этого никогда и не узнала, я больше никогда его не видела.
Всю неделю я была по настоящему потерянной. Я не ходила на работу и в институт. Все последние новости Марина рассказывала мне и печально на меня смотрела. Все предполагали, что со мной сделает Волков, но все молчали. Поэтому и Рязанов разрешил не выходить на работу до лучших времен. Интересно, а настанет ли это время хоть когда-нибудь.
Я представляла, что он сделает со мной. Нет я не боялась его, мне просто было обидно за себя, за свою поломанную жизнь, за изуродованную жизнь Вовы, за безвозвратно потерянную жизнь Сергея. Я знала, что он придёт за мной. Он не прощает предательства. Осталось только догадываться, что он припасет для меня.
Они вошли в квартиру, как к себе домой, около семи-восьми человек. Оттолкнув меня от двери прошли прямо по коридору в зал. Комната показалась мне миниатюрной от такого количества мужчин. Все с наглыми жестокими ухмылками. Кто-то из них крутил в руке нож. Меня просто затолкнули в зал. Вова прошел в комнату и расположился на диване. Я чувствовала себя слабой и потерянной под их оценивающими взглядами. Я жалела, что на мне было только тонкое платье, и я обхватила себя руками, чтобы хоть как-то защитится. Казалось, они видят меня на сквозь и мне хотелось спрятаться от этих ухмылок.
- Ну что кукла, пришла твоя очередь рассчитываться, - он опустил локти на колени и пристально изучал меня. Таким я видела его первый раз. Теперь я знала почему его так все боялись. Я не узнавала этого человека. Это был уже не тот Вова который жалел меня в ту ночь моей исповеди. Я видела в его глазах только жестокость и жажду возмездия. Это был взгляд хищника предвкушающего свою жертву. Они окружили меня, как стая диких волков. Я уже проходила это, тогда в клубе при первой нашей встрече. Я старалась не смотреть на его людей, потому что теперь мне было по-настоящему страшно. Теперь я знала, что если тогда это был просто урок, то сейчас Его ничто не остановит. Вова долго на меня смотрел и я первая нарушила эту гнетущее молчание.
- Прости меня, - тихо начала я, собрав всю свою храбрость и силы - я не хотела чтобы так все произошло, - я смотрела ему в глаза, но не видела там ничего кроме жажды убивать.
- Расскажи это Сергею, - зло бросил он.
- У меня не было выбора, - я чувствовала, что он не слышит меня.
Он не скрывал своих эмоций, и мне казалось, что я уже вижу того жестокого человека каким он бы при нашей первой встрече. И это осознание делало еще больнее. Я смогла приручать и усмирить этого дикое животное, а потом же сама и предала его. И мне было очень больно, больно не физически, а больно в душе. Мои глаза стали влажными от обреченности своего положения и единственное, что я могла сказать это «Я люблю тебя». Почти шёпота, но Вова услышал. Казалось эти три слова вообще взбесили его. Он резким движением вскочил с дивана и схватил меня за волосы, больно их потянув. Первый раз он осознанно причинял мне сильную физическую боль.
- А где же была твоя любовь, когда ты меня сливала калужским, - едко бросил он.
- Давай кончать ее, - услышала я грубый голос одного из его парней.
- Нет, слишком просто, она того не заслуживает, - странно с ухмылкой сказал Вова .
Я испугалась его голоса, в нем чувствовалось, что о смерти я еще буду умолять его. Он был не просто взбешен, он был безумен. И это безумие отражалось в его взгляде, поступках, и улыбке похожей на оскал. Волков разорвал мое платье, а затем повалил меня на диван. Я знала, что сопротивляться бесполезно, но инстинкты защиты брали свое. Я пыталась оттолкнуть его. Но мои попытки рассмешили остальных. Я слышала как кто-то включил по-громче телевизор. Его руки больно сдавили мне грудь, а его зубы укусили мои губы до крови. Я услышала треск моего белья и Вова расстегнув молнию, ворвался в меня. Первый раз мое тело не отреагировало на него. Первый раз с ним мне было больно. Слезы еще быстрее побежали из глаз и я не могла их сдерживать. Я ощущала во рту вкус своей крови. Грудь ужасно ныла от его грубых движений.
- Пожалуйста, не надо, - я умоляла его.
Он хотел сделать мне больно, он хотел меня унизить, растоптать, уничтожить. Я видела, что он получал какое-то извращенное удовольствие ломая меня. Казалось, чем больнее мне он делал, тем легче становилось ему. И я вспомнила Костю, его слова… Неужели люди так жестоки, что испытывают удовольствие от чужой боли.
- Ты знаешь кем для меня был Сергей, - он продолжал врываться в мое тело, положив руку мне на шею, - он был мне больше чем брат, мы прошли с ним такое, что тебе даже и не снилось, - он почти срывался на крик и увеличивал нажим на шее, что я подумала, сейчас он меня задушит.
- Я не хотела, прости меня, - сквозь слезы молила я, мой голос стал пропадать, - я умоляю прости меня.
- Простить, - он грубо рассмеялся, - ты предала меня, - я услышала в его голосе разочарование, - Сергей столько раз предупреждал меня, но я не слушал его.
Его движения стали быстрее, а руки еще беспощадней и я поняла, что сейчас все закончиться. Через минуту он слез с меня, застегнув брюки. Я не могла пошевелится, все тело ныло. Стыд, горе, боль просто разъедали меня.
- Ты выглядишь жалко, красавица - с жестокой усмешкой сказал он, делая ударение на последнем слове.
Я попыталась найти части моей одежды, что бы прикрыть наготу, но ничего не видела. Слезы застилали мне глаза и зрение не могло прийти в норму. И я просто прикрыла себя руками. Но на этом моя пытка не закончилась. Волков схватил меня за волосы, потянул вверх, заставив встать на ноги. Он достал нож и его лезвие блеснуло в его глазах. Они были такие же холодные, как и этот металл. Вообще-то я предполагала, что он убьет меня, но сейчас, стоя лицом к смерти, я испугалась, я хотела жить.
- А это чтобы больше никого не смогла обмануть своей продажной красотой, - и он провел острым лезвием по моей правой щеке и скуле.
Щеку тут же обожгло огнем и я почувствовала, как теплая жидкость потекла по моему горлу. Наверное порез был глубокий, так как мне показалось, что крови слишком много. Я смотрела в его глаза и видела теперь лишь пустоту. Наверное отомстив мне, он не испытал чувства облегчения. Волков толкнул меня и я упала на пол. А затем просто развернулся и вышел, больше не смотрев на меня. Я думала, что его друзья набросятся на меня, как стервятники разрывая остатки дичи, начнут насиловать, но это не произошло. Они просто все вышли за ним. А я осталась одна со своей болью…