коем образом не обратили внимания на мои телодвижения.
Прозвучавший невдалеке звук короткой автоматной очереди стал для меня сигналом к действиям.
Слетев с кровати, я подскочила к замершему в растерянности Сиве и с разворота ударила я жесткой
пяткой берца в кадык. Захлебнись собственной кровью, с*ка! Времени на то, чтобы подобрать с пола
выроненный пистолет, у меня не было, да и отошедшее было головокружение, вернулось с новой
силой, рассыпав перед моими глазами россыпь черных точек. Не дав себе времени на передышку, метнулась к успевшему осознать положение вещей Роме, что как раз вытащил спрятанный до этого
за поясом брюк пистолет. Направленное на меня дуло ПМ я встретила положением лежа.
Кувырнувшись к Роме, я сделала подсечку и ударом локтя в болевую точку между шеей и плечом.
Вырвав оружие из ослабевших пальцев, я ломанулась к двери.
Скорее! Выскочив за дверь, я практически нос к носу столкнулась со вторым охранником, что тоже держал
ПМ в руке. Времени на выстрел у меня совершенно не было, поэтому поймав в захват согнутой в
колене левой ногой его руку с оружием, я совершила прыжок, используя конечность мужчины, как
опору. До его носа я банально не дотянулась, но и удар коленом в солнечное сплетение был ему вряд
ли приятен. Удар рукояткой пистолета в висок на раз вырубил мужика.
“Квиты”, - мысленно хмыкнула, вытащив магазин и отбросив ствол вырубленного подальше.
Снимала с предохранителя и передергивала затвор пистолета, отобранного у Ромы, я уже на бегу, спеша к неприметной дверке. Бежать на первый этаж к выходу бесполезно, там сейчас люди Романа.
Заскочив в туалет, я на миг замерла.
Идиотка! Надо было Роме к виску ствол приставить! Вот же… Ладно, не время сейчас заниматься
самобичеванием. Надо бежать, пока выпал такой удачный шанс. Тем более, что Роме я теперь вряд
ли нужна живой.
Подбежав к разбитому окну, я залезла на подоконник и, не смотря вниз (за дверь уже топала моя
персональная смерть), спрыгнула со второго этажа.
Короткий полет, от которого в страхе замерло сердце, и я не совсем мягко, но без повреждений, упала в плотный сугроб. Сделав судорожный глоток воздуха, что был выбит при падении, я кое-как
встала и побежала в укрытие близкий деревьев. Сзади раздался отборный мат, видимо, кто-то из
двоих уложенных мной спрыгнул следом - Сива вряд ли в состоянии передвигаться с вбитым
кадыком. Беги, Селена! Беги! Шевели своими ногами, если тебе дорога собственная жизнь!
Звуки стрельбы были отчетливо слышны где-то справа. Отлично! Бежать прямо на короткие
вспышки от выстрелов глупо - могут подстрелить как свои, так и чужие. Я бежала на пределе своих
возможностей, петляя словно заяц. Ноги утопали в сугробах, цепляясь за скрытые толщей снега
сучья и ветки, глаза практически ничего не видели, - и дело было вовсе не в темноте, а в долбанном
сотрясении, но холода, хвала всем Богам, я не ощущала - убойная доза адреналина ускоренно гнала
кровь по венам, нагнетая ее в мышцы. От чиркнувшей по дереву совсем рядом с моей головой пули в
лицо брызнули ошметки коры, царапнув щеку. Я отвела назад руку с пистолетом, сделав пару
выстрелов, и только тогда позволила себе оглянуться.
Из здания, из которого я так удачно смогла сбежать, велась стрельба в сторону нескольких десятков
метров правее от меня. Люди Ромы не пытались высунуться из под прикрытия бетонных стен и
только отстреливались от нападавших из разбитых окон. А вот людям Барса было не так сладко - от
крайних деревьев до здания было около тридцати метров открытой местности. Видимо, мои
спасители нарвались на кого-то из Роминых шестерок и не смогли избавиться от них тихо (а может, просто поздно их заметили), из-за чего и началась перестрелка.
Так я и бежала на пределе своих скудных возможностей, чудом избегая пуль охранника - быстро же
оклемался, скотина.
Выбросив ненужный пистолет (чертовы пули закончились слишком быстро), я поднажала.
Заплетающиеся ноги плохо слушались, но упорно передвигали мое тело вперед, действуя на одном
упрямстве и инстинкте выживания. Вдруг от предположительно (как-то не до точных подсчетов в
такой ситуации) пятерки прятавшихся за стволами деревьев людей отделилась одна тень, двигаясь
мне навстречу.
Барс… Я не видела его лица, не слышала его слов - в ушах шумным набатом бился пульс, да на вряд
ли он действительно что-то мне говорил… Я просто чувствовала, что это он.
Вскинув автомат и целясь практически в мое лицо, мужчина сделал только один выстрел, и сзади
раздался приглушенный вскрик, символизирующий о том, что мой преследователь больше не опасен.
Пара шагов… Всего пара шагов и я оказалась в таких любимых объятиях…
Прогремевший за спиной выстрел, почему-то показавшийся мне громче обычного, совпал с тем
моментом, когда Влад резко дернулся в сторону, заслоняя меня своим телом…
- Барс… - прохрипела я, чувствуя, как тело моего мужчины стало неимоверно тяжелым.
*** “Моя Луна”…
Глава 43
Согретый чужими руками калаш удобно лег в ладони. Подавшись вперед, чтобы прикрыть собой
тело упавшего на снег Барса, и опустившись на одно колено, я вскинула автомат, уперев приклад в
правое плечо.
“Двадцать два… Двадцать два”… - мысленно отсчитывала я, методично нажимая на курок на этот
счет и стреляя короткими очередями в прячущихся за деревьями людей Ромы.
На миг оглянувшись назад, увидела, как мой мужчина зажимает обеими руками рану на бедре. Перед
глазами все двоилось. Кровь… Сколько крови… Неужели попали в артерию? Нельзя!.. Нельзя реветь!
Но проклятые слезы, скапливаясь в уголках глаз, обжигали щеки застывающими дорожками.
“Двадцать два… Двадцать два”…
В эти страшные секунды бесконечной стрельбы во мне словно что-то отключилось. Отключилось все
доброе, светлое, нежное, включив безжалостность и инстинкты самосохранения. Мне было глубоко
наплевать, что вместо привычных с детства мишеней, были настоящие люди. Сейчас я хотела
убивать. Подстреливший Влада упал с простреленным горлом, неудачно высунувшись из-за укрытия.
“Двадцать два”…
На горизонте показались еще трое с пистолетами на перевес, у одного в руках был такой же калаш, как и у меня.
“Двадцать два”…
Высунувшийся из-за укрытия стрелок схлопотал пулю в лоб - даже раненный Барс отлично стрелял.
Краем глаза заметила, как справа к нам бегут еще двое. Свои это или чужие рассмотреть так и не
смогла, зато поняла после того, как они прикрыли меня и Влада, помогая отстреливаться.
- Проверь его ногу, - прохрипела я, не отводя взгляда от “мишеней”.
Секундная заминка…
- Прострелено бедро, пуля прошла на вылет, но артерия не задета. Гор! - крикнул он, зажимая рану
каким-то куском ткани, пока Владислав прицельно стрелял из своего ПМ и сквозь сжатые зубы
матерился.
Правильно. Таиться уже бесполезно (в радиусе пары километров нас слышали все точно), а вот
смыться отсюда побыстрее просто необходимо. Оставшаяся пара отстреливавшихся мужчин
ломанулась к нам. Гор тут же кинулся к лежащему Барсу, стараясь хоть как-то остановить
кровотечение и перетянуть рану, а второй, в котором я с отстраненным удивлением узнала Димку, прикрывал тыл.
“Двадцать два”…
- Уходим, - раздался сзади голос Гора.
- Идите, - хрип вырвался из моего горла, - мы прикроем.
- Нет! - заскрежетал зубами Влад, с трудом поднимаясь на ноги и толкая меня за дерево. - Уходишь
ты. Гор и Дим идут с тобой.
- Двое здесь не справятся, а ты ранен, - аргументировала свое желание остаться.
- Нет! - властный поцелуй на миг обжег губы своим жаром и такой желанной сладкой горечью.