— Не хочет, — прорычал Глен.

— Скажи ей, что у меня все зубы еще целы.

Глен сунул зеркало в карман и обернулся к Эйприл. Но вместо комментария по поводу состояния зубов соседа она спокойно объявила:

— Пигментация это или нет, но я собираюсь родить ребенка.

ГЛАВА ВТОРАЯ

— И кто же отец?

— Отец?..

— Ну да. До последнего времени мне казалось, что для рождения ребенка необходимы два человека. Мать и отец. — Голос Глена готов был сорваться в любой момент, однако он ничего не мог с собой поделать. Он взглянул на Эйприл. Она выглядела растерянной.

— Я… я не знаю, — ответила Эйприл, отворачиваясь. — Пока.

— Ты не знаешь? — Он не на шутку испугался. Неужели Эйприл так невнимательно относится к своим партнерам или, что более важно, к своему здоровью?

Глен обнял Эйприл за плечи и развернул к себе. Короткие белокурые волосы взметнулись перед его лицом.

— Ты не знаешь? — переспросил он.

— Я узнаю, — твердо пообещала она. — Конечно, я не получу информацию о цвете его волос и росте. Но уверена, это будет очень колоритный мужчина. — Она вздрогнула. — Ты сломаешь мне плечи.

Глен отпустил ее и сунул руки в задние карманы брюк. Как бы научиться держать их подальше от Эйприл? Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы оценить ее привлекательность и воспользоваться ее доверием. Несомненно, она слишком доверчива.

— Ты подразумеваешь, что не желаешь ничего знать, пока не родится ребенок? Как ты могла забыть о… заболеваниях?

— Расслабься, дружок, — заговорила Эйприл таким тоном, словно учила новичка сидеть в седле. — Клиника «Изобилие» проверяет доноров, прежде чем они, хм, вносят вклад.

Глен нахмурился.

— Клиника «Изобилие»?

— Да, Центр репродукции и искусственного оплодотворения в Росмунде.

— Малышка, тебе не нужна никакая клиника изобилия, — раздался голос из соседней камеры. — Я настоящий мужчина в самом расцвете сил.

— Ты хочешь сказать, что… не беременна?..

— А почему ты решил, что я беременна? Неужели я растолстела?

Глен вновь запаниковал. Как Эйприл пришла в голову столь нелепая и невозможная идея?

— Ты не должна унижаться до искусственного оплодотворения.

Эйприл открыла рот, быстро закрыла и уставилась на Глена.

— Мне почти тридцать семь, дружок, и я не становлюсь моложе. Если я собираюсь иметь детей, то теперь самое время.

— Мне кажется, тебе следовало еще подумать над этим…

— Ребенок — не прихоть и не блажь, которая случайно взбрела мне в голову. — Она рассеянно протянула руку и подняла ковбойскую шляпу Глена, оставленную им на скамье. Поглаживая тулью, Эйприл добавила: — Конечно, ты не обязан одобрять мое решение, но я оценю, если ты будешь немного снисходительнее…

Как он мог одобрить ее беременность, ее ребенка от другого человека?! Ему не станет легче от анонимности донора!

— А ты подумала о ребенке? — взорвался Глен. — По–твоему, легко вырастить дитя без отца?

— После развода моя мать осталась одна с двумя детьми на руках. И, знаешь, мы жили хорошо.

Глен промолчал. Стелла, ее старшая сестра, забеременела в старшем классе средней школы. Кто знает, быть может, она искала мужскую поддержку, которой ей не хватало? Что касается самой Эйприл, то она поспешно вышла замуж за их общего друга Эдди Брока. Это случилось через полгода после того, как Глен поступил в колледж. Возможно, Эйприл пыталась обрести счастье и семейное тепло. Ведь их так явно недоставало в жизни сестер Хенсон.

— Росмунд, говоришь? Неспокойное место, — объявил Глен. — Я поеду с тобой.

В следующее мгновение офицер в форменной одежде повернул ключ в замке, и дверь распахнулась.

— Вы свободны, — сообщил он Глену и Эйприл.

Они вышли к Николь, ожидающей их в коридоре. Мужчина из соседней камеры с сожалением бросил им вслед:

— До свидания, милашка. Жаль, что не удалось познакомиться поближе!

— Я ничего не делал, Глен. Клянусь. Я ни при чем. — У Стивена ломался голос. Подросток переводил взгляд с Глена на Эйприл, умоляя поверить ему.

Би Тернер сошла с маленького автомобильчика для гольфа и направилась к складу лагеря. Глен немедленно подлетел к ней, предлагая руку, но соседка с досадой отмахнулась.

— Мне не надо помогать, — объяснила она. — Я не собираюсь падать на вашу собственность, чтобы потом оплачивать иск за причинение ущерба.

— Что у вас пропало на сей раз, миссис Тернер?

— Кто–то пробрался в мой сад и украл кое–какие мои вещи. — Стивен поймал выразительный взгляд, который она бросила в его сторону. — Я возилась с куклой Скарлетт из «Унесенных ветром» для внучки моей сестры Юнис. Этот милый ребенок просто обожает синий цвет. Поэтому я шила платье и шляпку для Скарлетт из синего батиста. Я, знаете ли, купила несколько лоскутов разных тканей синего цвета на распродаже, когда в последний раз ездила с Юнис в город.

Эйприл и Глен молча обменялись терпеливыми взглядами, которые миссис Тернер истолковала как интерес к ее жизни.

— Юнис часто приезжает ко мне в гости, — продолжала женщина, — и мы отправляемся делать покупки и завтракаем в кафе.

Стивен нерешительно топтался рядом с Эйприл.

— Что там…

Эйприл толкнула его локтем и вежливо поинтересовалась:

— И что же произошло с вашей куклой, миссис Тернер?

Старушка поправила очки в синей оправе и строго посмотрела на Стивена сквозь толстые стекла.

— С куклой? Я отправилась в дом за стаканом чая со льдом и пробыла там несколько дольше, чем собиралась. Вчера, когда я готовила напиток, я забыла добавить сахар. Пришлось бросить сахар в охлажденный чай. Сами понимаете, сахар плохо растворяется в чае со льдом. Настоящий сахар, я имею в виду. Я презираю все эти искусственные подсластители. Правда, Юнис говорит, что они растворяются гораздо быстрее, но я не знаю, потому что не пользуюсь ими.

Теперь уже Глен переступил с ноги на ногу, сдвинул свою вечную шляпу на затылок и потер лоб.

— И когда вы возвратились… — подтолкнул он.

Миссис Тернер выпрямила свое маленькое тело и положила руку на бедро.

— Молодой человек, если вы перестанете перебивать, я, может быть, расскажу, что случилось.

Стивену не нужно было смотреть на своего хозяина, чтобы понять: выражение лица Глена изменилось с почтительного на тревожное.

— И когда я возвратилась, — таинственным шепотом сообщила миссис Тернер, — кукла исчезла. Батист и платье, которое я начала шить, все еще были в саду, но пластмассовая кукла исчезла!

Глупо поднимать суету из–за куклы! Но Эйприл — настоящий миротворец, даже если дело касается раздражительной соседки. Стивен задумчиво поскреб подбородок, услышав, как Эйприл пытается успокоить старую леди:

— Вы уверены, что кукла не упала на землю?

— Нет, ее украли! — заявила та, ткнув сумочкой в Стивена.

Стивен от негодования открыл рот. Мало того, что его обвиняют в воровстве, к тому же приписывают кражу куклы!

— Зачем мне ее дурацкая, старая…

Локоть Эйприл врезался ему под ребра. Прижав руку к ушибленному боку, Стивен мудро решил не заканчивать фразу.

— Он всего лишь пытался сказать, миссис Тернер, что мальчики его возраста не играют в куклы. Поэтому Стивену незачем воровать игрушку.

Миссис Тернер презрительно фыркнула в ответ на ее заявление.

— Но она голая!

Будь Стивен и Глен собаками, они навострили бы уши.

— Кто голая? — вырвалось у Стивена.

— Разумеется, Скарлетт, кто же еще? — Миссис Тернер понизила голос и наклонилась к Эйприл: — Я–то знаю, какие мысли бродят в голове у подростков.

Сейчас в голове Стивена бродила одна–единственная мысль — убраться подальше от вздорной старухи.

— Мне кажется, что, если бы мальчик хотел рассмотреть женское тело, ему достаточно было бы включить телевизор.

Очевидно, соседку не устроили оправдания Эйприл. Миссис Тернер прижала сумочку к груди и осторожно зашагала вниз по ступенькам, а затем к автомобильной стоянке, заросшей травой. Эйприл еще раз обратилась к соседке: