— Тера, дорогая, подожди… О чем ты говоришь? Я не понимаю.
— Все очень просто, — пожала плечам Тера. — Если Дайон и был когда-то в меня влюблен, в чем я сильно сомневаюсь, то его чувство давно уже угасло.
— Почему ты так решила? — спросила Бриджит, боясь, что отчаянный стук ее сердца слышен даже на улице. — Насколько я знаю…
— Ты не слишком наблюдательна, дорогая, — отмахнулась Тера, но, поняв, что это выглядит несколько грубовато, поспешила добавить: — Нет, я тоже поняла это не сразу. Сначала мне даже почудилось, что вот он, мой следующий шанс, особенно когда этот дурачок
Трент стал читать письмо. Когда я взяла листок в руки, то увидела всего две фразы: «Милая Тера! Тот вечер…» — и все. Тогда мне еще казалось, что ты права, и он действительно влюблен.
— А разве не так? Мужчина не станет называть женщину «милой», не любя ее.
— Вот-вот, — кивнула Тера, — именно так я и подумала. Но он не закончил письмо, это во-первых. А во-вторых, когда он отвез меня в тот вечер в Клон-Эйгель, то вежливо и спокойно объяснил, что письмо писалось три года назад, что теперь он и сам толком не помнит, почему начал его… короче говоря, он почти ласково поставил меня на место. Знаешь, по-моему он любит кого-то другого. Ох уж этот Дайон! А я потом сидела и думала: «И что же мне осталось?», ведь других достойных кандидатур в мужья здесь нет!
О Боже, она рассуждает об этом, как о сорвавшейся биржевой сделке!
— Я, кстати, отлично понимаю Дайона, — продолжала Тера. Когда он сел писать это письмо, то понял, что так никогда его и не закончит. И знаешь, почему? Он не умеет врать!
Неделю спустя Бриджит получила письмо из Клер от миссис Стивен. После многословных восторгов по поводу благотворного воздуха Атлантики, она писала:
«…Нам рассказали, что Дженни уехала с Патриком в имение его семьи. Мы очень рады за них, однако, Бриджит, не кажется ли вам, что и вы заслужили отпуск?
Если вы согласны, то вот наш план. Здесь с нами живет Дорис Ферран, знакомая вам по Клон-Эйгель. Она охотно согласилась переселиться в отель и присмотреть за детьми, которых, разумеется, вы привезете с собой. Им здесь очень понравится, да и вы от них немного отдохнете. Затем Дорис вернется с ними поездом, а мы все поедем на машине.
Бриджит, дорогая, не отказывайтесь, прошу вас! Мы все страшно хотим вас видеть! Тера, правда, не сможет составить нам компанию. Представляете, она снимается теперь в кино!
Здесь, на побережье, обосновалась целая кинокомпания, и ее взяли на амплуа «юной ведьмы с островов»! Актриса, которой эта роль предназначалась ранее, так и не доехала из Лондона в Клер, влюбившись в кого-то по дороге, и режиссеру срочно потребовалась замена. Ему так понравилась кинопроба Теры, что он даже махнул рукой на, прямо скажем, небольшой актерский опыт нашей дорогой девочки и подписал с нею контракт.
Теперь Тера на седьмом небе от счастья, и мы с мужем пока не хотим ее расстраивать разговорами о том, какие опасности для девушки таит такая карьера. Она наконец снова поверила в себя, а это самое главное. Узнав, что я пишу вам письмо, она просила передать вам следующее: «Бриджит, я свернула за угол и больше не смотрю назад». Довольно таинственное послание, но я надеюсь, вы поймете его. От себя же хочу добавить: спасибо вам за желание помочь ей!
Тера почти не вспоминает о Дайоне Кристи, и мы ни разу не видели его, хотя он всего в пяти милях от нас, в Эйране, что на острове Инишир.
Бриджит, дорогая, не стоит раздумывать! Просто сообщите нам день вашего приезда, и мы встретим вас.
С любовью, Мэри Стивен».
Когда поезд прибыл на станцию, мистер Стивен отвез Дорис Ферран и детей в отель, а Бриджит — в очаровательной коттедж у самой воды. Он помог ей с вещами и сказал, что заедет за ней через пару часов: миссис Стивен устраивает торжественный ужин в ее честь.
Тера в тот день ужинала с женой режиссера, но к кофе вернулась, а затем повезла Бриджит знакомить со своими «новыми друзьями». Бриджит они показались довольно милыми, однако, на ее взгляд, им недоставало простоты и искренности. Имена в этом кругу были, похоже, не в ходу, все обращались друг к другу «дорогая» и «дорогой», независимо от возраста и продолжительности знакомства. Как истинный хамелеон, Тера уже успела стать частью своего нового мира и старательно избегала разговоров о Клон-Эйгель и прошлом.
Съемки продлятся еще несколько недель, сказала она Бриджит, а потом все вернутся в Лондон.
— И что дальше? — спросила Бриджит.
— Снова кинопробы. И новые контракты, надеюсь… А тогда передо мной весь мир.
— Я очень рада за тебя, Тера, — с чувством сказала Бриджит. — Ты счастлива?
Тера невозмутимо посмотрела ей прямо в глаза и ответила:
— Сегодня — да. А завтра… кто знает? Жизнь — это лабиринт, впереди еще столько поворотов!
Стояла чудесная погода. Каждый день Бриджит плавала в теплой прозрачной воде, нежилась на горячем песке, собирала ракушки во время отлива, ездила к Тере на съемочную площадку, словом, ленилась от души.
В последний день погода неожиданно испортилась. Море приобрело зловещий оливково-зеленый оттенок, волны с пенистыми гребнями грохотали о причал, и вскоре горизонт исчез, скрытый пеленой дождя. Никто не отваживался выходить наружу, однако мистер Стивен сказал, что попросил рыбаков поймать ему несколько омаров для Клон-Эйгель, и ему надо съездить на пристань.
Бриджит переоделась к обеду, и когда машина вернулась, начала накрывать на стол. В прихожей раздались мужские голоса. Один, без сомнения, принадлежал мистеру Стивену, а второй… Бриджит так и застыла с тарелками в руках. Она узнала этот голос, она узнала бы его из тысячи… Дайон!
Ее сердце отчаянно забилось. Как он узнал, что она здесь? Кто сказал ему? Мистер Стивен? Нет, не может быть…
В следующее мгновение дверь отворилась, и они вошли в комнату.
— Видите, кого я привез вместе с омарами? — широко улыбнулся мистер Стивен. — Мы случайно встретились на пристани, Дайон и представления не имел, что увидит меня там.
— Да, поистине чудесное совпадение, — немного растерянно сказал Дайон. — Ведь вы завтра уезжаете. Здравствуйте, Бриджит… Вы ведь так и не побывали в Эйране?
— Нет, Дайон, не довелось, — еле выговорила она.
— И напрасно. Это не просто точка на карте, это целое событие.
— Здесь было так чудесно, что нам и в голову не приходило путешествовать по окрестностям.
— Всего несколько минут на пароме… — заметил Дайон. — Впрочем, я понимаю, ведь это путешествие могло бы оказаться для вас не таким уж приятным…
Дайон замолчал, а Бриджит, не желая продолжать столь скользкую тему, поспешила спросить его:
— Значит, вы прибыли сюда на пароме?
— Да.
— Вам не повезло с погодой.
— У меня не было выбора. Мой приятель, Тим О'Кифи, жена которого устроила мне ту телепередачу, попросил меня навестить его больного брата, здесь, неподалеку. На обратном пути я и встретил мистера Стивена.
— Вы пообедаете с нами?
— Да, меня пригласили.
Это был странный разговор, разговор двух незнакомых людей, и Бриджит почувствовала, что в ней закипает раздражение.
— Вы слышали об успехах Теры? — снова спросила она и была благодарна вошедшему в этот момент мистеру Стивену, который пригласил Дайона выпить что-нибудь в соседней комнате.
За обедом миссис Стивен долго и пространно рассуждала о современном кино, о режиссерах и актерах и, конечно же, о том, что ждет Теру на этом поприще. Чуть позже приехала сама Тера и, к зависти Бриджит, держалась с Дайоном так легко и свободно, словно между ними ничего не произошло. Более того, она его при всех чмокнула в щеку, заявив, что «рада приветствовать старого друга, которого обожает с детства».