Никите не спалось. Он ворочался, думал, думал, гадал. Сопоставлял. На пятый раз включил диктофон и через наушники прослушивал весь позавчерашний диалог.
Многое не срасталось никак. Не клеилось и не понималось. Фигово! Не должно так быть, когда собираешься в горы, в зеленку. Всегда все рейды проходили более-менее успешно, ну хотя бы по сценариям штаба разведки. Согласованным с командующим объединенной группировкой сил по проведению КТО и с региональным оперативным штабом КТО. И конечно, с ГРУ Министерства обороны там, в Первопрестольной.
А здесь? Какой-то олигарх-инвалид, офицер МЧС и подпол Украины в отставке. Точнее, спецслужб Украины. И при чем тут рейд к границе Ингушетии, в Аргунское ущелье? А украинский специалист, ученый из московского НИИ и недоговорки родного генерала?
Писец какой-то!
Никита не курил, но захотелось. Он был почти единственным, кто не курил, в разведке армии. Баловался семечками, барбарисками, но не курил.
Он тихонько прокрался на свежий воздух и до хруста потянулся. Сразу стало полегче от ночной прохлады чернеющих вокруг гор, недалекой гудящей реки и шелеста ночного леса.
Но на душе не ладилось. И в голове. Глаза, привыкнув еще в темной палатке, теперь без труда цепким взором снайпера-разведчика выделяли всю местную топографию и детали мобильного лагеря в/ч N. Посты охраны, палатки там и сям, вагончики, технику, зигзаги линий колючки, отливающей металлическим блеском при свете луны. Снующие по территории лагеря фигуры часовых и сонных бойцов, курящих или выскочивших по нужде.
Неожиданно справа показался силуэт с тлеющим окурком в кулаке. Прямо мимо палатки спецназа. Начальник штаба.
"И чего полковнику не спится? С нами вроде не идет в рейд!" Полосатого в тельнике Топоркова, засунувшего руки в карманы спортивных штанов, начштаба тоже приметил и узнал в темноте.
- Товарищ полковник?! - Никита вытянулся, руки вдоль тела.
- Вольно, майор! - Селезнев, не спеша, чуть вальяжно подошел к Топоркову, пожал ладонь. - Чего тельником сверкаешь? Мишень для чеха?
Оба улыбнулись, но нырнувшая за сгусток облака луна скрыла мимику обоих. Офицеры встали рядом, почти вплотную, наслаждаясь свежестью ночи. От Селезнева пахнуло дымом вперемешку с одеколоном.
- Не спится, Никита Сергеевич? - вдруг как-то не по-военному спросил начштаба. - Завтра в рейд?!
- Так... - Никита спохватился, - в рейд, в горы, туда!
Оба машинально взглянули в сторону черного бесформенного горизонта, на юг.
- И что? Много вопросов, гаданий обуревают твою светлую голову, разведчик?!
- Да уж, товарищ полковник, не мало! Трещит башка прям по швам!
- Да ладно уж, по швам. Ты у нас заговоренный какой-то! Шов, поди, один - от аппендицита? - Селезнев улыбнулся.
- Да есть маленько! Аппендицитов пять имеется! - Никита чуть сморщился от облачка сигаретного дыма, но это была последняя затяжка начштаба. Тот затушил окурок и неуловимым движением распрощался с ним, словно фокусник.
- Много ты там, на КП, майор, наговорил лишнего! Ты ж разведка, сам должен понимать, угадывать, да к тому же еще и офицер! Что за позволения, перебивания и шутки? - Селезнев не корил, не ругал, не третировал, видно было, что так, для проформы, напомнил. - Нельзя так, майор Топорков!
- Есть, товарищ полковник! Только я уже критику от вышестоящего командования два раза получил! Пока что без взысканий!
Тишина. Где-то вспорхнула лесная птица да брякнуло чем-то железным.
- И все равно! - вдруг обратное заговорил начштаба. - Понимаю вас, ребята! Непонятки, вопросы есть, и при этом резонные! С туманом в голове идти в туман зеленки не пристало бойцу российской армии. Понимаю, хоть и не вылажу из штаба, как крыса, ей богу! А за вас, пацанов твоих, за выполнение приказа и задания постоянно переживаю, словно сам ползаю там, рискую и терплю и...
- Товарищ полковник! Ну что вы? Понимаю вас! И, честное слово офицера, никто из моих так не думает и не считает вас ни крысой, ни тряпкой! А как вы бегаете по утрам и полсотни отжиманий на кентусе - так это только в плюс начальнику штаба. Радуемся за вас!
- Да? Ну ладно, ладно, Никита! Хорошо, - полковник аж грудью вырос и приободрился от правдивой похвалы.
Селезнев помолчал, пожевал ус и малость сломался.
- Майор! Задание на самом деле очень и очень непростое! Принести - донести - уйти? Да нет, майор! Не все там так легко и просто, мне кажется... - Селезнев чуть замешкался, но, вздохнув, продолжил: - Не все знаю, не ведаю истинной цели рейда и всех задач операции. Тех, что в конверте Рогожина. Его строго открыть по времени "Ч". Но сдается мне, Никита Сергеевич, что очень тяжко может статься там! Одних офицеров в рейд! Раз. Часто ли вам приходилось таким составом уходить? Нет. Состав группы странный - с майором-химиком, ученым из НИИ да с неизвестной установкой. Типа спутниковое слежение, новая модель. Какие тогда, к черту, химик и гражданские?
Селезнев сплюнул, прислушался. Видно, и его терзали те же мысли, что и Топоркова. И ему не спалось!
- Товарищ полковник! Юрий Владимирович! Так вы, серьезно, тоже не владеете всей инфой?! - Никита нахмурился и попытался разглядеть черты лица собеседника.
- Так! Ладно. Проехали, майор, - полковник вдруг снова стал начштаба. - Я тебя не видел, не говорили, никаких мыслей! Как понял?
- Слушаюсь, товарищ полковник! Мои мысли - только мои скакуны!
- Вот так, майор! - Селезнев оглянулся, поправил портупею и прильнул на секунду к Топоркову. - Будь осторожней, майор! Береги группу и думай! Понятно? Думай!
- Есть, това...
- Все, а теперь отдыхай и не морочь голову! - Селезнев пошел, обернулся и шепотом добавил: - Будь осторожен, майор!
* * *
Последний перед рейдом апрельский день ушел действительно на отдых и помывку. Лопали от пуза (благо столовка разведки армии умела кормить вдоволь и вкусно), кто-то даже пробовал выпивать. Никита сам приговорил полторашку разливного чешского нефильтрованного. Мм! Боги отдыхали! Помимо трапез два раза спускались на реку, к порогам. Принять холодные ванны Аргуни. Раз посетили баню с местными дубовыми вениками (хотя здесь, под Шатоем, в апреле еще нет свежих). Отсыпались даже днем, особенно Балон, который любил пожрать да покемарить.
Начальство не видели. Только с Рогожиным пересекались пару раз, да майор Попов - начальник приданной разведке воздушной кавалерии пробегал мимо, поздоровались. Через него разведчики часто доставляли и получали гуманитарку - алкоголь, деликатесы, посылки, видео, просто передачки с Большой земли, и, бывало, даже телок привозили. Страшных, как война! Но все же долгожданных! Обратно, на "землю", вертушки уносили баранину, овощи, фрукты, травку, трофеи войны и прочее барахло, изъятое зачистками, рейдами или нелегальной скупкой.
Никита уже не сильно терзался мыслями о мутном задании. Генерал своих никогда не подставит ни за какое бабло мира. И не бросит! Груз "Z", чем бы там ни оказался, будет доставлен в пункт назначения. Скорее всего, что-то с опытами связано - либо с радиацией, либо с химией. А то налицо майор-химик, ученый-очкарик, да еще и балласт в виде противогазов, РЗК да аптечек. Хрен с ними, отведем, дотащим, скомпонуем! И свалим на базу. Пулей. Здесь, в Чечне, что только не испытывали за эти две войны, кого только не водили! А уж через горы и границы местных мини-государств - и подавно!
Никита настроил связь, подкрутив нужные тумблеры и пощелкав по микрофону наушников. Денис махнул вдалеке рукой, сидя у валуна (прозвище Холод прикрепилось к снайперу еще с Пскова из-за привычки шифровать нехитрые сигналы по принципу сленга: холодно-тепло-горячо соответственно как спокойно-непонятно-плохо).
- Хорош срать! Обгадил тут все - ступить негде, кругом твои мины да "егоза"! - шепнул в пуговку гарнитуры связи Никита. - Туалет тебе на что, засранец?