«Силовик» кивнул Севе, как старому знакомому, четко произнес:
- Лейтенант Юрин, доложите обстановку!
В голове Всеволода будто бы щелкнуло. Он стал вспоминать…
7. Ретроспектива
За полгода до описываемых событий
Вместе с дипломом Всеволод получил повестку. Утром — прибыть в военкомат. Комната номер шесть.
Дома, конечно, нервы, мама чуть не плачет. Единственное утешение — не солдат, а офицер. Лейтенант, так сказать, действующей регулярной армии, «пиджак».
В шестом кабинете Юрина, к полному его изумлению, встретил не «общевойсковик», и не представитель ракетных войск и артиллерии, а флотский — капитан второго ранга, бритый наголо толстячок, проведший, как видно, половину жизни на подводной лодке. Сева засомневался даже — а не ошибся ли он дверью.
— Оп! — радостно воскликнул моряк. — Заходи! — и, без перехода. — По этому поводу анекдот. Прибыли в часть трое молодых лейтенанта из училища…
Травя байки, толстяк в белом кителе с погонами, очень напоминающими подполковничьи, успел сделать целую кучу дел: набрал номер на телефоне, видимо не дождавшись ответа — положил, вытащил из ящика стола толстую тетрадь, сделал отметку — убрал, снял с запястья часы, послушал их ход, внимательно посмотрел, как движется секундная стрелка — опять надел, выложил на стол из портфеля бумаги, ручки, карандаши и медный блестящий курвиметр. Из портфеля же достал нечто завернутое в газету и пристроил между рамами. Проверил урну, вернее будет сказать — корзину для бумаг. Что он там хотел увидеть — неизвестно, может, просто посмотрел: убрали ли из нее мусор?
Тираду лысый моряк закончил необычно. Ткнул пальцем в телефонный диск (при этом трубку не снимал), довел диск до рычажка, но не отпустил, оставив его во взведенном положении.
— Сейчас я тебя стану спрашивать, ты будешь отвечать. Потом я сделаю знак рукой, и мы с тобой отправимся в Адмиралтейство. Понятно?
Всеволод мысленно пожал плечами: что за странности? В Адмиралтейство? Что ж, наверно там будет интересно…
За руль синий «пятерки» моряк сел сам. Всеволод устроился рядом, нужно сказать с трудом: кресло оказалось отрегулировано под низкорослого, а подстраивать что-то под свой вкус в чужом автомобиле Юрин не любил. Как только «жигуль» тронулся, толстяк заговорил другим тоном, в котором не осталось ни капли прежнего шутовства:
— Значит так, товарищ лейтенант. Слушай приказ: в сапогах тебе ходить не придется.
Сева мысленно усмехнулся: он, человек, выросший в приморском городе, где немало флотских, сразу понял каламбур: моряки носят только ботинки. Атомная подводная лодка? Это близко к его специальности. Следующей должна была придти мысль о трех годах службы, но просто не успела, поскольку Сева услышал:
— Ты будешь служить в разведке.
Сева не понял. Где!?
Отвечая на молчаливое удивление лейтенанта, капвторранг многозначительно сообщил:
— За границей.
Сева растерялся. Как-то уж больно стремительно развивались события: вчера диплом обмыли, как водится, с утра в военкомат, странное поведение моряка с погонами подполковника, поездка в Адмиралтейство, и, здрасте вам — за границу посылают.
— Я английский плохо знаю… — попытался, было, возразить Сева, не замечая, что выглядит в глазах собеседника, по меньшей мере, нелепо.
— Учись, салага, контр-адмиралом станешь! — отмахнулся моряк, и резко ударил по тормозам. Их подрезала черная иномарка.
— Куда ты лезешь-то, а? — риторически выкрикнул капвторранг, навалившись грудью на руль. Продолжил. — Вопрос с языком мы решим. Уж на этот счет можешь не волноваться, гипнообучение у нас на высоте. И вообще у нас много разработок… Что ж ты хочешь!? Спецслужба. Что бы ты знал: у нас есть несколько разведок. Во-первых, КГБ…
— Ведь они теперь иначе называются?
— Да, Сева Кирилыч, по-другому. Но «контора» продолжает заниматься разведкой. Хотя основные функции переданы СВР — службе внешней разведки. Имеется также разведка у МИДа. Специфическая. А, кроме того, есть у армии…
— Я читал «Аквариум», это ГРУ?
— …а у военно-морского флота своя разведка, — продолжил моряк, игнорируя вопрос Севы, — и она старше самого флота: Петром Первым была создана для вербовки и найма иностранных специалистов. Ну, а дальше… Приехали.
Вышли из машины под пронизывающий февральский ветер, прошли к входу в Адмиралтейство. Тут приключилась небольшая заминка — у Всеволода не оказалось пропуска, однако через минуту примчался старший мичман, с подписанной бумажкой, и их препроводили в кабинет адмирала.
— Александр Владимирович ввел вас в курс дела? — спросил строгий человек с седой головой и молодым лицом. Адмиралу вряд ли было больше сорока пяти лет.
— В общих чертах, — туманно ответил Сева.
— Никак нет, не ввел, — по-военному четко отрапортовал капитан второго ранга. — Не имел полной уверенности, что мы не на подслушке.
Адмирал досадливо кинул взгляд на часы. Не планировал, видимо, продолжительный разговор. Тем не менее, пересел из-за своего стола за стол совещательный и, глядя прямо в глаза Севе, начал:
— Мы выбрали вас, Всеволод Кириллович, по той простой причине, что ваша кандидатура является оптимальной для выполнения задачи государственной важности. Ни для кого не является секретом, что после распада Советского Союза многие разработки спецслужб попали в руки криминала. Мало того, отдельные специалисты, а порой и целые творческие коллективы начали принимать заказы на разработки, которые должны составлять государственную тайну, и от подозрительных личностей и от иностранных заказчиков. В настоящее время нас чрезвычайно беспокоит ситуация в одном научно-исследовательском институте. Ваша задача на первом этапе: внедриться в этот институт в качестве сотрудника. На это вам дается пять месяцев. Легенда следующая: при прохождении медкомиссии вас признали ограниченно годным, и вы отправились в Соловейск по распределению. Дальнейшие инструкции получите позже. Детали проведения операции вам объяснит Александр Владимирович. Вопросы есть?
Вот так. С места в карьер. Как в плохом кино о разведчиках времен Великой Отечественной: «Немецкий хорошо знаете? Нет? Ничего — подучите, и — за линию фронта. Вас встретит человек, который спросит: «Не продаете ли Вы славянский шкаф?» — это пароль. Отзыв: «Уже продан». Он выправит Вам документы. Внедритесь в штаб генерала Гудериана. Дальнейшие инструкции — потом».
Фантастмогория! Он, Сева — разведчик! Скажи кому — решит, что у парня съехала крыша. Или просто плоховато с чувством юмора.
А адмирал ждет ответа, имеются ли у него вопросы.
— Никак нет! — гаркнул Всеволод, вживаясь в новую роль. Хотя вопросы, конечно же, имелись.
Капитан второго ранга в это время мысленно комментировал, сам для себя, фразу адмирала об оптимальной кандидатуре Всеволода Юрина: «Конечно оптимальная, а как же иначе? Столько кандидатур перелопатили, пока выбрали троих. И потом вели за ними наблюдение, психологический портрет составляли. Коллег из других служб просили подключиться, у каждого из кандидатов в школьных-институтских друзьях человек по пять-семь работало на «органы» в той или иной степени, каждый объективочку подробную написал, вроде бы для проверки собственной продвинутости в проработке психологического портрета. И в итоге именно Юрина решили задействовать в операции, как человека с наиболее предсказуемой, а значит управляемой, реакцией на внешние воздействия. Вот, собственно, и всё, что понимается под «оптимальной кандидатурой».
Из адмиральской «каюты» Всеволод вышел чуть не строевым шагом.
— Расслабься, Сева, — посоветовал капвторранг. — Напрягать тебя станут завтра. Обучим необходимым рефлексам и, — будто бы по распределению, — в Соловейск. Мудрят там чего-то наши академики. Может, западные разведки к ним подкатывают. Хотя, это вряд ли. А вот криминал… Этот вполне может. На первом этапе нас именно воровские авторитеты интересуют, понятно? А чтобы ты себя вел органично, и не раскрылся, мы тебя замаскируем.