— Ух… мразь! — скрипнул губами кто-то из них, и шагнул ближе, но раздался суровый оклик герцога.
— Назад! Не пачкайте об него руки! Он предстанет перед судьями, и понесет заслуженное наказание.
— Я сам буду его судить, — сдерживая ярость, рыкнул Змей и повел Лэни в их комнаты, пытаясь решить по пути, нужно ли расспрашивать жену о том, как она сумела вырваться из лап негодяя, или лучше не бередить ей душу.
Ведь все обошлось.
— Зайчик, — искоса поглядывая на хмурившегося мужа, осторожно предложила Лэни, — по-моему, ты хочешь две вещи, поговорить и поесть.
— Ну, считаешь ты неправильно, — лукаво ухмыльнулся граф, — но спорить я сейчас не буду.
— И правильно. Тогда давай первым делом закажем завтрак, а пока его принесут, переоденемся. Потом спокойно поговорим и поедим… я тоже только слегка перекусила.
— Вот про это и нужно было сначала говорить, — сразу нахмурился Змей, и уже через несколько шагов поймал бегущего куда-то лакея и выдал ему указание таким непререкаемым тоном, что тот помчался дальше с удвоенной прытью.
Однако спокойно поговорить им не удалось. Не успели супруги избавиться от походной одежды и сапог и сесть к столу, как в дверь деликатно постучали.
— Входите, — разрешила графиня, и, поймав вопросительный взгляд Змея, тихо пояснила, — это свои.
Своими оказались ее братья и Тэйна, притащившие с собой целую корзину еды.
— Олтерн сообщил, что вы сутки ничего не ели, — ловко расставляя блюда по столу, сообщила оборотница, — но больше ничего не рассказал.
— Значит, скоро явится сам, — понимающе хмыкнула Лэни, и Змей уставился на нее изучающим взглядом, пытаясь понять, каким образом жена пришла к такому выводу?
— С чего ты взяла? — хмуро буркнул Геверт, — нам он ничего такого не говорил.
— Ну почему… — задумалась Тэйна, — он же сказал, что они голодали?! Значит, не мог не предположить, что мы тут же возьмем еду и отправимся их кормить. Хотя не мог не догадаться, что Лэни и сама может приказать принести обед.
— Завтрак! — значительно поправила тихоня, — и заказал его Даг. Но ты Тэй, зря не стала учиться на тихоню! Осталось сделать последний вывод: Олтерн рассчитает время, пока мы начнем кушать и рассказывать вам про свои приключения и придёт с каким-нибудь интересным сообщением. Ведь там, где мы недавно были, откровенно говорить обо всем не стоило.
— Осталось это проверить, — Геверт рассеянно пододвинул к себе тарелочку с сыром и принялся сосредоточенно жевать ломтик за ломтиком, совершенно не глядя, что ест.
— Проверим, — заботливо подложив мужу огромную отбивную, Лэни пристально глянула на брата, — а пока он не пришел, расскажи, почему ты такой мрачный?
— Рози вернулась в монастырь вместе со всеми, — тихо сообщила ей Тэйлина, теснее прижимаясь к мужу.
— Ну, этого и следовало ждать, — понимающе вздохнула тихоня, — в таком случае извини Герт, но сегодня я ничего для тебя сделать не смогу. Матушка нас встречала и вид у нее был очень измученный… не хочу беспокоить ее просьбами.
— А завтра? — герцог с надеждой поднял на сестру взгляд.
— Завтра приходи в наше поместье, — кивнула Лэни и оглянулась на мужа, — ты чего толкаешься?
— Почему ты не пригласишь Герта сегодня? — укоризненно смотрел тот, — ты же знаешь, что он в ожидании этого визита спать спокойно не будет!
— Зайчик, но ты ведь и сам мог бы его пригласить, — изумилась она, — надеюсь, в нашем доме не будет этих приторных правил? Хотя хочу сразу предупредить, приглашать ты можешь только мужчин.
— А Тэйну? — заинтересовался Герт.
— Родственники не считаются мужчинами или женщинами, они выше этого, — определилась Лэни и прислушалась, — ну вот и подтверждение нашим выводам топает.
— Можно? — вежливо постучав, вошел Олтерн, и озадаченно смолк, рассмотрев на лицах присутствующих веселые улыбки.
— Конечно, — приветливо улыбнулась гостю Тэйна, — Мы вас ждали.
— Неужели я стал настолько предсказуем? — притворно нахмурился герцог, ощущая, как отступают заботы и беды, когда он оказывается в компании этих надежных людей.
— Не для всех, — честно признался Геверт, — это Лэни сказала, что ты придёшь.
— Ну, тогда я спокоен, то, что может угадать тихоня, доступно немногим, — засмеялся Олтерн, по-свойски устраиваясь возле стола, — а пришел я, чтобы передать вам большую благодарность одного барона.
— Как он там? — сразу вспомнил замученного Бьюринга Змей.
— Нет, сначала расскажи, что вы сделали с алхимичкой? — заторопилась графиня, удивляясь собственному ощущению, будто со времени их боя с Харгитой прошло несколько дней. Хотя на самом деле с того момента прошло лишь чуть больше суток.
— Ну, если по справедливости, — неторопливо наливая себе напиток, проговорил герцог, — то это как раз вы что-то сделали с алхимичкой Харгитой, после чего добить ее нам уже не представило особого труда.
— А взять ее живьем вы не пытались? — проговорил Змей, и осекся, обнаружив, с какой иронией смотрит на него герцог.
— Вы вроде сказали, что убегали от ловушки? Как ты думаешь, сняла Харгита крышку, прежде чем бросить флакон?
— Думаю, что сняла, — нахмурился Дагорд, — хотя до сих пор я не очень разбирался в алхимических ловушках. Однако теперь намерен изучить все, что посоветует Лэни.
— Варгиус написал на эту тему целый талмуд, — поощрительно улыбнулась мужу графиня, — я попрошу для тебя копию на время.
— И для меня, — сразу оценил ценность этого предложения Арвельд.
— Тебе пусть сначала Тэйна расскажет то, что знает, — подсказала герцогу сестра, — она была у Варгиуса в помощницах. Итак, если я правильно поняла, часть зелья попала на дорогу?
— Вот именно, — мрачно подтвердил Олтерн, сделал большой глоток чая, и вдруг глухо признался, — после того, что мы там наблюдали, я очень боялся, что никогда больше вас не увижу. И понял, что так и не успел поблагодарить, как следует, ни за свое спасение, ни за спасение Леоны. И Арви, за сына, тоже не поблагодарил. Никогда в жизни я не чувствовал себя таким… несообразительным, даже в тот день, когда понял, какую ошибку сделал, отдав Леону.
— Олтерн, — тихо выдохнула Лэни, осознав, как сильно смущены все присутствующие этим внезапным порывом человека, которого боялись даже его ближайшие помощники, и сообразив, что он и сам от себя такого не ожидал, — спасибо за эти слова. Мы очень тронуты, для нас это дорогая награда. Но не думай, что так уж легко убить тихоню, которой есть кого защищать и ради чего жить. Я ведь бросила в эту гадину только те ловушки, что отдал мне Бьюринг, он не рассказывал? А свои сберегла… но они у меня ничуть не хуже, а может в чем-то и лучше, чем его.
— Ты меня утешила, — с облегчением усмехнулся герцог, — но несколько указов я все же попросил короля подписать. Однако получите вы их позже, Лоурден желает, чтобы все происходило в торжественной обстановке.
— Начинаю бояться, — задумчиво сообщил Змей, — но раз это секрет, расскажи про Харгиту. Она стала ледяным монстром?
— Не она, а ее оборотень, — поправил Олтерн, — капли попали на дорогу, и ловушка замкнулась на него. Точнее на нее… но к этому времени это уже не имело значения. Так вот этот оборотень вдруг стал ледяной женщиной с волчьим оскалом, семи локтей в высоту и пяти в ширину, и ринулся ловить свою бывшую хозяйку. А та отбивалась зельями и ловушками, вот только все они были слабее. Гвардейцы, бросившиеся за каретой в погоню, не решались подойти ближе, чем на сто шагов, такая там была битва. Что-то взрывалось, летели в разные стороны осколки дорожных камней и ядовитые огни. А еще ползла с дороги черная пена, съедающая все растения и животных почище гигантских хирских муравьев и клубы зеленого дыма, жарко вспыхивающие, едва соприкоснутся с чем-то твердым. Вот они и растопили ледяного монстра, а пена его поглотила. И тогда мы увидели, как из этого кошмарного дыма покачиваясь, выходит женщина. Командир гвардейцев приказал не подпускать ее близко, стрелять из арбалетов, но первые стрелы сгорели. Добил ее второй залп. Ингес сказал, что это было единственно верное решение.