![«Оборотни» из военной разведки i_013.jpg](https://litlife.club/books/187029/read/images/i_013.jpg)
«Янг» под колпаком контрразведки
Низкий человек знает только выгоду…
О предательстве полковника О. Пеньковского Стороженко впервые узнал на лекции по оперативной подготовке в Высшей школе КГБ. Но разве мог предполагать, что пройдет некоторое время и он окажется в том подразделении, офицеры которого принимали активное участие в разоблачении матерого шпиона в недрах ГРУ под кличкой «Янг».
В литерных (аналитических) делах ещё было много материалов о предателе, поэтому Николай внимательно знакомился с ними, понимая, что опыт, наработанный старшими товарищами, пригодится в дальнейшем. Он не ошибся…
Военная карьера Пеньковского даже на первый взгляд была довольно необычной. После окончания в 1939 году Киевского военного училища был направлен в войска, участвовал в советско-финляндской войне. С июня 1941 года начал контактировать с военной разведкой, некоторое время был порученцем будущего главного маршала артиллерии С. Варенцова, с 1944 по 1945 год — в противотанковых частях.
После войны в 1948 году окончил двухлетний курс в Военной академии имени М. В. Фрунзе и там овладел английским языком. В 1953 году окончил Военно-дипломатическую академию и был направлен в Главное разведывательное управление. С 1955 года был на разведработе в Турции под дипломатическим прикрытием помощника военного атташе. Отношения с руководством у него не сложились, и он, пытаясь отомстить своему начальнику, донес на него турецкой разведке. В 1958–1959 годах он снова в Москве на учебе в Военной академии имени М. В. Фрунзе на курсе подготовки офицеров разведчиков, после чего опять служба в ГРУ — был направлен на работу в управление внешних сношений Госкомитета по науке и технике Совета Министров СССР. В ноябре I960 года он предложил свои услуги ЦРУ, а в апреле 1961 года — английской разведке МИ-6. В октябре 1962 года был арестован органами КГБ.
Документы свидетельствовали, что, будучи по натуре авантюристом, Пеньковский вел двойную жизнь. Одна была фальшивая, показная, другая — реальная, подлинная. Из этих двух ипостасей он хотел иметь выгоду в виде зарплат, подарков, перспектив. Он лебезил перед начальством, умел показать мокрую спину при минимальных затратах собственных сил. Некоторые сослуживцы принимали его угодничество как человеческую доброту, а карьеризм — как служебное рвение. Нередко успехи сослуживцев выдавал за свои.
На одном из занятий по чекистской подготовке, которое вел полковник И. Ермолаев — начальник отдела, участник операции по разоблачению шпиона — был поднят вопрос о личностных качествах «оборотня».
— И всё же какие главные черты, по вашему мнению, выделяли Пеньковского среди других офицеров? — спросил у Ермолаева на этом занятии Стороженко.
— Качество личности, — повествовал чекист, — её совокупный психологический портрет, к сожалению, у нас мало изучается, и не им измеряется роль человека в коллективе. Порой руководство оценивает работника, создавшего себе репутацию словами, а не делами. Не случайно в личных делах многих офицеров, в том числе офицеров разведки, лежали характеристики-близнецы с одной стандартной концовкой: «…предан социалистической Родине, Коммунистической партии… хранить секреты умеет» и прочее. Так было и с Пеньковским.
Даже у оперативника, обслуживавшего подразделение, в котором трудился будущий шпион, были на него разрозненные данные, но он не смог свести их в единый психологический портрет.
Объективно же этот портрет сложился только в ходе следствия. В нем есть такие мазки: человек умный, обладает организаторскими способностями, одновременно тщеславен и честолюбив, любил, когда его замечали, постоянно искал высокопоставленных покровителей и через них всякий раз пробивал карьеру. Даже женитьбу на дочери известного генерала подчинил своему пути к успеху. Крепкой семьи не создал и действовал, сообразуясь с собственной логикой авантюриста. Была у него ещё одна характерная черта — постоянно подчеркивал свою близость к высокопоставленному начальству..
— А как и когда вышли на него? — поинтересовался кто-то из офицеров.
— Первые подозрительные признаки косвенного характера появились у оперработника тогда, когда стали поступать данные о проявлении им повышенного интереса к секретам, выходящим за пределы его должностных обязанностей. Таких сигналов было несколько. Их посчитали тогда субъективными. Но когда поступило сообщение, что при работе с секретными документами он закрывает на замок дверь кабинета, чекисты стали пристальнее присматриваться к полковнику.
![«Оборотни» из военной разведки i_014.jpg](https://litlife.club/books/187029/read/images/i_014.jpg)
30 декабря 1961 года сотрудники наружного наблюдения засекли подозрительную встречу жены английского дипломата Анны Чизхолм с неизвестным мужчиной в подъезде дома № 4 по Арбатскому переулку. При установке личности им оказался О. Пеньковский. С этого времени и началась активная работа по сбору улик на предателя. Было установлено, что Пеньковский вне службы вел разгульный образ жизни, а для этого требовались деньги, и деньги немалые. О его времяпрепровождении ходили легенды. Он любил расслабиться в ресторанах и кафе с нужными ему людьми, то ли для «ошкуривания» объекта беседы, в плане получения от захмелевшего болтуна секретных сведений, то ли рыцарского ухарства в щебетании с дамой сердца. Однажды он так «назюзюкался», что, сидя за столиком в ресторане с очередной жрицей любви, в знак подчеркнутого уважения к даме сиял с её ноги туфель, налил туда шампанское и, подняв тост за здоровье присутствующей, выпил из этого «бокала».
— Браво, браво! — закричала публика, редко видевшая такое проявление чувства кавалера не первой свежести к молодой особе.
Полковничьей зарплаты не хватало, поэтому ещё в конце I960 года он пытался установить преступную связь с иностранной разведкой. Для этой цели он подготовил письмо с предложением своих услуг. Легальных контактов для встреч с иностранцами у него было достаточно, так как он работал от ГРУ в Госкомитете по координации научно-исследовательских работ. Это письмо он передал одному иностранцу в американском клубе в Москве, однако янки отнеслись настороженно к советскому офицеру. Надо заметить, что в то время начальник контрразведки ЦРУ США Д. Энглтон не очень доверял инициативникам, предлагавшим добровольно свои услуги американской разведке, боясь подстав со стороны КГБ.
Тогда Пеньковский решил связать свою судьбу с англичанами. Скоро удобный случай представился. В декабре 1960 года в Москву вместе с делегацией английских специалистов прибыл под личиной бизнесмена разведчик Грэвилл Вини. Из разговоров с ним полковник понял, что это тот тип, перед которым можно открыться и попытаться выйти на английских разведчиков. В апреле 1961 года, находясь на представительском ужине в ресторане гостиницы «Националь», Пеньковский рассказал Винну о себе, о работе в ГРУ и своем желании сотрудничать с разведкой Великобритании.
А уже 20 апреля того же года во время командировки в Лондон в гостинице «Маунтройял» он встретился с высокопоставленными чинами английской и американской разведок, где и был завербован, получив кличку «Янг». Вербовку закрепили письменным обязательством — подпиской. Тут же в номере ему была поставлена задача по сбору политической, военной и экономической информации. Заморские хозяева передали ему чувствительный транзисторный приёмник для прослушивания шифрованных радиопередач, блокнот с шифрами и кодами, средства для нанесения и проявления тайнописи, миниатюрный фотоаппарат «Минокс», фотопленки и другие предметы шпионской экипировки. Всё это он, вернувшись в Москву, спрятал дома в оборудованный тайник письменного стола. С этого рубежа «крот» начал активно работать в ГРУ против ГРУ и всей страны.
![«Оборотни» из военной разведки i_015.jpg](https://litlife.club/books/187029/read/images/i_015.jpg)