— Говорите, большие деньги водятся? Где же он мог их добыть? Болгарские уже давно просадил. Не исключено, что уже работает на супостата. Что ж, будем искать истину. Деньги — интересный признак! Если мы узнаем хотя бы приблизительные суммы трат в Ялте, то можно будет работать более продуктивно.
— Я уже дал команду Стороженко на получение более глубоких документальных материалов о его поведении как на службе, так и в быту, — ответил Кондратов.
— Сейчас работать надо тонко. Не спугните шпиона. Он осторожничает — инстинкт самосохранения включил на полную катушку. Надо ответить на главный вопрос: как он сопрягается с разведчиком. По всей видимости, встречается с американцами лично, и те подкармливают его деньгами. Вот он на эти сребреники, вероятно, и жирует.
— К крупному товару этот купец не в состоянии подобраться, — успокоил Кудрящова начальник отделения.
— Владимир Петрович, это не ответ профессионала. Если захочет, он найдет нужный товар в вашей конторе. Ставку сделайте на Ялту, — заметил Михаил Петрович. — Срочно ориентируйте тамошних чекистов с целью организации постоянного наружного наблюдения за «Каином».
— Прошу вашего разрешения отправить подполковника Коновалова для координации действий с территориальными органами КГБ в Ялте и местным особым отделом. Стороженко нельзя посылать, «Каин» его знает в лицо.
— Согласен. Только тщательно проинструктируйте его.
— Обязательно. У него будут большие полномочия и нам информация из первых рук.
Долго ещё сидели два оперативника за большим столом, выдвигая деловые версии, внося коррективы в намеченные агентурно-оперативные мероприятия.
— Надо, надо искать вещдоки его причастности к шпионской деятельности. Когда они будут у нас, тогда можно думать о реализации дела, — напутствовал Кудряшов подчиненного. — Действуйте только в рамках закона и нормативной базы, чисто, а прав у нас достаточно…
Ялта встретила Иванова с другом Ибрагимом Исламбековым ласковым солнцем и толпами отдыхающих. Долго квартиру искать не пришлось. Старушка с превеликим удовольствием согласилась сдать комнату двум молодым людям, обещавшим деньгами её не обидеть.
С первого же дня «Каин» включился в обычный марафон курортных развлечений. Легко и быстро сходился с дамами, проводя с ними время на пляжах, в ресторанах и постелях. Деньги не жалел — сорил ими налево и направо. За семь дней пребывания в Ялте промотал около 8000 рублей, что по тем временам было фантастической суммой. Двадцать пять рублей платил таксисту за трехрублевый показатель счетчика и отказывался брать сдачу. За пакет черешен, стоимостью в червонец, давал опять-таки 25 рублей. Это только два зафиксированных случая, а их было значительно больше. Гулял, как говорится, на широкую ногу.
— Ибрагим, ты чего приуныл? Делай, как я. За десять дней мы должны отдохнуть номенклатурно. Считай комнату бабки дачей на весь период нашей оттяжки в Городе Солнца. Свобода действий — вот божественная потребность настоящего человека. Она у нас в наличии, и мы должны её использовать на полную катушку, — подбадривал собутыльника Александр.
А приуныл Ибрагим не оттого, что ему было невесело в Ялте. Его мучила мысль: как бы избавиться от «благородной болезни», подхваченной в столице и заявляющей всё ярче и ярче тревожащими симптомами. Этого Иванов не знал, как не знали и те горячие дамы — объекты внимания Ибрагима, которым предстояло в скором времени обратиться в венерологические диспансеры.
Расчет чекистов полностью оправдался. В ходе контрразведывательной операции под кодовым названием «Кипарис» в отношении фигуранта дела удалось получить неопровержимые доказательства наличия у него большой суммы денег. Оставалось раскрыть источник их появления.
По прилете в Москву «Каин» был взят в плотное изучение, показавшее ведение им двойной игры: на службе — степенность и послушание, в быту — необузданность и разгульность. Думал ли он об опасности попасть в поле зрения контрразведчиков? Да! Основание — постоянные проверки. Так, в метро станции «Баррикадная» он продемонстрировал классический способ отрыва от «наружки». Войдя в вагон в числе первых пассажиров, он сразу же прижал ногой половину двери, а когда они стали закрываться, то ужом проскользнул на перрон станции. В другом случае, мчась на автомашине подруги с приличной скоростью по Ленинградскому шоссе, он неожиданно рискованно бросил машину круто влево и, влетев на полосу встречного движения, быстро развернулся и помчался в обратном направлении.
Тогда ему померещилась слежка, поэтому он внимательно наблюдал за перестроениями других машин. Успокоился, когда убедился в полном отсутствии «опеки». После таких «художеств» оперативники решили вести круглосуточное наблюдение за Ивановым.
Такое решение было принято на совещании в кабинете у начальника отдела и оказалось оправданным. 6 октября 1981 года оперативники установили, что Иванов поставил метку на стене дома № 13 по Ленинскому проспекту у стенда газеты «Правда». Сигнал о готовящейся встрече «Каина» с иностранным разведчиком был нанесен губной помадой вишневого цвета.
![«Оборотни» из военной разведки i_046.jpg](https://litlife.club/books/187029/read/images/i_046.jpg)
Прохаживаясь после работы, он как бы случайно зашел к брату — сотруднику КГБ. На самом деле Александр хотел выудить у него хоть что-то. Но несолоно хлебавши вынужден был удалиться, прихватив пенал с губной помадой. Объяснил просто — подарить знакомой женщине на день рождения. Родственник, конечно, не догадывался, что перед ним под личиной коллеги — агент американской разведки, которому было наплевать на судьбу брата…
Раскланявшись с родственниками, «Каин» быстро нырнул в метро. Несколько раз проверился и вышел с противоположной стороны станции. Сел в автобус и проехал две остановки. Затем проследовал пешком по Ленинскому проспекту. Дойдя до многоэтажки и поравнявшись с газетной витриной, слева от неё на уровне груди незаметно начертил овал величиной в солидный огурец. Осмотрелся и тут же удалился. На такси быстро добрался до дома. Несколько раз прошелся по двору — проверялся.
Усиленное наблюдение за местом постановки метки показало, что проезжавший по этой трассе утром американский дипломат-разведчик «снял» визуально поставленный знак. Все факты говорили о том, что готовится очередная операция по связи: личная встреча или закладка-выемка тайника.
Дальнейшая работа показала, что на следующий день «Каин» провел очередную встречу с Володей в условленном месте «Роща». Не зная, естественно, места встречи и боясь расконспирации, наружная разведка дала ему возможность «оторваться». В тот день он проверялся особенно тщательно.
К концу 1981 года оперативникам стало окончательно ясно, что в ГРУ действует «крот». Это подтвердило и письмо из потерянного кейса, которое поступило в КГБ из милиции. Экспертиза показала, что послание написано рукой Иванова. Встал вопрос о поимке его с поличным вместе с дипломатом-разведчиком. Очередная встреча могла быть последней для «Каина» и Макмэхена, но судьба распорядилась иначе.
Дело в том, что вскоре командование приняло твердое решение убрать Иванова из центрального аппарата ГРУ из-за злоупотребления спиртным и нарушений служебной дисциплины в последнее время.
Инициатива, как считал сам Иванов, исходила от политотдела и бывшего тестя. Окольными путями он узнал, что его хотят направить в одну из частей в поселок Яковлевка Дальневосточного военного округа. Однако ему ещё не верилось, что придется скоро расстаться с Москвой, закрепиться в которой стоило огромных усилий. Благодаря двум зарплатам, получаемым от ГРУ и ЦРУ, жилось безбедно. Он рассчитался с долгами. В его окружении появилась любимая женщина.
Именно в этот период «Каин» вошел в пик предательской деятельности: он буквально «шакалил», собирая любой информационный мусор и передавая американцам. Важных материалов он уже выудить не мог, находясь под «колпаком» органов госбезопасности.
Через несколько дней начальник направления сообщил, что ему предстоит новое место службы. «Неужели подозревают или узнали о связях с американцами? Не может быть!.. Иначе загремел бы в Лефортово. Вся вонь идёт из политотдела и тестя. Вот суки, никак не успокоятся», — скривился в гримасе Александр.