Автор: Аноним, 16.11.2004
Приснился моей жене очень странный сон. Находится, она у себя в деревне подходит к окну и видит черта в человеческий рост с головой барана, который прыгает, строит рожи кривляется и периодически меняет обличия то станет бараном то человеком. Заранее спасибо.
Автор: Винд, 26.2.2006
Очень давно мне приснился сон, который до сих пор не могу забыть.
Моя комната. Посреди комнаты стоит большой стол, на нем лежу я, совершенно голая. Вокруг меня горят тысячи свечей, такие большие свечи. От них в комнате все кажется красным. В комнате ходит много людей в черных балахонах с капюшонами, лиц их не видно. Все шепчатся. По голосу я понимаю что это женщины. Мне ужасно страшно. Меня готовят к чему-то, растирают маслами, чем-то мажут. И все говорят о том как мне повезло что ОН выбрал меня, что я стану его НЕВЕСТОЙ! Я лежу на столу головой к двери, не могу пошевелиться… Потом открывается дверь, а поворачиваю головой и вижу в дверях кого-то, похожего на мужчину. Это очень большой мужчина, с очень крепким телом. За ним горит косетр, пламя… То ли он красный, то ли загорелый, или от пламени он кажется красным… Он подходит ко мне ближе и я понимаю что это сатана, дьявол… а вижу у него за спиной хвост, вижу копыта, вижу рожки… Видимо он хотел меня изнасиловать, но я проснулась, как только он наклонился надо мной.
Мне до сих пор не по себе от всего этого, от тех ощущений, и от тех слов что говорили люди вокруг меня, в капюшонах. Может быть кому-то еще снились подобные сны? Как вы считаете что это все значит?
Автор: rodnaya, 1.11.2006
Мне снилось, что я живу в одной квартире с Сатаной. Там было еще много других людей, которых он постепенно убивал. И тогда, когда не осталось никого, кроме меня, он зашел в комнату, где я жила. Тогда я лежала на полу, а он начал посыпать меня мелкими фотографиями тех людей, которых он убил. Потом включил музыку и мы танцевали. После этого Сатана разрезал мне что-то внутри и сказал, что теперь я могу иметь детей и что скоро я рожу от него. Прошло некоторое время и я нашла мужчину, друга. Мы вместе с ним отправились в дом Сатаны (я уже была на последних месяцах беременности). Его дом оказался дворцом, где проходил бал в этот вечер. Нас встретил хозяин дома и его престарелая жена. Когда я увидела Сатану, я рванулась к воротам, чтобы убежать. Я тогда знала, что он хочет забрать своего ребенка. Я долго бегала по узким улочкам, тесным квартирам, в которых умирали старушки, квартирам, обставленным старой мебелью, ширмами. Там я и родила. В какой-то момент я поняла, что Сатана рядом. Он забрал своего ребенка, это оказалась девочка. Мне удалось убежать, но я слышала его голос: "Главное, что в Александре (так он назвал дочь) останется моя сила, сила Воланда! "
Автор: Танцующая В Темноте, 19.4.2006
Сон был длинный, цветной и очень яркий, с закрученным сюжетом: он был бы идеален, если бы еще запомнился от-и до, с завязкой-кульминацией-развязкой, и еще и всеми логическими связками между оными. Однако его начало теряется где-то во мраке забвения, и первые воспоминания относятся к поезке на неком ультрасовременном транспортном средстве. Нечто среднее между загородным автобусом и межгалактическим лайнером, очень похожее на электричку Москва-Домодедово (в пуске которой и я во времена оные принимала участие, за что получила благодарность с занесением в трудовую) ) ).
Итак, я в салоне, и явно куда-то драпаю. Но меня таки поймали: неясное транспортное средство застопили мои преследователи, идут по вагонам-салонам или как там у них это называлось, и находят меня. Какие-то инопланетяне в штатском. Высокие, в длинных синих рубахах-мантиях, на головах странные инсталяции со светящимся шариком наверху. Вооружены длинными белыми шестами (видимо, пластиковыми), с такими же светящимися шариками на конце. Оными шестами-жезлами они "просвечивают" всех пассажиров, на предмет идентификации со мной, и, наконец, добираются до меня. Долговязый марсианин в штатском вежливо извиняеца за задержку: "но мы должны задать вам несколько вопросов… ". В чем был предмет спора, я не помню: но четко осознаю, что они хотят узнать у меня нечто, чего я категорически не собираюсь им говорить. В общем, очередная вариация на тему мальчиша-кибальчиша и его военной тайны. "А что вы на это скажете? " – произносит вежливый межгалактический гэбешник, выпуская мне на колени мелкую черную кошечку. Ей где-то месяца четыре, она тоненькая и миниатюрная, и удивительно смахивает на мою потерянную 5 лет назад кошку Юльку. "Но этого не может быть? Как они ее нашли, и почему она не выросла? " – тут я замечаю у нее на затылке и на спени две круглые проплешины. "Зачем они их выбрили, что они с ней делали? " – и, пока я размышляю, этот гад направляет на кису луч из своей дурацкой швабры с лампочкой. Котейко тут же умирает и валится на брюшко: и, по характерному белому пятну я окончательно узнаю мою кошку Юльку – потерянную, обретенную, и тут же снова окончательно убитую.
В бешенстве я выскакиваю из поезда, прижимая к груди кошачий трупик, пытаюсь догнать и навешать люлей этим сине-зеленым гадам, но, едва я схватила одного, они уже исчезли. Но, впрочем, я успела вырвать у него жезл. Откуда-то я знаю, как им пользоваться: если собрать все свои эмоции, и направить через эту штуку с лампочкой, то можно испепелить на расстоянии кого угодно и что угодно: она "самонаводящаяся на ментальный объект". В общем, стою я около рельсошпального полотна, с которого таки давно уже ушел мой поезд, злюсь, стараюсь разолится еще больше, и размахиваю ентой шваброй. Сначала ничего не получалось – отчего я разозлилась еще больше, покаталась по травке, побилась головой о камушки, порыла вооброжаемыми рогами копытами землю, и снова схватилась за палку. И тут лампочка начала понемногу мерцать: я направила ее лампочкой в небо, еще раз представила тех существ, затопала ногами, замахала свободной рукой, и изрыгнула несколько проклятий в перемешку с клоками эпилептической пеной. И почуствовала, что – получилось!!!
Небо затянулось грозовыми тучами, слегка подсвеченными зеленым светом от моей галогенной швабры. Впрочем, по мере схождения моего бешенства она начала постепенно затухать, и я бросила штучку, потеряв к ней интерес за ненадобностью. Оглядываюсь на местности: при том, проекция в этой части сна позволяет мне обозревать окресности "от первого лица", а также поднимаясь над землей до высоты птичьего полета, приближать и отдалять изображение, сдвигать его. Как в "стратегиях" или на спутниковых картах. Это были удивительно красивые места: высокие горы, по склонам которых текли быстрые речки, кое-где образовывающие ярко-синие озера. У вершин – изумрудные луга с короткой травкой, а у подножия гор – густой субтропический лес. И над всем этим внезапно разразилась гроза – явно вызванная мною. Но я ничуть не пугалась – и долго и с удовольствием наблюдала, как хлещет густой ливень, и горные речки меняют русло. Из-за затопления обрушивались какие-то естественные запруды из камней, и реки обрушивались со склонов, превращаясь в водопады.
Дальше следует небольшой провал в памяти. В последнем действии этого сна я оказываюсь в каком-то огромном хай-тековском баре: черное дерево, хромированные поверхности, ковка и редкие красные галлогенки. Я сижу за столиком в углу со своим папой – который, по большому секрету, открывает мне, что он… оказывается… дьявол. Сам Сатана, не больше ни меньше. И очень просит не говорить об этом маме. У меня всвязи с этим возникают странные чуства: с одной стороны, папа – и вдруг Сатана? А я, всего-лишь, опять, чья-то там дочка? Но, с другой стороны, понимание того, что мне не надо ни о чем беспокоиться, очень греет. В самом деле – он же может не только решить все мои проблеммы на земле, даже о спасении души не нужно заботиться. В рай попаду – отлично, но и в аду, с таким блатом, будет не хуже!