– Итак, вы говорите мне, что университет не посылал его в Шотландию на изучение неких артефактов, которые он хотел исследовать?
– Нет.
Это единственное слово стало последней каплей. По щекам начали незаметно катиться слезы.
– Вам… – Она замолчала и прочистила горло. – Вам известно, что он искал?
– Он забрал с собой все свои исследования, мисс Остин, – ответил мужчина, смягчив тон. – Мне очень жаль, но больше нам не чем вам помочь.
Она кивнула, но потом поняла, что он не может ее видеть.
– Спасибо. Если вам посчастливиться найти что-то, что он мог позабыть, или то, что сможет помочь мне найти его, пожалуйста, дайте знать.
– Конечно. Удачи, мисс Остин.
Гвинн повесила трубку и, уперевшись лбом в руль, выпалила:
– Что, черт возьми, происходит, папа?
Ее отец любил университет. Райс был его жизнью. Он пожертвовал на алтарь науки многие годы, чтобы добиться профессорской должности. Что же случилось, из-за чего он так неожиданно покинул эту должность?
Гвинн подняла голову и вытерла слезы, прежде чем вновь завести машину. Она ехала, пока не нашла небольшой продовольственный магазин, где купила содовой, пакет чипсов и один сэндвич, внушающий доверия.
Она не позволяла себе думать о разговоре с мистером Мэннингом из Райса. Ей хватило домыслов и размышлений при перелете из Штатов. Пришла пора для фактов. А до той поры, пока их нет, она сосредоточиться на своей цели.
И всю дорогу будет держаться за рычаг переключения передач, пока не приноровиться управлять им левой рукой.
Глава 2
Чернота, бесконечная пустота снедала Логана, когда он вырвался из 1603 года и совершил скачок во времени, в будущее. Почувствовав, что падает, он отчаянно вскинул руки, пытаясь до чего-нибудь дотянуться и уцепиться.
Он попал в водоворот вихря, пронзительный звук вызывал рези в ушах, перекрывая любой другой шум. Ветер затруднял и сбивал дыхание. Его швыряло то в одну, то в другую сторону. Вскоре уже можно будет позабыть о таких понятиях, как верх и низ.
Где же остальные? Рамзи, Арран и Кэмдин? Друиды сказали ему, что не знают, где в конечном итоге окажется каждый из них. Логан мог лишь молиться, чувствуя, как проносится сквозь годы и десятилетия, чтобы очутиться в нужном времени.
Кромешная тьма вокруг него начала мерцать – то же мерцание, что появилось, когда друиды закончили читать заклинание, чтобы отправить Логана и остальных в путешествие во времени.
Почти тотчас же он оказался вышвырнутым из бездны, стоящим на коленях и упирающимся руками в землю посреди ужасного ливневого шторма. Логан сглотнул и дал себе минуту на то, чтобы прекратилось головокружение. Зарылся пальцами в мокрую землю и улыбнулся, почувствовав грязь меж ладоней. Сел на корточки и огляделся. Это был день, но от шторма небеса потемнели. Им овладела настоятельная потребность вернуться на Эгг , она взывала к нему, но он отринул ее. Ему необходимо найти Йена. Это было его долгом.
Логан обтер руки и осмотрел склон горы, на котором оказался. Завывающий ветер колыхал высокую траву. Но его внимание привлекло не это, а пятна света в долине под ним. Логан прищурился под натиском проливного холодного дождя и поднялся на ноги. Те мерцающие пятна, что он увидел в долине, не были кострами. Чем они были, он не знал. Пока.
Встав, мужчина провел руками по волосам, убирая их с лица. Пришла пора выяснить куда в будущее друидам удалось забросить его.
При спуске в долину, Логан перешел дорогу, покрытую каким-то твердым, черным веществом, разрисованным яркими белыми линиями. Присев на корточки, он пощупал поверхность и почувствовал под пальцами гул земли. Логан встал и попятился, когда мимо него по дороге пронеслось нечто большое и грохочущее. Когда эта штуковина проносилась мимо, Логан заметил внутри нее человека, который, похоже, управлял этим шумным устройством.
Еще более озадаченный, чем прежде, Логан ступил на дорогу и направился к селению. Добравшись до деревушки, он едва поверил своим глазам, увидев на улице дома выстроенные в ряд – одно рядом с другим, и окрашенные в ярко-белый цвет; дорогу заполоняли стоящие и разъезжающие грохочущие штуковины.
Логан придерживался обочины дороги, где, как он видел, ходят другие люди. Несколько человек наградили его странным взглядом, однако большинство не придавало ему ни малейшего значения.
Он миновал бакалейную лавку за лавкой, пытаясь выучить язык, на котором были написаны вывески. То обстоятельство, что внутри него жило первобытное божество, божество такое древнее, что его имя было забыто, позволяло ему на лету схватывать этот новый язык.
– Да ты промок насквозь, парень, – сказала пожилая женщина, открывшая дверь лавки, мимо которой проходил Логан.
Он едва заметно кивнул и, услышав ее акцент, почувствовал, как ослаб тугой узел в желудке. Он все еще был в Шотландии. Теперь определить бы еще в каком времени.
– Ох, болтун из тебя не ахти какой, – произнесла она и рассмеялась.
Логан улыбнулся:
– Какой сейчас год?
Она моргнула и склонила седую голову в его сторону.
– У тебя совершенный выговор, парень. Прошло много лет с тех пор, когда я слышала подобный. – Она улыбнулась, и на ее лице появилось отрешенное выражение.
Логан шагнул к ней.
– Год, госпожа?
– О-о. – Она усмехнулась и похлопала себя по груди. – Прости меня. Сейчас 2012. Какой странный вопрос.
– Я живу сам по себе… подальше от всех.
– И всего, – сказала она, посмотрев на его килт.
Логан оглянулся и пожал плечами.
– Что за деревня?
На этот раз пожилая женщина окинула его нахмуренным взглядом.
– Сален, неподалеку от острова Скай.
Логан знал эту деревню, но в последний раз, когда он ее видел, здесь почти ничего не было. Деревушка значительно разрослась с той поры.
Что еще изменилось за четыре столетия, после того, как он оставил своих друзей в прошлом, в замке МакЛеодов?
– Благодарю вас, – сказал он женщине и пошел дальше, прежде чем она смогла бы засыпать его вопросами.
Логан взглянул на селение Сален новыми глазами. Если практически несуществующая деревня может так разрастись всего лишь за несколько веков, то что стало с Эдинбургом или Глазго? И хочется ли ему об этом узнать?
Он приостановился, когда перед ним пробежала молодая женщина, торопясь к одной из штуковин, стоявших на обочине дороги. Она дернула за ручку штуковины, удерживая над головой сумку, чтобы не промокнуть. У нее ничего не вышло.
– Рори! Идиот, ты, хренов! Разблокируй чертову дверь, чтобы я могла сесть в машину! – прокричала она через плечо.
Логан повернул голову и увидел, как из лавки выходит тощий мужчина, обходит… машину, вставляет что-то маленькое в дверь и открывает ее.
Женщина опять дернула дверь, затем шибанула по окну над ручкой.
– Рори! Сейчас же разблокируй проклятую дверь!
Спустя мгновение, Рори наклонился и за что-то потянул на двери. Через секунду женщина уселась в машину. Она продолжала вопить даже когда машина тронулась с места.
Выходит, штуковины назывались машинами, и видимо, люди ездили в них так же, как Логан ездил верхом на лошадях. Он вздохнул и продолжил свой путь. Изменился не только пейзаж. Люди тоже изменились. Ни одна из известных Логану дам никогда не разговаривала так, как та женщина с Рори. Даже шлюхи не выражались так грубо.
За спиной Логан услышал быстро приближающиеся шаги. Его мускулы напряглись, во рту выступили клыки. Логан резко обернулся, его когти удлинились, готовые снести голову любому, кто задумал напасть на него.
Он отдернул руку, остановив себя как раз во время – мимо него пробежали двое промокших и смеющихся молодых парней. Логан отступил в проем входных арочных дверей заброшенного дома и глубоко вдохнул. Неужели он настолько привык к сражениям, что уже не может ни на кого не нападать? Даже на ребенка? Он тряхнул головой и попытался подавить божество внутри него.
Афлеус. Внутри Логана жило божество предательства, древнее божество не желающее ничего, кроме смерти и разрушения. У Логана ушли десятилетия на то чтобы обуздать живущего в нем бога.