Обручалась боярыня Елизавета Петровна
С князем со боярином Андреем Григорьевичем.
И все наше миновалося:
Перепутье частое,
Посиделки веселые
И гости наши любезные,
С подружкой, с ластушкой
С белой лебедушкой,
С княгиней Елизаветой Петровной.
Ответ держит боярыня,
Княгиня Елизавета Петровна:
Подружки мои, ластушки,
Еще белые лебедушки,
Рада бы я с вами хоть век вековать,
А у своего государя год годовать,
И у государыни-матушки,
Неделю неделивать.
Пришел же на меня
Печальный день!
В воскресенье свет
Расплетут русу косу,
Разлучат меня с отцом, с матерью,
С родом, со племенем,
С ближними приятелями,
С подружками, ластушками.
Подружки мои, ластушки,
Еще белые лебедушки!
Мне не век с вами вековать,
Не год годовать, не неделю неделивать,
А все только одну ночку ночевать.
Ни близки, ни далеко
Молодой соловей гнездо совивает,
Молодой тепло согревает;
Здесь ни низко, ни высоко,
Павлин перья роняет;
Здесь не павушка по двору ходит,
Не павлин сизо-перья роняет;
Здесь около терема по двору ходит,
Около терема, около высокого.
Здесь ходила, здесь гуляла,
Свет княгиня-боярыня Елизавета Петровна,
Около терема, около высокого.
Она ходючи и гуляючи,
Горячи слезы роняючи,
Таковые словеса говорючи:
«Мой немецкий замок, отомкнися,
Отомкнися, отомкнися;
Полуженная цепь отложися,
Отложися, отложися!
Кипарисная дверь, отворися,
Отворися, отворися!
Государь батюшка, пробудися,
Государыня матушка, проснися.
Мне ведь у вас не год годовать,
Не неделю неделивать;
Мне не с батюшкой
Думушку думовать;
Мне не с государыней-матушкой
Речь говорить;
Мне не с братцем и не с сестрицей
Совет советовать;
Не с подруженьками, голубушками,
Мне расставатися,
А с родом-племенем
И со ближними приятелями
Мне прощатися».
Что у нас свет книягиня, боярыня,
Да княгиня Елизавета Петровна,
Во высоком терему
Невесело сидит!
Со слезами отца с матерью смотрит.
«Подружки мои, ластушки,
Еще белые лебедушки!
На что ж мне, глядя, радоватися?
На что ж мне, глядя, веселитися?
Полная гостей горница,
Но милого друга нету,
Свет великого князя,
Князя, боярина Андрея Григорьевича.
Ты приди, приди поскорей,
Свет великий князь,
Да великий князь Андрей Григорьевич!
Развесели у нас боярыню, княгиню,
Да свет княгиню Елизавету Петровну.
Она очень стосковалась,
Что давно не видалась».
Из-за гор ли, гор высоких,
Из-за лесу, лесу болотенного,
Вылетало стадо гусиное,
А другое лебединое.
Отставала лебедушка,
Что прочь от стада лебединого;
Приставала лебедушка,
Что к стаду к серым гусям.
Не успела лебедушка,
Не успела, белешенька,
К серым гусям пристать;
Начали лебедушку
Гуси серые щипать,
Белешенькую клевать,
А лебедушка кричать:
«Ах вы, гуси серые,
Не щипите вы меня!
Не сама я к вам залетела,
Не своей охотою;
Занесло меня великой погодою.
Не умела лебедушка
По мелким ручьям плавать,
По-лебединому кричать.
Что отставала свет
Да княгиня, да боярыня,
Свет княгиня Елизавета Петровна.
Прочь от родного государя, от батюшки,
От родной государыни-матушки;
Прочь от роду, от племени,
И от ближних приятелей».
Что приставала лебедушка,
Свет княгиня, боярыня,
Княгиня Елизавета Петровна,
Что ко чужому ко роду, ко племени,
Ко чужому свекру государю-батюшке,
Ко чужой свекрови государыне-матушке.
Не успела свет головушки оправить,
Начал свекор-батюшка журить,
А свекровь-матушка бранить,
А свет княгиня, боярыня, плакать
И родного батюшку кликать:
«Что вы меня, свекор-батюшка, журите?
И что вы меня, свекровь-матушка, браните?
Не сама я к вам залетела,
Не своей неволею,
Но большой несгодою;
Завезли меня добры кони,
Добры кони вороны,
Свет великого князя Андрея Григорьевича.
Как удобрился великий князь, да боярин,
Да свет Андрей Григорьевич,
Паче родного отца и матери;
А как улютился,
А как рассердился великий князь,
Да свет Андрей Григорьевич,
Паче лютыя змеи».
Когда услышат, что жених подъезжает ко двору невесты, тогда поют:
Вьюн на воде увивается,
Зять у тещи у ворот убивается:
«Теща моя! Теща ласковая!
Отворяй широки ворота,
Давай коню стойло,
Давай коню вороному,
Пшена ярого».
Теща из терема выходила,
Речь милому говорила:
«Есть у меня, есть у меня,
Про милого зятя,
Про твоего коня стойло;
Есть у меня, есть у меня,
Про твоего коня вороного
Пшена ярого.
Это моему милому зятю
Ни в честь, ни в жалованье,
Ни в низкие поклоны.
Есть у меня, есть у меня,
Про милого зятя
Наливное яблочко,
Это ему ни в честь, ни в жалованье,
Ни в низкие поклоны.
Есть у меня, есть у меня,
Скатная жемчужинка,
Это ему ни в честь, ни в жалованье,
Ни в низкие поклоны.
Есть у меня, есть у меня
Про милого зятя
Его суженая,
Его ряженая,
Свет великая княгиня
Боярыня Елизавета Петровна.
Это ему, это ему,
Ни в честь, ни в жалованье,
Ни в низкие поклоны».