Глав АПУ приняло решение объявить конкурс и не позднее ноября 1986 года подвести его итоги. Однако вновь вступили в свои права законы волокиты и бюрократизма, а по сути дела — равнодушия к исторической памяти, прикрываемые ссылками на объективные трудности, а также на спорность ценности памятника-«новодела».
Что можно и нужно сказать в ответ? Трудности, подлинные и мнимые, к сожалению, сопровождают нас с 1917 года, и конца им не видно. Но ведь жизнь продолжается, и нельзя из-за трудностей забывать о своей истории, о вине перед потомками, которых лишили памятников и, следовательно, обрекают на историческое беспамятство.
Вопрос о Сухаревой башне не ушел в прошлое. Его предстоит решать нам или нашим потомкам. Исторический облик— Москвы, во многом утраченный в итоге безумных действий на протяжении десятилетий, должен быть восстановлен. И возрожденная Сухарева башня могла бы занять в нем важное и достойное место. Для решения этого вопроса необходимо знание. Переиздавая книгу П. В. Сытина — большого знатока и специалиста, написанную к тому же интересно, мы надеемся, что каждый житель столицы заинтересуется историей и судьбой Сухаревой башни, всегда бывшей одним из символов Москвы. Восстановлено название Сухаревской площади, засияли купола Троицы в Листах. Будем надеяться, что воскреснет и любимица москвичей Сухарева башня.
В заключение отметим, что книга П. В. Сытина была издана тиражом в 3 тысячи экземпляров и давно стала библиографической редкостью. Напечатанная небольшим форматом, на плохой бумаге, книга тем не менее была иллюстрирована. При нынешнем переиздании мы воспользовались для иллюстрирования любезным содействием коллекционера Я. М. Белицкого, который представил виды Сухаревой башни, близкие по годам тем, что давал в своей книге П. В. Сытин. Кроме того, в этом издании воспроизводятся рисунки реконструкции Сухаревой башни, выполненные архитектором Д. П. Суховым. Оригиналы хранятся в Государственном историческом музее. Также помещены репродукции с картин русских художников А. М. Васнецова и В. К. Коленда из фондов Музея истории Москвы.
Источники, на которые сделаны ссылки в тексте, помещены в конце книги. Примечания по тексту сделаны Л. В. Ивановой.
Л.В.Иванова
НАРОДНЫЕ СКАЗАНИЯ И ПОЭЗИЯ
Ни одно из современных московских зданий не пользуется такой широкой известностью в народе, не овеяно так его любовью и поэтическими легендами, как Сухарева башня. Она фигурирует почти во всех московских народных рассказах и песнях, но в этих рассказах и песнях историческая действительность настолько густо перемешана с фантастическим вымыслом и суевериями народа, что совершенно потонула в них. Постройку Сухаревой башни народные сказания правильно относят ко времени Петра I (концу XVII века), но, если им верить, строил ее колдун и чернокнижник Брюсс [1], автор «вечного календаря», для своих личных потребностей. Он в ней жил, скрывал здесь «черную книгу», читал ее по ночам и творил волшебства в подземной мастерской, а с вышки Сухаревой башни смотрел и гадал на звездах или летал по воздуху на собственноручно сделанном орле. В башне, кроме «черной книги», хранилась и «Соломонова печать» на перстне, поворачивая которым в различные стороны всяк мог производить чародейства — «от себя отвратить, все очарование разрушить, власть над сатаной получить» [2].
Из сказаний о Брюссе, связанных с Сухаревой башней, приведем три, пользующихся наибольшей известностью. Первое говорит о том, что Брюсе для службы в подземной лаборатории Сухаревой башни сделал служанку из живых цветов, которая все делала, только не говорила. Жена Брюсса приревновала его к этой служанке и никак не хотела поверить, что она не «всамделишная». Тогда Брюсе при Петре и жене вынул булавку из головы служанки, она вся рассыпалась цветами, и Петр, и жена увидели, что она, действительно, не «из тела».
Второе сказание — о живой и мертвой воде. Брюсе составил такую воду, что мог мертвого старого человека сделать живым и молодым. Первый опыт он произвел над стариком, своим учеником. Разрубил его на части, полил мертвой водой — и части тела срослись; полил живой водой — и старик-ученик встал молодым юношей. После этого Брюсе сам захотел омолодиться. Велел ученику разрубить себя на части и через девять месяцев полить сперва мертвой, потом живой водою. Ученик дал клятву сделать это, но в это время сошелся с женою Брюсса, которой и выдал свою тайну. Когда прошло девять месяцев, ученик полил тело Брюсса мертвой водой, и разрубленные части срослись. Когда же он хотел полить их живой водой, жена Брюсса, не желавшая его воскрешения, выбила склянку из рук ученика, живая вода разлилась, новой ученик не мог составить, и Брюсе более не воскрес. Петр I, каким-то образом узнавший про все это, велел отрубить головы ученику и жене Брюсса.
Третье сказание. По смерти Брюсса Петр велел запечатать Сухареву башню и все Брюссовы книги и инструменты и поставил часового для охраны, а сам скоро умер. Сменялись императоры, а часовой все стоял, пока не проехал мимо Александр III. Он спросил, для чего часового поставили и что хранится в башне, но никто ничего на это не мог ему ответить. Взломали двери — все пусто; в стену постучали — там тоже пусто; разобрали стену и нашли замурованные книги. Профессоров собрали, никто прочесть книг не мог. Только один старичок-профессор сказал, что это — Брюссовы книги, прочитал их, а что написано в них — сказать не мог, не понимал, так как неизвестно, на каком языке они написаны. А это и были «черные книги».
В других сказаниях о Брюссе, связанных с Сухаревой башней, говорится о наблюдении им звезд в подзорную трубу с высоты Сухаревой башни, о составлении «вечного календаря» и «вечных часов» в ней, о производстве грома и снега в ясные летние дни, о превращении пороха в пушках, которыми хотел какой-то генерал разгромить его в Сухаревой башне, в песок, об избавлении жулика, забежавшего в башню к Брюссу, от полиции — через отъезд его вскачь на нарисованном Брюссом на стене башни коне, и проч.[3] Можно сказать, нет легенды о Брюссе, в которой так или иначе не фигурировала бы Сухарева башня.
Народные сказания о Брюссе, по новейшим исследованиям, стоят в тесной связи с суевериями, известными в России с XI века и частью с занесенными в нее в XVI–XVII веках с Запада. Личность Я. В. Брюсса, генерал-фельдмаршала, одного из ученейших людей петровского времени, занимавшегося математикой, артиллерийскими науками и астрономией, преломилась в народном сознании эпохи в колдуна-чернокнижника, ибо самые эти науки считались в то время народом волшебством, бесовскими науками.
Брюсе жил на 1-й Мещанской улице, дом 14 [4], и, вероятно, бывал на Сухаревой башне, занимаясь здесь математикой и наблюдая небо в подзорные трубы, почему народ и связал с ним башню. Случай с живой и мертвой водой, известный из старых сказок, приурочен к Брюссу, вероятно, в связи с производившимися в его время опытами бальзамирования покойников. Снег и гром, якобы произведенные Брюссом в летний день, стоят в связи с изучением им северного сияния. «Вечные часы», летание на орле — навеяны устроенными в Сухаревой башне большими часами и хранившимся в сарае при башне маленьким кораблем, который несколько раз возили по Москве и палили с находившихся на нем игрушечных пушек. «Вечный календарь» связан с именем Брюсса, вероятно, потому, что Брюсе был главным цензором в то время, когда под его «смотрением» вышел составленный В. Киприяновым в 1709 году первый гражданский календарь с вычисленными пасхалиями, днями восхода и захода солнца, луны и проч. на многие годы вперед. Эти и им подобные исторические факты переработаны народной фантазией в совершенно неправдоподобные вымыслы, которые и до настоящего времени еще живы в народе.
1
Брюсс(Брюс) Яков Вилимович (1670–1735), русский государственный и военный деятель, сподвижник Петра I, ученый. Его интересы и деятельность были необычайно многообразны, он проявил себя в математике, астрономии, естествознании, занимался переводами с иностранных языков, составлением гражданских календарей («Брюсов календарь», 1709–1715 годы), руководил Московской типографией
2
А. Епифанский. «Красная газета» в Ленинграде, веч. вып., 1926, январь.
3
Протокол № 84/254 заседания ученой комиссии при музее Старой Москвы от 10 декабря 1925 года.
4
1-я Мещанская, 14, ныне проспект Мира, 14, этот дом Я. В. Брюсса сохранился. Он вызывал интерес и исследовался членами «Старой Москвы». В декабре 1925 года, осмотрев его подвалы, они обнаружили ход из белого камня, ведущий к подвалам Сухаревой башни, в которой, в свою очередь, нашли пять замурованных ходов